Это цитата из книги «Странствия» великого скрипача, дирижера, общественного деятеля, которого называют «гражданином мира» и подлинным гуманистом XX столетия – Иегуди Менухина.
Родившись в Америке, он большую часть своей жизни провел в Европе. Этот человек, активно игравший на скрипке почти 65 лет подряд, был настоящим «музыкальным кочевником», единственным, кому удалось сохранить на европейской и американской концертной сцене дух скрипичного дела в оригинале.
Выходец из ортодоксальной еврейской семьи, Иегуди Менухин родился в Нью-Йорке 22 апреля 1916 года. Его родители были эмигрантами Российской империи, отец уроженец Гомеля, мать из Ялты. Позже, после рождения сына, они переехали в Сан-Франциско.
Детей Менухины воспитывали в строгих еврейских традициях, но вместе с тем, они дали им блестящее домашнее образование. Глава семейства Мойше преподавал математику в одной из еврейских школ, а мать Марута обучила детей многим языкам, к тому же, она сама прекрасно играла на виолончели и фортепиано.
Скрипку Иегуди подарили когда ему исполнилось 5 лет, несмотря на то, что у мальчика была врождённая укороченность обеих рук Но Иегуди доказал, что в мире нет ничего невозможного. И вскоре музыкальная одарённость, любовь к музыке и сила духа одержали верх над этой особенностью строения его конечностей. С семи лет его музыкальным образованием занимается великолепный музыкант Луис Персингер.
Первый свой публичный концерт маленький вундеркинд дал в Сан-Франциско, в возрасте семи лет.
Но поистине судьбоносной стала встреча Иегуди Менухина со знаменитым в то время румынским скрипачом и дирижёром Джордже Энеску, которая состоялась в Париже осенью 1926 года. Этот великий музыкант стал для Иегуди не только наставником, но и вторым отцом, и другом. Потом Менухин постоянно говорил о себе как о наследнике играющих цыган, хотя мало походил на своего учителя, румынского цыгана Джордже Энеску, чьи секреты «говорящего смычка» он перенес в классическую музыку.
Всю жизнь он преодолевал профессиональные недомогания рук, а в 60-е годы правая рука оказалась чуть ли не парализованной. Иегуди Менухин лечился в Индии: прошел курс йоги, и до последних дней, даже в поездах и в самолетах, он занимался особой гимнастикой, включая ежедневное пятнадцатиминутное стояние на голове; поддерживать определенную диету и режим питания.
Так писал о знаменитом музыканте не менее известный музыковед Лев Николаевич Раабен:
«Менухин пережил трагедию, быть может самую страшную для музыканта – профессиональную болезнь правой руки. Очевидно, она была результатом «переигранного» плечевого сустава. Но несмотря на то что подчас Meнухин с трудом опускает смычок на струны, с трудом доводит его до конца, сила его щедрого таланта такова, что этого скрипача нельзя наслушаться. У Менухина слышишь то, что ни у кого другого – каждой музыкальной фразе он придает неповторимые нюансы; любое музыкальное творение словно освещается лучами его богатой натуры. С годами его искусство становится все более теплым и человечным, продолжая оставаться в то же время «по-менухински» мудрым»
Люди, дружившие и работавшие с Менухиным, говорят, что он был само простодушие, заботливая учтивость и непринужденная любезность. Никогда не выходил из себя, не употреблял грубых выражений, а напряженность старался разрядить шуткой. В быту был классически рассеян и забывчив, но образцово аккуратен в делах: отвечал на все письма, выполнял все просьбы.
До последних дней жил в непрерывных разъездах на гастроли, мастер-классы, почетные собрания; жена даже окрестила его «агентом по распространению скрипичной музыки». Путешествовал с минимальным багажом, ходил в старых разношенных ботинках, старался сам покупать в магазинах диетические продукты и свежие овощи. Его можно было принять не столько за великого артиста, пэра Англии, кавалера чуть ли не всех высших орденов мира, сколько за университетского профессора.
В Эдинбурге к оркестрантам Большого театра, приехавшим участвовать в ежегодном фестивале и выходившим после репетиции, приветливо обратился аккуратный старичок: «О, я вижу, вы музыканты? А я тоже играю на скрипке». Они успели поговорить о музыке, погоде, ценах в магазинах, пока из театра не вышел кто-то из пожилых оркестрантов. Поначалу остолбенев, он бросился назад за фотоаппаратом. Старичок оказался великим скрипачом Иегуди Менухиным. Он послушно сфотографировался с желающими, объяснив, что приехал играть на фестивале, и вот вышел в свободное время прогуляться по любимым окрестностям.
Однажды Иегуди Менухин так отозвался о понравившемся исполнителе:
– Хороший музыкант, вторая скрипка мира
– А кто же первая?, - спросили его с подвохом.
– Ну, первых-то много...
До самой смерти в 1999 году Менухин не прекращал концертной деятельности.