Давид Нармания
Тема Сербии в медиапространстве наших широт возникает в двух ситуациях. Причем обе довольно регулярно повторяются. В первом случае — это обострение в Косово. Во втором — поставки оружия на Украину.
На этот раз причиной зашкаливания зрадометра послужило откровение президента Сербии Александра Вучича специально для Financial Times. Он признал, что производимое в стране оружие может-таки поставляться ВСУ.
"Возможно ли, что такое происходит? Не сомневаюсь, что такое может происходить. Но какая у нас альтернатива? Не производить его? Не продавать?" — заявил он в интервью.
Эта же тема всплывала в конце февраля: тогда выяснилось, что сербские снаряды М-21 для РСЗО "Град" поставляются ВСУ. Да, не напрямую, через третьи и даже четвертые руки, в случае с этими боеприпасами — через Турцию, которая продает их Словакии, а та — Украине. Но это едва ли что-то меняет.
В новом интервью Вучич также подчеркнул, что Белград присоединится к запрету на перепродажу Москве технологий двойного назначения. "Мы не будем центром реэкспорта чего-либо в Россию", — отметил он.
Тут, казалось бы, и настал момент заклеймить предателя. Однако есть ряд важных но.
Не нужно быть гением геополитики, чтобы взглянуть на карту стран — членов НАТО и увидеть, в каких тесных объятиях недоброжелателей оказалась зажата Сербия. А ведь ей так упорно хотят навесить ярлык последнего союзника России в Европе.
Точно так же не нужно быть гением мнемоники, чтобы вспомнить, как буквально несколько дней назад ленты всех новостных агентств сообщали об очередном обострении ситуации в Косово. Примечательно, что за последний год таких эскалаций было несколько. И это тоже следствие уязвимого положения Белграда: пока Россия занята Украиной, некому сделать марш-бросок на Приштину. Десантники не придут.
В сухом безэмоциональном остатке у нас есть партнер, который до начала спецоперации умело сидел на двух стульях, сотрудничая и с Москвой, и с Брюсселем: курс на евроинтеграцию никто не отменял. Но Вучич не Эрдоган, а Сербия не Турция, и в нынешних условиях пространство Белграда для маневра сузилось до игольного ушка.
А еще у этого партнера есть нерешенный территориальный спор, в котором Запад активно поддерживает его оппонента. Если что, KFOR (миротворческие силы в Косово) — это солдаты НАТО. И ни у кого нет никаких сомнений, как они будут вести себя в случае перехода конфликта в горячую фазу, на чьи действия будут закрывать глаза, а к кому — относится с особым пристрастием.
Альянс ведь, по признанию его первого генсека Гастингса Исмея, создавался под лозунгом "Держать русских вне Европы, американцев — в Европе, а немцев — под контролем Европы". Поэтому стягивание Сербии с российской орбиты было лишь вопросом времени.
Вот и вынужден Вучич покупать себе деэскалацию такого рода публичными унижениями. Правда, думается, что такая валюта довольно быстро девальвируется и надолго ее не хватит. Но это уже проблемы Вучича.
Вся ситуация подталкивает к единственно возможному выводу: такие громкие слова, как "друзья" и "братья", в международной политике допустимо употреблять лишь в кавычках. Особенно в такие непростые времена, как сейчас. И главный урок, который следует почерпнуть из этой ситуации, — это то, как глобальные державы используют такой инструмент как "экспорт безопасности" союзникам и "экспорт угроз" — противникам. Если Россия хочет играть в игры за передел мира, то такой навык следует отточить.
Другие материалы автора:
Белгородчина — под ударом: Россия идет по пути Украины
Запад выпорол Зеленского за Белгород
"США на это указывали". Что будет в зоне СВО после освобождения Артемовска
