Русская элита – то есть, дворяне и князья, жила в своем мирке, со своими традициями и обычаями. И помимо прочего, эта обособленность проявлялась в том, как дворяне называли своих детей. Те имена, которые употреблялись в простонародье, могли быть неприемлемыми для элиты.
Еще больше уникальных исторических фактов на нашем ТЕЛЕГРАММ КАНАЛЕ, ВК и ОК.
Православные имена
После Крещения Руси появилась практика давать детям два имени – то, что употреблялось «в миру» и другое – христианское. Первое – языческое, более привычное для того времени, второе же – своего рода «официальное», которое озвучивали в церковных таинствах – при крещении, на венчании и в отпевании его носителя.
Постепенно языческие имена стали уходить в прошлое – Ростиславы, Любомиры, Бориславы постепенно исчезли в элите. Дворянство стало предпочитать христианские имена – Алексей, Василий, Сергей, Владимир и прочие. А старославянские, связанные с язычеством, уже, так сказать «перестали котироваться».
В знатной среде языческое имя стало признаком простолюдинов. Обладание только одним именем – христианским – показывало, что этот человек принадлежал к высшему сословию. По утверждению ономатолога В. О. Максимова, если судить по берестяным грамотам, найденным в Новгороде, среди горожан к XV веку уже преобладали христианские имена.
Монголо-татарское иго
После 300 лет, проведенных под татарским игом, в русском генофонде появилось много тюркских имен и даже фамилий. Однако назвать дитя тюркским именем у дворян запрещалось (другое дело фамилии – например, всем известные князья Юсуповы, среди которых помимо основателя не было уже ни одного представителя, носившего тюркское имя).
Были у дворян под запретом такие имена, как Азамат, Чингиз, Шакар, Гули и прочих. Филолог Ю. Карпенко (сборник «Русская ономастика») считал, что такие имена у русских воспринимались, как намек на поработителей. Психологически это было неприемлемым для дворянского сословия.
Элита и простолюдины
До петровских преобразований, в принципе, русское население использовало одни и те же имена, как для дворян, так и для «неблагородных». Но с проникновением на Русь западной культуры имена поделились на «элитные» и «простонародные».
В те времена «цивилизованная знать» наложила табу на такие традиционные имена, как Глеб, Архип, Антип, Елисей, Лукьян, Ермолай, Кузьма, Леонтий, Тимофей. Среди дворянок крайне редко можно было встретить Агафью, Аксинью, Василису, Прасковью, Ефросинью, Анфису и Алену.
Имя было показателем статуса, сословия. В повести Надежды Дуровой «Угол» описан случай, когда дочка купца Фатинья Федулова вышла замуж за дворянина и превратилась в Фанни. Когда мещанки и купчихи переходили в более высокие слои общества. То сразу же избавлялись от своих «неблагородных» имен: Акулины становились Александрами, Прасковьи – Полинами и тому подобное.
Яркий пример – род Долгоруковых
Долгоруковы – один из древнейших родов в России. Так вот, исследователи проследили историю этого рода по именам, которые они давали своим отпрыскам (П. Петров «История родов русского дворянства»). Выяснилось, что в допетровские времена Долгоруковы иногда «грешили», называя детей традиционными именами – были у них и Прасковьи и Глебы. Но с XVIII века они полностью исчезли.
С тех пор дети Долгоруковых были Михаилами, Александрами, Николаями, Сергеям, Мариями, Ольгами, Екатеринами и Еленами. Такие имена, как Юрий, Владимир, Петр встречались очень редко, а Глебом, Митрофаном и прочими «простыми» именами Долгоруковы никого не называли. Варвара тоже почти не использовалась, а Авдотья, Матрена и тому подобные имена совсем не встречаются.