На 70-летие приехали и брат, и дочка и сын. А давно так дружненько не навещали ее. Причиной такого внимания было наследство.
Не успела Екатерина Генриховна принять одного дорогого гостя и поставить чайник, а тут уже Тузик своим лаем оповещал о следующих гостях.
Уж не подумала бы никогда, что на ее 70-летие прилетят все немногочисленные родственники
Правда, не полным составом, только кровные. Детей, жен и мужей дома оставили, им у старушки в деревне не интересно. Вроде, логично, юбилей же, но на 60-летие только дочь приезжала, остальные звонками обошлись. А тут и другие слетелись дружненько.
Пожилая женщина никогда не отмечала дни рождения, разве что в молодости. Сейчас уже трудно сказать, что было причиной. То ли решила не отмечать, потому что никто ни приходил, то ли наоборот перестала отмечать, потому что никто не приходил.
Но сегодня она подготовилась, ждала гостей, на этот раз было у нее внутреннее чувство, что родня ее лично поздравит.
Старшего брата она 10 лет не видела, а сегодня приехал
Постаревший, дед уже, а одет по-модному, видно, что жизнь у него активная, не так, как у нее. Екатерина Генриховна скромно и безвылазно живет последние 13 лет в деревне. Разница в возрасте с Колей – 2 года. Но брат еще работает, не уступает своего места университетского преподавателя молодежи.
Коля прибыл первым из всех, и вручил своей сестре коробку конфет. Сказал, что все у нее уже есть, что дарить не знает, а такие конфеты она любит, вроде.
Екатерина Генриховна приподняла брови. Да, в молодости грильяж она больше всего любила. Но сейчас не раскусит. Понятно, что Коля как лучше хотел, вспомнил же, что любит сестричка, и то приятно. А для нее хороший повод заняться зубами. У брата вон, видно, что вставные.
Старушка сразу открыла коробку и предложила ему угоститься конфеткой.
- Ты что, я твердое уже давно не ем, - не подумав, выпалил Коля, а потом запнулся. – Но ты же любишь, - улыбнулся он.
Ладно, поблагодарила, пусть лежат, будут напоминать, чтобы зубами занялась. Почему бы и нет?
Вслед за братом пожаловали и дочь с сыном
Вместе – Рома на своей машине привез сестру. Слава Богу, помирились, подумала мать. А то, как кошка с собакой, как не родные, постоянно какие-то претензии друг к другу, не дружат семьями.
В честь своего юбилея бабушка испекла пирог, картошку сварила, гуляшик сделала. Соления достала. По-простому подготовилась. Не с пустыми же руками встречать гостей. А то, что ее юбилей не проигнорируют, и к гадалке не ходи, можно самой догадаться.
Екатерина Генриховна знала, что они не просто так приехали. Решили со старушки поиметь что-то. Мало уже вытянули раньше. Когда унюхали, что есть еще чем поживиться, то сбежались, а юбилей был только хорошим поводом.
Причиной всему стало наследство
Оно свалилось на пожилую женщину оттуда, откуда она не ждала. Оказалось, что ее нашел биологический отец. При жизни никогда ею не интересовался, а при смерти вспомнил, что больше некому свои накопления отдать.
Совсем недавно ее разыскал адвокат и озвучил сумму с 7 нулями, и все это в валюте. Все это счастье нашло женщину незадолго до ее 70-летия.
Екатерина Генриховна не была смиренной и тихой бабушкой, новостью сразу же поделилась с родными. Дескать, наконец-то, Бог отблагодарил за терпение. Всю жизнь другим помогала, ни у кого ничего не просила, и тут такая радость.
Сначала не верила. Думала, обман. Дочь так и сказала, что сейчас у тебя попросят какой-нибудь залог за перевод, или сначала оплатить транзакцию. Расстроила ее. Пожилая женщина уж подумала, что аферисты ее развели. Но нет, у нее ничего не просили, а вскоре на ее счете появилась кругленькая сумма.
Старушка даже всплакнула
Зря мать на отца ругалась, что удрал на родину, и плевать на дочь хотел. А он не таким уж и плохим оказался, хоть финансово не помогал, и даже не напоминал о себе, но не забыл дочь. Хоть и поздно, но вспомнил.
Грустно стало Екатерине Генриховне. Раньше бы все это, вот бы развернулась. Не нужно было бы пахать так на работе.
Но в прошлое не вернешься, нужно сейчас радоваться.
Впрочем, она зла на родного отца не держала, у мамы тоже был характер не золотой, сложно с ней было. Не выдержал хрупкий немец настоящей русской женщины, и сразу после родов дал деру. Но мать не долго грустила, нашла нового мужа. Отчим хорошим человеком был. Тихий, спокойный, всю жизнь под каблуком у жены, мать нашла свое счастье. А маленькой Кате он заменил отца, не обижал ее, растил, как родную дочь. Когда в школу пошла, мама правду рассказала, все равно вокруг все сплетничали.
А вот Генрих, вроде, так и не нашел своего счастья. Травма видать сильная душевная была, больше наследников после себя не оставил.
Вот на это свалившее счастье и слетелась родня, воспользовавшись удачным поводом
Желали бабушке долгих лет жизни, а она не верила в их искренность. Чего ж раньше не навещали? Только сейчас время нашлось, даже на кой-какие подарки раскошелились.
Дочь маме новый халатик подарила, сын – скамейку привез. Сколько раз просила его на улице что-то нормальное сделать. А то старая лавочка совсем неприглядная, садиться на нее страшно, развалится под весом человека. Просила его только доску новую пожить, а он сейчас целую скамейку принес, даже со спинкой.
Когда лирическая поздравительная часть закончилась, наступила тишина
Екатерина Генриховна молчала и делала вид, что ничего не понимает. А что старушке нужно? Должна быть рада гостям, считали гости. А бабушка размышляла, кто же первый начнет.
Они сидели во дворе, погода ведь хорошая, внимательно слушали пение птиц, как будто ожидали что-то важное от них услышать. Когда тишина слишком надолго затянулась, инициативу взял в свои руки брат.
- А у тебя тут уютно, - сказал он. – Лавка хорошая, можно сидеть хоть целый день. Удобно.
Похвалил племянника за такой хороший подарок. И дальше перешел к делу. Начал рассказывать, какое же это счастье, жить на свежем воздухе. Хорошо, что у них с женой есть дача, есть куда выехать из душного города. Отдыхают там душой, и свое что-то выращивают по мелочам. Вот только даче уже много лет, а ремонта там никогда не было. Куда там дачу облагораживать, если вечно в квартире что-то нужно было делать. Ни руки не доходят, ни финансов не хватает.
- Да, и в квартире тоже нужен ремонт, - вздохнул пожилой Коля и покосился на сестру. – Дети съехали, обновить бы все нужно.
- И в квартире? – уточнила Екатерина Генриховна. – У вас же там постоянно какой-то ремонт был, помнится мне, - удивилась она.
- Все же по мелочам, - покачал головой Коля. – Что-то подклеиваем вечно, подкрашиваем, стыд и срам, в общем. Но дача еще хуже, там бы ремонт в первую очередь сделать, деньги на это нужны.
- А это ведь та самая дача, которую ты после смерти родителей на себя оформил? – припомнила ему сестра.
У брата испуганно забегали глазки
Не думал, что сестра помнит это, считал, что этот вопрос закрыт, и обид больше нет, ведь сколько времени прошло. Но Екатерина Генриховна не только про дачу помнила. Она также на квартиру обратила внимание, которая Коле досталась бесплатно. Уж мог бы хоть раз нормальный ремонт там сделать. Но у него хватило сил только на то, чтобы обманным путем эту квартиру на себя переписать. А ведь бабушка двоим завещала.
- Ты же старший, тебе нужнее было, - напомнила ему его слова старушка. – Твоя жена тогда меня с этой дачи и выгнала.
Коля покраснел и не нашелся что сказать. Тогда более разговорчивый был. Говорил, что женщинам легче в жизни устроиться, к мужу можно пойти жить. А ему нужно жилье.
Сестра простила ему, что он квартиру забрал, все равно на даче жила, устроилась недалеко в сельсхоз предприятие агрономом. Но и на даче ей житья не дали. Женушка брата – хваткая дама, все к рукам заставила мужа прибрать.
- Обид нет, - спокойно сказала Екатерина Генриховна. – Все давно забыто и прощено. Но я ни копейки тебе не дам, - уверенно сказала она.
Брат что-то начал говорить про то, что все равно ей не нужно столько денег, сколько на нее свалилось. Куда она их будет тратить? А сестра не осталась в долгу.
- Значит, намекаешь, что мне жить осталось недолго? Так ты не в лучшем положении, чем я, - заявила она. – Пусть твои дети и делают ремонты, им же все достанется. А я к этой недвижимости не имею никакого отношения.
Брат приуныл, и больше ничего не говорил
- А у тебя что, дочка? – ласково обратилась к притихшей дочери она. – Ты же замужем, муж хорошо зарабатывает.
Юля набралась смелости и сказала, что у нее все нормально, но ты же моя мать, а значит должна просто поделиться.
- Материнский инстинкт же у тебя должен быть? – смотрела ей в глаза она.
- Нет его у меня, - ответила бабушка.
Какие инстинкты в ее возрасте? Она уже очерствела. Живет одна, детьми давно не опекается, впрочем, как и они ею. И заявила, что ни копейки не даст дочери. Не видит в этом необходимости.
Бабушка, не моргнув и глазом, хладнокровно отшила двоих. Не ожидали от нее такого. Думали бабка сейчас щедро наследство раскидает, ведь не знает, что с ним делать, а она по-своему поступила.
Екатерина Генриховна к сыну обернулась
Явно же, и он сейчас начнет деньги вымогать. Но Ярослав прочухал, что мать просто так не разведешь, и решил схитрить. Он попросил у матери 500 тысяч взаймы. Сыну срочно нужно менять отопление, батареи потекли, следовательно и во всей квартире нужен ремонт. Прямо недавно все произошло, матери не говорил, чтобы не расстраивать ее.
А на юбилее можно было эту новость сообщить, оказывается, подумала бабушка. Самое время.
Богатая старушка всем отказала в категоричной форме. Не такие уж и большие проблемы у всех, что им нужна помощь, самим можно справиться.
Екатерина Генриховна напомнила детям, что она после смерти мужа свою квартиру продала, чтобы детям по квартире купить. Сама ободранную комнату по дешевке себе взяла. Тогда никого из детей не смутило, что мать переехала в коммуналку без ремонта. Обещали ей помочь, но так руки и не дошли, свое жилье обустраивали.
Не дергала их, думала, со своим закончат, и ей помогут
Но они сами обустроились, а ее даже в гости не пригласили. Сейчас уже и не вспоминают, как она ютилась в маленькой комнатке долгое время, ведь почти не проведывали ее. А со временем она купила этот домик в деревне, так летом уже приезжали, внуков на отдых привозили, здесь озеро недалеко, удобно.
Но все сама делала. Вон, только скамейку сын сподобился подарить. В кои-то веки что-то для матери сделал. А так считали, что матери уже ничего и не нужно. Помирать пора.
Обидно пожилой женщине было, что только из-за денег приезжали к ней. Нет бы сказать матери, заслужила, поживи для себя, порадоваться за нее. Ни словом ни заикнулись о ней, все о себе, о том, что она им должна.
Екатерина Генриховна раньше была в растерянности, не знала, что с таким богатством делать, размышляла, как им лучше распорядиться. А перед юбилеем узнала, что к ней собираются приехать. Прямо не говорили, все вокруг да около, но она поняла. И не по себе стало. Вспомнили мать только когда у нее деньги появились.
Гости ушли в тот день ни с чем
Не рады были, что мать эгоисткой оказалась. Наверняка за спиной осуждали ее. Но ей ничего такого не сказали. Вообще ничего хорошего не сказали. Может, если бы по-хорошему с ней поговорили, сказали, что понимают, поблагодарили бы за все, что уже дала, и передумала бы потом. А раз им все равно, только о себе думают, то почему бы и ей о себе не подумать?
Пожилая женщина решила, что пора бы и ей пожить для себя. Хватит, всем дала такую возможность, теперь и ее очередь пришла. Не зря такое счастье на нее свалилось. Может, это благодарность за всю жизнь одним махом Господь ей выписал. Тогда грех не воспользоваться.
Что она видела в этой жизни? Как дети растут и вылетают из гнезда, и где-то летают, только иногда обмолвятся о своих впечатлениях. Теперь и ей пора посмотреть на мир.
Решила Екатерина Генриховна податься в путешествия
Поехать на родину отца, на его могилку сходить, сказать спасибо, что вспомнил. И дальше уже новые впечатления получать. Море заграничное посмотреть, дети-то уже видели, говорят, что хорошо.
Все-таки кровь отцовская, наверное, проснулась, он, говорят, на месте не сидел, полмира объездил.
Пожилая женщина никогда не мечтала о таком, но решила попробовать.
Сколько радости в жизни было? Семья была, дети и муж радовали, но работала без отдыха. Если не работа, так ремонты, только детей отправляли в лагеря, сами вечно что-то по дому. Вот теперь пусть будет наоборот.
Посмотрит, как дальше жизнь пойдет. Сначала о себе подумает, а уж потом и детям поможет, наверное.