Как-то в один из жарких летних дней в расположении бригады появился араб. Да, да именно настоящий араб. Этого араба взяли в плен то ли разведчики постоянно лазящие по горам и ищущие чем можно поживиться, то ли еще кто-то из федералов. А каким образом он попал в бригаду история умалчивает, хотя есть основания полагать, что данный индивид был подарен комбригу во время очередного ночного планирования масштабной операции за кружкой чая кем то из его друзей. После того, как с ним поработали все известные службы и выкачали из последнего все что последний знал и не знал, тот стал никому не интересен.
Так как в бригаде отсутствовало место где можно было содержать
пленного, пока инициативные бойцы сооружали зиндан, того подселили в третью палатку. Пленный действительно оказался арабом и с ним довольно сносно можно было разговаривать на русском.
Хотя последний и не понимал большинства слов, отчего становился объектом для беззлобных шуток бойцов. Араб кстати не обижался и смеялся вместе со всеми.
Сначала к нему относились настороженно и на ночь приковывали наручниками к спинке кровати. Спал он на полу палатки. Питался пленный из общего котла. Выяснив что пленный является мусульманином, бойцы подсовывали ему свиную тушенку. Наблюдая как он ее поглощает. Честно говоря ел он все, а когда наливали водку не отказывался и от огненной водицы. На подковыристые вопросы бойцов, типа ну как же так ты же мусульманин а сам употребляешь в пищу свинину и водочку попиваешь. Тот нисколько не смущаясь отвечал, что аллах разрешает употреблять в плену у врагов любую пищу. А что касается водки - так он пьет ее вынуждено, кроме того находится под крышей в палатке и аллах этого не видит. В общем на любой наш вопрос касающийся богословия у него всегда был готов ответ. Через некоторое время, принимая пищу по расписанию и от малоподвижного образа жизни пленный стал толстеть. Кроме того бойцам в бригаде он стал не интересен.
Рядом с расположением бригады находились железнодорожные пути на которых стояли пассажирские вагоны с представителями прессы.
Бойцы найдя в лице журналистов канал получения халявной водки и сигарет в обмен, постоянно скармливали последние сплетни из склепа. Обильно посыпая инсайдерские новости различными кровавыми подробностями, обещая при этом свозить, показать, либо взять с собой на операцию.
Однажды во время очередного обмена полезными вещами, бойцы сделав суровые лица, поделились с представителями пишущей братии о том, что у них есть пленный араб, ну только об этом никому.
Журналисты естественно закивали головой обещая всякие ништяки, лишь бы можно было взять интервью с ним. Накормив журналистов обещаниями и собрав с них необходимый гешефт, бойцы на потяжении нескольких недель вешали лапшу им на уши. Последним надоело снимать лапшу и они решили напрямую обратиться к представителями
пресслужбы. И тут закрутилось. Чуть ли не каждую неделю в расположение бригады прибывали представители пресслужбы с журналистами и операторами различных федеральных каналов. Из состава бригады выделялось пару бойцов, которые для того, чтобы их не смогли опознать,
одевали на голову балаклавы, выводили нашего пленного и начинались съемки.
Журналисты надрывным голосом сообщали в камеру, что вот только что подразделением федеральных войск был пленен иорданский наемник, камера делала наезд и показывала крупным планом замотанное тряпками лицо наемника. Причем каждый раз менялись подразделения федеральных войск, которые проведя очередную ловко задуманную штабом операцию успешно сумели захватить в плен боевика.
Араб стал знаменитостью. То он был эмиссаром направленным иорданской разведкой к Аль Валлиду, то опускался до простого боевика наемника прибывшего в Чечню подзаработать денег. То вновь
поднимался до личного связного Хаттаба. Вечером просматривая по телевизору новости по федеральным каналам, палатка содрагалась от смеха.