Ирина Альферова выступила сегодня на 10-м Забайкальском международном кинофестивале в Чите. Она рассказала о своих отношениях с режиссером и мужем, работе в театре, своих первых гастролях, бурно развивающейся кинокарьере и текущих проектах.
Вечер начался со стихотворения Юрия Левитанского «Каждый сам за себя», во время которого Ирина поблагодарила президента фестиваля Александра Михайлова «за то, что пригласил меня сюда». Александр Михайлович пригласил меня сюда. Когда я приехала на вокзал, Михайлов был в летней обуви, а на платформе был лед. Но я выдержала и благополучно добралась до города, спектакль состоялся, а Саша пошла на работу со сломанной рукой».
«У нее была замечательная и интересная жизнь — в течение двух часов она рассказывала о своей жизни, показывала клипы из известных фильмов и рассказывала своим замечательным коллегам о своей работе».
«Я познакомилась с таким количеством талантливых людей. В нашем агентстве люди нервные и впечатлительные, они быстро уходят, и очереди не закрываются, как раньше! Миронов, Пельтцер, Леонов, Янковский, Гафт, Евстигнеев, Даль, Абдулов и многие другие! Но нет замены Абдулову, нет замены Янковскому. А Чурикова… Я вас уверяю, они замечательные. Про них пишут разное, но самое главное не это — они творческие! Саша Абдулов Она напивается, но не очень. Я не пью, чтобы напиться, я пью, потому что не могу спать, я пью, чтобы выжить несколько дней, я пью, потому что не могу спать, я пью, потому что не могу спать. Потому что нет стадий, нужно выразить все, что накопилось. Мужчины, которые пьют. Я понимаю это чувство. Когда в доме нет алкоголя. И я всегда спокойно пью дома. А на сцене вы пьете? Потому что я не могу пить. Да, я говорю в защиту Ирины Ивановны».
Ирина Ивановна вспоминает различные эпизоды и происшествия, которые случались с ней как за границей, так и дома. Были времена, когда ей нечего было есть и нечего было надеть. Алферовой и ее команде часто приходилось играть на жаре, которую не каждый мог выдержать.
Когда мы ехали в Афганистан, у нас планировалась очень большая группа, но на разных этапах все отказывались, кто-то заболел, кто-то забеременел, кто-то испугался, и до Шереметьево доехали единицы, — добавляет актриса. Она была молодая, мы завтракали в ресторане. Она была молодая, мы завтракали в ресторане, и вдруг он начал кричать «водка»! Он начал кричать «водка»! Тамара Гвердцители объяснила, что ее мать сказала ей, что она заболеет, если не будет пить водку, и она была права! Мы ели консервированную пищу, но это не помогло, и пришлось идти в больницу за настойками. Тамара не вернулась и осталась с нами, дипломатами. Она сказала, что у нее болит горло и она не может говорить. Когда мы вернулись, она была единственной, кто получил медали и звания. Она была на фотографии, когда мы были в танках. Почему я все это помню, как это произошло? Да так. Совесть ее не мучила, она была хорошей девочкой!