Шурочка считала себя дамой культурной и образованной. Имела маленького сына, которого старалась воспитывать в духе уважения и сострадания к ближним. Мальчик рос понятливым и послушным.
Как-то раз Шурочка решила взять сыночка с собой на работу. То ли мальчику в детский сад идти не хотелось, то ли еще что-то. Словом, отправились они вдвоём на Шурочкину работу. Дело было зимой, под Новый год.
Они весело шагали от метро, идти было минут десять. Настроение было приподнятое. Светило неяркое зимнее солнышко, под ногами весело поскрипывал снежок. Путь лежал мимо местного дома культуры. И вот, проходя мимо, увидели они мужичка, лежащего на заснеженных ступеньках этого самого культурно-просветительного учреждения.
Шурочка, решив преподать сыну наглядный урок доброты и сострадания, наклонилась над лежащим и участливо спросила: «Милейший! Вам плохо?»
Милейший проигнорировал вопрос. Шурочке показалось, что мужичок практически замёрз, поэтому не может ответить. Она, держа сына за руку, сказала ему: «Видишь, дяде очень плохо, он заболел. Мы непременно должны ему помочь!». Сын внимательно смотрел то на маму, то на ступеньки и постигал урок доброты.
Шурочка, переполняемая участием, повторила вопрос, вложив в голос как можно больше теплоты. Внезапно мужичок открыл один глаз, сфокусировал его на заботливом Шурочкином лице и довольно внятно произнёс: « Пошла на…» Шурочка отшатнулась. А мужичок повторил, погромче и поуверенней выделив голосом направление, куда следовало идти Шурочке со своей заботой, причём, никуда по дороге не сворачивая. Женщина почувствовала себя глубоко уязвлённой… Она вдруг увидела, что мужичку нисколько не плохо, а напротив, он даже счастлив! Окутанный плотным облаком перегара, он находился в самом прекрасном расположении духа и не желал, чтобы ему мешали наслаждаться жизнью.
- Шурочка горестно побрела прочь от этого хама, так же держа сына за руку. При этом всю оставшуюся дорогу приговаривала: «Видишь, сынок, какие люди бывают. Невоспитанные, некультурные, грубые…»
