Интернет-диванные круги традиционно напряглись, когда в Казахстане несколько дней назад отметили День памяти жертв политических репрессий и голода.
Например, телеграм-канал «Темник» с аудиторией под 200 тысяч фактически обвинил президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева в том, что он, поминая жертв репрессий в Казахской ССР, встаёт на «украинские грабли». «На Украине тоже начиналось с этих же методичек», – умничает «Темник», добавляя для солидности своих измышлений абзац про выступление на правительственном часе депутата Госдумы от «Справедливой России» Яны Лантратовой, которая, кстати, ни словом не упомянула про репрессии в Казахстане.
В общем, вновь через «дела давно минувших дней» наши народы пытаются рассорить. Рассорить, используя примитивные инструменты, которые сегодня, к сожалению, современники не выпускают из рук. Эти инструменты – легковерность и недопонимание. Попробуем разобраться, что вкладывает президент Казахстана в День памяти жертв политических репрессий и голода.
Итак, накануне Токаев посетил в Алма-Ате Центр по изучению материалов политических репрессий ХХ века, подчеркнув, что «преступления тоталитаризма оставили глубокий след в самосознании нашего народа». Только прожжённый конъюнктурщик увидит в этой фразе антироссийский след. Наверняка немногие в России знают, что репрессии в Казахстане проводили, в том числе, и этнические казахи, оказавшись на большевистском партийном пьедестале. Однако в дальнейшем, как отмечал казахстанский политолог Данияр Ашимбаев, «перегибы спихнули исключительно на Москву и еврея Голощёкина» (секретаря Казахского крайкома ВКП(б) Филиппа Голощёкина, который, кстати, затем также попал по репрессивный каток; был арестован в 1939 году за «сочувствие к троцкизму» и расстрелян в 1941-м. — Прим. авт.).
Так вот, сегодня именно Касым-Жомарт Токаев пытается донести до молодого поколения республики историческую правду – национального вопроса в этой трагедии нет, есть только политический аспект.
Не случайно в марте этого года президент Казахстана жёстко осадил акимов разного уровня по поводу сомнительного «бюстостроения». Токаев заявил, что в последнее время в Казахстане стало тенденцией ставить у себя «на земле» памятники своим предкам из числа бывших партийных деятелей 1930-1950 гг., которые были непосредственно задействованы в массовых репрессиях.
«Придумываются биографии, наполненные героическими деяниями, которых в реальной жизни не было. Архивные документы эту тему или не подтверждают, или полностью отсутствуют. Группы активистов буквально заставляют наших граждан верить в мифологизированные биографии партийно-государственных деятелей советского прошлого», – подчеркнул Токаев, потребовав от комиссии по ономастике пресекать подобную самодеятельность.
А вот ещё такая параллель. В 2017 году президент России Владимир Путин открыл мемориал памяти жертв политических репрессий «Стена скорби» в Москве на проспекте Академика Сахарова. Тогда глава страны сказал:
«Политические репрессии стали трагедией для всего нашего народа, для всего общества, жестоким ударом по нашему народу, его корням, культуре, самосознанию. Последствия мы ощущаем до сих пор».
Путин подчеркнул, что «наш долг – не допустить забвения». На этом стоит и казахстанский коллега. Где, скажите, здесь «украинские методички»?
И последнее. Безусловно, столь чувствительная страница истории нуждается в огранке профессионалов. Непроверенных фактов и откровенной дезы по этой теме много, и это также подливает масла в огонь международных дискуссий. Например, открываем ту же «Википедию» и читаем: «За годы репрессий в лагеря Казахстана было сослано более 5 миллионов человек». Эту же цифру ничтоже сумняшеся публикует уважаемый казахстанский новостной портал Nur.KZ в статье «Токаев высказался о политических репрессиях в истории Казахстана». Но если провести в интернете чуть дольше времени, то можно без труда докопаться до истины. Например, коллеги из Inform.KZ констатируют: «По данным акимата Алматы, с 1921 по 1954 годы общее количество осужденных в бывшем СССР составило три миллиона 777 тысяч, из них к высшей мере наказания приговорено 642 тысячи». Согласитесь, как-то не сходится: 3 млн осуждённых во всём Советском Союзе, из них 5 млн в Казахстане.
Но дело, конечно, не в бухгалтерском счёте. В любом случае, произошедшее – это наша общая история, которую нужно не забывать. А правду незачем скрывать.