Большой славой и интересом в Костроме пользовалась летняя Девятая ярмарка.
Девятой она называлась потому, что начиналась в 9 воскресенье после Пасхи. Ярмарка была учреждена в 1789 году, времени «учреждения крестных ходов вокруг города по случаю свирепствующей в то время в России моровой язвы». В отличие от Фёдоровской ярмарки, продолжавшейся обычно 3 дня, Девятая ярмарка шумела три недели, до двенадцатого воскресенья после Пасхи. Каждый год накануне ярмарки составлялся план размещения на Сусанинской площади временных павильонов, лавок и балаганов. На площадке за Большими Мучными рядами обыкновенно устраивались разного рода развлечения – панорамы, аттракционы, фокусники, карусели, бывал даже цирк-шапито.
Ярмарка начиналась торжественным молебном в церкви Спаса в рядах, затем в центре Сусанинской площади поднимался ярмарочный флаг – знак, что ярмарка открылась. Торговцы и купцы размещались в пять линий на плацу между Красными и Большими Мучными рядами. Обыкновенно на ярмарке было от 150 до 250 крытых лавок и балаганов, но торговали и с обычных лотков, и даже на земле. На волжских пристанях стояли баржи с хлебом, рыбой, лесом.
Девятая ярмарка была крупным торгом с богатым товарным ассортиментом, собиравшим многочисленную публику с близлежащих губерний. Много лавок было с красным товаром (сукном, шёлком, шерстью), всех видов посудой, игрушками, книгами, мануфактурой, льном, ювелирными изделиями и многим другим, в том числе кустарным товаром. О количестве привозимого на ярмарку товара говорит ведомость о ярмарках Костромской губернии за 1857 год. В ней указано, что привезено товара на сумму 25 275 рублей, а продано на 11 920 рублей.
На Девятой ярмарке также было организовано общественное питание: можно было видеть столики и шатры, где предлагали разнообразные сладости, закуски и напитки.
За недорого продавали дары леса – грибы и ягоды; тут же торговали вареньями, наливками и соленьями. Чем-то особенным был для костромичей приезд на ярмарку армян и персов со своими традиционными товарами: халвой, грецкими орехами, изюмом, рахат лукумом.
Наконец, место торгового действа, как базар, понималось не односложно экономически, а как носитель идеи праздника
Общественные развлечения, устраиваемые в ходе летних ярмарочных гуляний, были каждый год разными. Иной год «развлечений – кроме двух-трёх фонографов – никаких». Однако в воспоминаниях костромичей о ярмарках конца XIX– начала XX века рисуется жизнерадостная картина разнообразнейших увеселений: «В два ряда ставились балаганы, где подвизались различные фокусники, иллюзионисты, гипнотизеры, гимнасты, шпагоглотатели, силачи, подымающие большие штанги и гири, иногда картонные или деревянные. Бывали и укротители диких зверей, а также демонстрировались различные человеческие уродства в виде волосатых «людей-собак», бородатых женщин, карликов, великанов…»
Три недели длился в городе настоящий праздник – Девятая ярмарка. С её окончанием пустела Сусанинская площадь, разбирались аттракционы, разъезжались гости, и городская жизнь снова возвращалась в будничный ритм.
Несмотря во многом местный характер Фёдоровской и Девятой ярмарок, они вплоть до 1920-х годов оставались значительным явлением в жизни города, определявшим размеренное течение быта костромичей.