Оставляя огненный след, по черному простору вселенной мчались космические корабли. Гремели выстрелы. Вспышки прожигали тьму. Шёл бой. Внутри кораблей метались люди с холодными, прозрачными глазами. Звучали команды. Среди космических солдат были женщины. Такие же жестокие, полные страшной решимости, с холодными глазами.
Сколько раз на экране телевизора перед Самантой возникали страшные видения из фильма «Звёздные войны». И теперь по дороге к женщине-космонавту девочка думала, что сейчас встретится с женщиной, похожей на героиню «Звёздных войн», — суровой и беспощадной.
Поработай с Ховкиным хороший психиатр, он, возможно и установил бы, из каких глубин его подсознания вылезли эти свирепые амазонки. Возможно, в эротических мечтах литератора они даже его пороли, но американская школьница Саманта Смит, посетившая СССР в 1983 году и встречавшаяся в Москве с космонавтом Валентиной Терешковой тут не причём. Ни в одном из трёх фильмов эпопеи «Звёздные войны», которые Джордж Лукас снял в годы существования СССР, жестокие женщины с холодными прозрачными глазами по коридорам кораблей и космических станций не носятся. Из представительниц прекрасного пола там пробегает, отстреливаясь от злодеев, ничуть не жестокая, хотя и немножко вредная принцесса Лея Органа — маленькая, трогательная, темноглазая, с забавной причёской в форме бубликов. Однако требовалось клеймить заокеанский империализм, и Ховкин очень старался. Ну, а когда Советский Союз рухнул, резво настрочил книгу «Мистерия: Сказка о четырёх девочках» с упоминанием той же Саманты, но уже без обличений киносказок Лукаса.