Не нравится мне их Ирка. Ты, Евгения, что хочешь делай, но ее в свой дом не пускай. Если поженятся, пусть живут в моей избе, я ее тебе завещала. Но Игорю не отдавай, не пиши дарственную. Пусть живут, а дом будет твой.
Начало. Глава 1.
Женя прилегла на край кровати прямо в одежде. Потрогала губами лобик дочери. Слава Богу, температуры нет и дышит доченька ровно. За нее сильно испугалась, могла ведь тоже простыть. Полежала, прислушиваясь к ночной тишине дома и, незаметно для себя, задремала.
Вдруг ей послышалось, что ее зовут. Евгения живехонько встала с кровати и пошла к бабе Маше. Свекровь лежала с раскрытыми глазами, мелко- мелко перебирая пальцами одеяло
- Явилась, а я вроде тебя не звала
- Послышалось значит. Посижу с тобой немножко, все равно не спится.
- Хорошо, что пришла. Открой-ка мой сундучок, достань там шкатулочку.
- Достала, а что там?
- Открывай, увидишь!
- Мама, это же! Откуда это у тебя?
- Прабабкино. Откуда у нее я не знаю. Бабушка не рассказывала, даже мать моя не знала. Мама надевала вот только эти сережки с зелеными камушками. Носи, теперь твои будут. Вот этот браслет Анне отдашь, когда школу закончит. Это кольцо, пусть Игорь невесте на обручение подарит.
Остальное спрячь понадежнее, мало ли какие времена настанут. Сейчас же спрячь, а то придут меня собирать и найдут в сундуке. Ох, устала я. Попить бы!
- Сейчас мама, бегу
Евгения принесла кувшин с водой поставила на тумбочку, налила в прозрачный стакан из тонкого стекла немного воды. Помогла свекрови напиться, поддерживая под голову, вытерла ей подбородок
- Напилась ли, мам, или еще налить?
- Напилась! Вода-то какая сладкая, из моего ключа?
- Из твоего, я ведь всегда на питье там воду беру.
- Спасибо, мне даже полегчало. Может еще поживу, еще попью водицы.
- Поживешь, конечно, на кого меня оставишь, кто с Анюткой водиться будет?
- Ладно, все равно скажу. Может не придется нам с тобой так вдвоем побалякать. У нас все дела, дела. Вот что, Евгения! Когда меня не станет, ты держись Александра и Надежды. Надька, она хоть и завистливая шибко, однако, когда станет тяжело, придет, поможет.
Только ты не давай ей себя подминать. Будь хозяйкой в своем доме, не разрешай ей командовать. В первый раз трудно стоять на своем, второй, третий и привыкнешь. Характер-то у тебя есть, только ты его до поры-времени не кажешь. Ты ведь дочь самой Алевтины, а яблоко от яблони…
Не нравится мне их Ирка. Ты, Евгения, что хочешь делай, но ее в свой дом не пускай. Если поженятся, пусть живут в моей избе, я ее тебе завещала. Но Игорю не отдавай, не пиши дарственную. Пусть живут, а дом будет твой. Ты все хорошо поняла?
Да, последнее. Ты, дочка, не оставайся одна, замуж выходи. Дети, они вырастают, женятся и бросают матерей. Не в укор тебе говорю, жизнь так устроена.
- Поняла, мама, все поняла. Только ты успокойся. Ишь, как тяжело стала дышать. Дай-ка я тебе сердечных капель накапаю.
- Не надо, дочка! Ты лучше окно открой!
- Холодно ведь, простудишься!
- Евгения, открой, мне воздуха не хватает.
- Сейчас, я быстро, только Анюту в дальнюю комнату унесу.
Вернулась с одеялом и с пуховой шалью в руках
- Сейчас одену тебя и открою.
Замотала голову свекрови шалью, укрыла вторым одеялом, подошла к окну. Отодвинув занавески, с силой дернула за ручку. Полоски бумаги, которыми заклеены окна на зиму, с хрустом лопнули, створки окна распахнулись. В комнату полился свежий холодный воздух.
Баба Маша попыталась приподняться на локтях. Но силы покинули ее. Евгения поддержала ее за спину, поправила подушку
- Мама, что ты хочешь? В окно посмотреть?
- Да, хочу увидеть, как всходит солнце.
- Отдышись немного, полежи, рассвет уже скоро, потом утро, мы с тобой поедем в больницу.
- Да, поедем, завтра поедем. Смотри-ка, Жень, небо заалело, дождалась ведь я, Солнце встает! Вот радость-то!
Бабушка Маша замолчала. Тишина показалась Евгении жуткой. Она обернулась к свекрови, та лежала с открытыми глазами и улыбалась. Женя закрыла рот ладонями, чтобы не закричать. Бабушка Маша была ме.тва.
Она напялила сапоги и побежала к бабе Фросе. Стучала в окно, не переставая, пока не выглянул отец. Он сразу понял, что случилось
- Фрося, вставай, там Женя пришла, похоже Мария скончалась.
Ефросинья сама закрыла глаза своей подруге. Вдвоем с Анастасией и Варварой, тоже соседкой, обмыла, одела в сме.тное, завязанное в узелок. Сама помогла уложить в г.об.
На кухне командовала Надежда, ей помогала Ира и еще одна девушка из их класса. Они готовили поминальный обед.
Провожали Марию всей округой. Справедливая была женщина. Не судила за глаза, в лицо все говорила. Таких при жизни не особо любят, но провожают в последний путь очень многие.
Перегородку в большой комнате убрали, и там накрыли поминальные столы. Надежда постаралась. Все было, как положено, и овсяный кисель, медовая вода, кутья, горячее, второе и кислые блины.
Народ долго не засиживался, помянули бабу Машу, посидели немного и разошлись. Женя принялась убирать со стола, Надежда остановила ее
- Сядь Женя, отдохни, всю ночь у г.оба просидела, вымоталась вконец. Мы сами с Иришкой справимся, Игорек поможет. Не принимай так близко к сердцу, бабушка уж немолодая была. Может лучше, что она ушла, теперь тебе легче станет.
- Надя! Что ты говоришь? С чего легче, она мне вместо матери была. Я осталась совсем одна, как ты не понимаешь?
- Как одна? А мы с Сашей на что? Мы ведь теперь одна семья. Все будет хорошо, дом бабушкин Игорю достанется, молодых туда поместим, будем друг другу и детям помогать. Заживем!
Евгения с удивлением смотрела на радостную улыбку Нади. Бабушки Маши не стало, а ей весело. На что Евгении такая родня?
- Не радуйся! Дом не достанется Игорю. Мама завещала его мне.
- Ну, и в чем дело? Тебе, значит Игорю.
- Пожить пущу, но свекровин дом не отдам. Самой нужен.
Продолжение читайте здесь: Глава 46