Эта страна во взаимоотношениях со своими соседями всегда нарывалась на неприятности. Причем к достижению этих «целей» ее манило, как магнитом.
Проблемы, так называемой Польши, начались гораздо раньше смерти короля Болеслава Храброго. Главной ее проблемой было то, что созданная Болеславом система существования военной монархии не могла существовать без постоянных войн, которые при этом должны были выигрываться (захват добычи, земель, пленных). Если какое-то время не "происходило" успешной войны, то обязанность по содержанию армии ложилась всецело на плечи населения, которое к тому же еще не было единым как в этническом, так и в религиозном отношении.
Началось все с того, что сын Болеслава Мешко в 1028-м году напал на земли императора Конрада Второго. Тот в это время был в Италии, где решал вопрос своей коронации.
Поляки вторглись в Саксонию и очень сильно ее разорили. По словам хрониста: «после ухода войск Мешко трава перестала расти».
Братья Безприм и Оттон, находившиеся на Руси, обратились напрямую к Императору. Виппо Бургундский, капеллан императора, в хронике отразил мысль о том, что нападение на Ляхию происходило с запада и востока. По другой версии именно Оттон обратился к императору.
В ответ Конрад пошел на Польшу и разорил окрестности Будишина (Бауцен). Но Мешко уже не вступил в столкновение с императорским войском.
Существует мнение, что к 1030-му году переговоры Ярослава и Конрада закончились, и началось вторжение в Польшу с двух сторон. Однако, как следует дальнейшее развитие событий, Ярослав воевал против поляков сам. Конрад ввязался в войну с союзником поляков - венгерским королем.
Но в 1031-м году Польша была атакована с двух сторон. При этом в походе принял участие брат Ярослава Мстислав Храбрый, знающий толк в воинском искусстве. В октябре 1031-го года Мешко бежал в Чехию. А Русь вернула Червенские города.
После этого власть в Польше оказалась в руках Безприма. Польские публицисты охарактеризовали эти события как первый раздел Польши, произошедший в первой половине 11-го века между Русью и "Германией".
Пусть будет так. Получается, Польша, начиная с 11-го века, всегда стремилась всеми фибрами своей души к собственным разделам.