11
Так и пришлось старухе принести на закуску ещё один пирог (на этот раз из чёрной смородины).
— Интересно, а как вы их печёте, если огня тут у вас днём с огнём не сыскать? — спросил захмелевший после третьей стопки "нефти" Рюшкин.
Не понимая, о чём речь, старуха вопросительно посмотрела на Чаромута.
— Наш земной гость спрашивает, — перевёл на местный язык старик, — как ты печёшь пироги без печки?
— А-а, — дошло до старухи. — Так это очень просто, милок. Берёшь, ложишь пирог на специальный чудо-камень, говоришь ему : "давай, пеки!" Камень греется — пирог печётся. Вот и вся наука.
— Нанотехнологии, — подсказали "черти".
— Как? — удивился Рюшкин. — У вас тут тоже были внедрены нанотехнологии?
— Ага, — кивнули хором хвостатые.
— Ничего удивительного, — объяснил Чаромут. — Посредники перебрасывали из мира в мир всё, что им вздумается, лишь бы это было им выгодно. В общем, пироги пекутся с помощью нанокамня, ни огня не надо, ни электричества. Нагревание происходит за счёт установки на него сковороды, чугунка или противня — физическая реакция. А управляется сей чудо-агрегат голосовыми командами. Отличная вещь, в принципе. Одна только беда бывает: как забудешь убрать с него сковородку или чайник, скажешь случайно знакомую ему фразу, например "чайку, что ли, горячего выпить?", а он возьмёт тебе и сам включится! И всё перегреет!
— У нас на земле в прошлом веке тоже были похожие приборы, — вспомнил Фёдор. — Я в кино видел. Но за последние сто лет многое изменилось. Можно сказать, от всего, что раньше составляло на земле цивилизацию, одна иллюзия осталась. В фильмах, книгах, звуковых накопителях. С моей точки зрения, это к лучшему: человечество постепенно возвращается к исконному — к корням, к природе.
— Хе-хе, — усмехнулся Чаромут. — Хорошо, если так. Только мне всё видится в ином цвете. История мира так часто повторялась, что складывается впечатление, будто она ходит по кругу. Кстати, это лишний раз доказывает, что времени, как такового, не существует. Либо оно, как заезженная пластика, постоянно заедает и перепрыгивает назад.
— Любопытная гипотеза, — заметил Рюшкин.
— Когда-то это связывали с тайными оккультными обществами, — продолжил Чаромут, — потом грешили на цикличность гороскопа. А буквально триста лет назад начали обвинять инопланетян, которые якобы хотят захватить землю.
— Ага, — усмехнулся Фёдор, — припоминаю. Инопланетяне такой народ, всё бы им захватывать и захватывать! У самих всего навалом — и сверхмощные летающие тарелки, и самые передовые технологии, и вся глубина научных познаний — только одной земли им не хватает для полного счастья, со всеми её проблемами!
— Много слухов от безделья и глупости, — кивнул старик, — но самые громкие и распространяемые слухи всегда сеяли сами посредники. В своё время мне довелось побывать на одной фабрике, где эти слухи буквально штамповали пачками. И, что самое печальное, платили за эту "лапшу для ушей" те, против кого она создавалась.
— Удивительно! — удивился в очередной раз Фёдор и проглотил ещё стопку "нефти".
— Ничего удивительного, — махнул рукой старик. — Вся эта схема стара, как мир.
— Да я не о том, — покачал головой Рюшкин, откусывая чёрное яблоко. — Удивительно встретить вас, такого мудрого, светлого человека в таком тёмном мире. Вы можете мне сотни раз доказывать, что судьбы не существует, что там, наверху нет никаких богов, но я всё равно буду верить, что есть в нашей встрече что-то... что-то загадочное!
Язык у Фёдора заметно заплетался. Сказывалось не только выпитое, но и пережитое за весь этот длинный день (хотя, возможно, давно шла ночь).
— Ну, кто-то же должен хоть немножко освещать эту тьму, — улыбнулся Чаромут, пожимая двумя руками протянутую ему руку Рюшкина. — Иначе во тьме вообще ничего не будет видно... А верить в хорошее — это хорошо, полезно, жить помогает.
— Слушай, Чаромут, а спой нам свою лучшую песню, — попросили тут разомлевшие от "нефти" и пирогов "черти". — А мы тебе подпоём!
— Это про "этот свет", что ли? — спросил Чаромут.
— Ага! — закивали головами хвостатые.
— Ну, слушайте, раз хочется, — усмехнулся Чаромут.
И, взяв в руки свою самодельную балалайку, заиграл и запел:
— Я пришёл в этот све-е-ет, чтоб оставить свой сле-е-ед,
Чтобы дети мои-и-и жили вечно в любви-и-и.
Чтобы жили без лжи-и-и, для услады души-и-и.
И живая вода-а-а добралась хоть куда-а-а.
Я пришёл в этот са-а-ад, чтоб растить виногра-а-ад,
Чтобы счастье текло-о-о всем гостям над столо-о-ом.
Никого не виня-а-а, в сердце радость храня-а-а,
И желая добра-а-а и любви всем мира-а-ам.
Продолжение пишется.
