Подруга Веры – Мария была связной в партизанском отряде. В Донецкой области оставались подпольные организации на предприятиях и в каждом населенном пункте. Они всячески тормозили производства, совершали диверсии и уничтожали готовую продукцию тех предприятий, которые стали работать на Германию.
Мария, её брат – подросток и Вера пробирались по ночам во временный концлагерь, который фашисты устроили прямо на территории химзавода, вытаскивали через подкоп под забором пленников. Землянку под кустами крыжовника увеличили. Пленные пару – тройку дней находились там: их подкармливали, чем могли; приносили одежду. Набравшись сил, пленники уходили оттуда в партизанский отряд. Мария с братом сопровождали их по очереди до места дислокации партизан.
Сосед – полицай и его дети день и ночь следили за семьёй Ивана. Иван Матвеевич был кадровым морским офицером – штурманом дальнего плавания. В гражданскую он вышел в отставку после того, как потопили военные корабли. «Поднимая» страну после войны и разрухи, он трудился в разных районах нашей страны по заданию партии.
Несмотря на то, что Иван гордился своим рабоче – крестьянским происхождением, от многих привычек, присущих офицерскому составу высшего ранга, он отказаться не мог и не хотел. Он курил трубку, набивая её табаком, выращенным в собственном саду. У него в коллекции было несколько дорогих трубок. Свою коллекцию он хранил у своего друга – хозяина ломбарда. Там же хранилась его парадная белая форма и целый «мешок» белых перчаток. Немцам не достались также его золотая печатка с зеленым камнем, обручальные кольца и золотые нательные крестики. И желудок его был приучен к хорошей и свежей домашней пище.
В одну из ночей после расстрела он вышел из землянки, чтобы покурить трубку. Накрапывал дождь. Ему никак не удавалось её раскурить. Он выругался и услышал шевеление в кустах. Он догадался, что там устроили засаду дети полицая и попытался быстро уйти подальше от землянки, чтобы не навлечь беду на находящихся там раненых пленников.
Фашисты схватили его на краю вишнёвой аллеи.
Вера нашла трубку в траве у землянки. Она поняла, что случилось. Но что ей оставалось делать? Разве что молиться о чуде.
Конвоиры привели Ивана в деревянное складское помещение. Там были люди. Многие узнавали его, спрашивали, почему он здесь, а не в подполье или в партизанском отряде. Он молчал и прикладывал указательный палец к губам в знак молчания. Женщины спрашивали у него, не знает ли он, что их ждёт?
Наступило утро. Двери открылись. Мужчин выгнали на улицу, раздали миски с баландой, затем погнали на работу на химзавод. Офицер вернул Ивана обратно, сказав, что толку от такого доходяги не будет. И тут Иван узнал румынский язык. Он знал многие языки мира на разговорном уровне. Но румынскому его обучал матрос на торговом судне, чтобы Иван смог ухаживать за дочерью цыганского барона.
Иван обрадовался. Он знал вкусы и привычки румын, догадывался, почему они пошли воевать на стороне фашистов. От нескольких ложек баланды у него «скрутило» живот. К вечеру стало совсем плохо, началась рвота. Скоро пригнали тех, кто днем работал. На заводе кто – то украл ёмкости с кислотой и поступил приказ коменданта - сжечь склад, в котором их держали. Иван услышал об этом через щели в дощатых стенах и понял, что надо действовать немедленно.
Деревянный домик летнего туалета находился метрах в сорока от склада. Дальше была полоска пашни, за ней - лесополоса. Иван крикнул в щель охраннику, что у него начинается понос и ему надо в туалет, сейчас его очередь. Охранник выпустил его, поднял автомат и, толкая дулом в спину, повёл до туалета. Он тяжело дышал ему в спину, от него несло перегаром. Иван сказал ему, что если тот его отпустит ( и будет стрелять ему вслед, но не попадёт), то он заплатит за своё спасение золотом. Солдат, услышав хороший румынский, опешил и тут же согласился. Иван сказал, что оставит золото у двери туалета. Он зашёл внутрь, закрыл дверь. Выломав вертикальную доску в задней стене, затем вторую, подсунул печатку под дверь, вылез в щель и побежал через пашню. Охранник замешкался, подбирая золото. Затем закричал и стал стрелять ему в след. А Иван, сделав пару прыжков вперед, упал на траву в лесополосе…