Влад приехал в отпуск в конце апреля. В аккурат, после пасхи. Я хотел встретиться синим 1 мая, на его день рождения. Но к сожалению он уехал в деревню, мы так и не пересеклись. Но у нас состоялся разговор по телефону, минут на тридцать. Посмеялись, помолчали. Влад продолжил. Мы говорили о многом, о том как парней бьёт осколками, пулями, о том как их вытаскивают с полей медики. О доме, о бытовых хлопотах на фронте, о возвращении. Мы говорили обо всём и не о чём одновременно. Я понимал, что это не тот Влад, что уходил на СВОЙ, он вернётся уже не другим. Да он и сейчас уже другой. Я и подумать не мог, что мой друг детства, которого я знаю всю жизнь, окажется таким смелым, отверженным, по хорошему безбашенным. А я просто продолжал верить, что всё завершится хорошо и мы скоро встретимся.
Влад приехал в отпуск в конце апреля. В аккурат, после пасхи. Я хотел встретиться синим 1 мая, на его день рождения. Но к сожалению он уехал в деревню, мы так и не пересеклись. Но у нас состоялся разговор по телефону, минут на тридцать.
- Здарова!
- Ну здарова.
- Че как сам? Куда свалил? Хотел тебя с днюхой поздравить.
- Да норм всё. В деревню уехал, к жене с ребенком. Хотел поздравить, поздравляй.
- Влад, от всей души поздравляю тебя с днем рождения, желаю успехов на поле боя, возвращайся домой живым и невредимым, крепко обнимаю тебя, поднял, подбросил, поймал, покружил, поставил на место. Жму твою мужественную руку, бей врага!
- Спасибо, спасибо. Ты как будто хоронишь меня. Не волнуйся, так и делаю.
- Ты когда обратно?
- Да скоро уже. Время быстро пролетело всего две недели в отпуске.
- Ну как первые денёчки?
- Тихо бл*
- Тихо?
- Ну да, аж в ушах звенит от тишины, а ночью так вообще, четыре дня уснуть не мог, всё ждал прилёта. Щас привык, как представлю, что скоро уезжать. Мама дорогая.
- Как семья встретила? Узнали хоть папку то?
- Узнали конечно. Малая выбежала, смотрит на меня и за Катюху раз, за ногу и спряталась. Потом заплакала, да и я всплакнул. Соскучились.
- Народ на гражданке сильно отличается от фронтовых?
- Да п*здец как. Все на таком расслабоне, тут как будто войны нет.
- Так ее тут и нет.
- Я понимаю, но как будто вообще нечего не происходит в стране. Так, где то там, че то кто то, с кем то, вроде воюет, а вроде операция какая то. В Москве, вообще молчу, всем на всё плевать, лишь бы кофе с утра свежий отхватить и в пробке вечером поменьше стоять, вот и все заботы.
- Понятно. Ну так вообще, в целом, надо идти служить?
- Пока посиди, не надо, справляемся. А так, если делать не х*й, иди. Попробуй. Тут всё по-другому, поймёшь сразу. Кайфанешь, романтика сплошная и юмор.
- За деньгами много приходят?
- Да нет, тут все за идею, но когда ещё и платят, вообще за*бок. Ну а че, семью надо содержать, пока мы тут.
- Согласен. Платят вовремя?
- Да не сказал бы. Вот я например три месяца был врио зам ком взвода, а зарплата пришла обычная. Не, я нечего не говорю, всё во время, но почему-то не та.
- А ты приказ видел? Что ты врио командира взвода?
- Тык вот в этом и прикол, приказ вышел только сейчас, вместе с моим приказом об отпуске.
- Ну вот, следующую зэпэху уже получишь полную.
- Это да, но за три месяца по сорок тыщ, сто двадцать тон в пролете получается.
- Нууу братан, ты не за деньги там.
Посмеялись, помолчали. Влад продолжил.
- Ну а твои как вообще?
- Да хорошо всё, вот из отпуска вернулись.
- Да я знаю, куда там гоняли?
- Да на моря. Тут не далеко. На двадцать дней.
- Ну ясно. Ладно, давай, мне тут на второй линии уже пьяный раз звонят, надо ответить. Рад был слышать. Своим привет. Письмо получил, рисунок. Спасибо. Очень круто, иногда не хватает именно этого. Напоминание о доме.
- Да не за что, дочь рисовала, вместе писали письмо.
- Ладно, до встречи. Скоро увидимся.
- Ага, давай, пока.
Мы говорили о многом, о том как парней бьёт осколками, пулями, о том как их вытаскивают с полей медики. О доме, о бытовых хлопотах на фронте, о возвращении. Мы говорили обо всём и не о чём одновременно. Я понимал, что это не тот Влад, что уходил на СВОЙ, он вернётся уже не другим. Да он и сейчас уже другой. Я и подумать не мог, что мой друг детства, которого я знаю всю жизнь, окажется таким смелым, отверженным, по хорошему безбашенным. А я просто продолжал верить, что всё завершится хорошо и мы скоро встретимся.