На фоне российско-украинского конфликта интерес европейцев к проектам на Каспии растёт на глазах. Европейский союз увеличивает закупки азербайджанского газа, и вновь на повестке дня появился вопрос о прокладке по дну моря Транскаспийского газопровода (ТКГ).
Азербайджан и Турция заявляют о готовности предоставить свою территорию для транзита голубого топлива европейским потребителям. Однако на востоке от Каспия, в Ашхабаде, по-прежнему занимают в отношении проекта транскаспийской трубы сдержанную позицию. И вряд ли власти Туркменистана ошибаются, предпочитая продолжать развивать сотрудничество со своими традиционными торговыми партнерами – Китаем, Ираном или Россией, а не налаживать партнёрство с Евросоюзом.
Причина возобновления одно время затихших дискуссий по Транскаспийскому газопроводу понятна всем: бизнесу и политикам коллективного Запада срочно понадобились ресурсы, чтобы заполнить образовавшуюся на европейском рынке пустоту, вызванную введенными Европой запретами в отношении поставок голубого топлива из РФ. Казалось бы, что нет ничего проще, как начать сейчас прокладку подводного трубопровода, тем более что Южный газовый коридор (ЮГК) функционирует, поставляя азербайджанское топливо европейским потребителям.
Однако если изучить проблему ТКГ более внимательно, то окажется, что появляются труднопреодолимые препятствия финансового и политического характера, сдерживающие реализацию этого крупного проекта. Нужны, в частности, огромные инвестиции для организации всего процесса прокачки туркменского газа в Европу, а не только для строительства трубы под водой.
Как свидетельствует опыт Баку при формировании ЮГК, Азербайджану пришлось стать основным инвестором. Южный газовый коридор включает газопровод Баку – Тбилиси – Эрзерум, турецкий Трансанатолийский газопровод (TANAP) и Трансадриатический газопровод с направлением в Южную Европу. И по всем этим трубам идёт азербайджанский газ, но его объёмы имеют предел. Туркменистану в любом случае необходимы будут долгосрочные газовые контракты с европейцами, гарантирующие Ашхабаду получение не только доходов, но и многомиллиардного финансирования от западных банков для разработки месторождений в Туркменистане и вливаний в расширение ЮГК.
Однако лет через десять европейцы не будут заинтересованы покупать туркменский газ на устраивающих Ашхабад условиях. В будущем им не нужно голубое топливо по высоким ценам, а реализация концернами Евросоюза планов по переводу ЕС на возобновляемую энергетику только снизит потребности европейцев в природном газе. В результате Брюссель и европейские покупатели станут требовать от Ашхабада предоставить им низкие цены на туркменское голубое топливо, вгоняя Туркменистан в долговую яму.
Кроме того, Евросоюз постоянно увязывает энергетическое сотрудничество в энергетической сфере с выполнением другими странами вполне определённых политических требований. Об этом свидетельствует хотя бы текущее противостояние ЕС с Россией. Подрывы ниток подводных газопроводов «Северный поток» продемонстрировали, что европейским политикам и чиновникам важнее достижение политических целей, чем надежное снабжение газом своего населения и своей промышленности.
Туркмены, этот древний народ, вряд ли заинтересованы в том, чтобы через тесное энергетическое сотрудничество с европейскими столицами у них принялись насаждать пресловутые демократические ценности и западную политическую повестку, нацеленную против традиционных партнёров Ашхабада.
Рената Алимова