Никем Не. ВЗЯТОЕ ЮБИЛЕЙНОЕ ИНТЕРВЬЮ

Ч.2 - 2

Н.Н. А у Вас с жизнью, что разве не так?

А.А. Да и меня так, только уже с небольшой альтернативкой. Так наверх в горы я уже давно тихохонько пешочком хожу. Выйдешь этак утречком, а там к обеду глядишь уже и на перевал поднялся. И тут по - разному бывает, иногда последний подъём с очень большим трудом даётся, аж до тошноты. Но ведь знаешь, что где – там наверху есть место для Господа, вот и лезешь к нему по камешкам. И потом на хребтике, на самой его вершине, и остановишься для отдыха и молитвы. Ведь для меня Господь, он где – то тут совсем рядом со мной сейчас находится. И стою я на каком – ни будь таком скальном выходе, лицом к морю, и сами собой звучат во мне слова: «Господь наш сущий, верю в тебя, ибо благ ты. И благо всё сделанное тобой: и эти бескрайние горы, и это море, и чистота и прозрачность воздуха, что стекает сюда со всех сторон, и это Солнце, что своим светом даёт жизнь всему – всему в этом мире. И эта тишина, что сейчас окружает меня, чтобы я мог полностью соединиться с красотой окружающего. Благодарю Тебя, что дал мне прикоснуться к твоим святыням, и на миг побыть рядом с Тобой. И пусть и дальше ждёт меня суетный путь моей жизни. Но всё – же, оставь мне ещё шанс соединиться опять здесь с Тобой».

Н.Н. Пафосно звучит.

А.А. Не злословьте, уж больно хорошо там, и имя Господа нашего невольно на уста приходит.

Н.Н. Но только это язычеством каким – то попахивает. А Вы христианин – ли вообще?

А.А. По всему моему мировоззрению – да, а ещё и православный. И сам крещёный, и дети мои и внуки. Только для меня лично, все мои службы воскресной обеденной молитвой и заканчиваются. Уж больно быт у меня суетный и заземлённый. Да и физическим состоянием своим я тоже крайне озабочен. Вот и летом, хоть по Крыму мне особо погулять не удалось, но зато потом дома я оторвался по полной: и до Управы от Ленинградской через Лысую Гору и Барсук прогулялся, а следом, и от Ширяево через лес и Подгоры до Рождествено дошёл. И на Верблюде на скалах тоже побывал.

Н.Н. Что – то не особо привлекательными выглядят для меня такие прогулки, да и особого смысла я в них как – то тоже не вижу.

А.А. А смысл в них тот, чтобы посмотреть, на что я сейчас ещё способен, и на что мне пока сил хватает. Посмотрел, вроде как пока всё нормально, - если после этих тридцаток летом и в жару, я потом вечером ещё пляжку могу играть.

Н.Н. Да, те ещё у Вас достижения.

А.А. Да уж, какие есть. Но есть и другие. Так моя ученица в этом году на прикладную математику и физику в МИФИ поступила, и теперь на плазму и лазер там учится. Конечно, это в первую очередь её личная заслуга, но и я свой вклад в это как – бы тоже внёс. Она ведь до встречи со мной считала себя чистым гуманитарием, и поэтому параллельно ещё и в МГУ на литфак по инерции тоже прошла. Но всё - же окончательно свой выбор на МИФИ остановила.

А вот для меня это имеет очень большое значение, потому как и раньше были у меня ученики, которые вполне могли бы на Москву замахнуться, но только они дома на прикладную в Аэрокос поступили. А тут сразу в МИФИ. Верю, что у неё там всё будет хорошо, потому как из личных проблем ей досталась только та, что уж больно рутинные задачи она решать не любила, поэтому в знаках и в дробях частенько ошибалась. А вот, если что с вывертом или с подвохом, так ей по силам было решение и по три дня кряду искать. Так что теперь у моих учеников уже и Москва стала просто одной из альтернатив для развития. А потому и требования к себе я теперь тоже повыше стал ставить: ведь если других чему – то серьёзному хочешь научить, то и самому при этом тоже есть прямая необходимость слегка поумнеть.