Ольга открыла глаза и зажмурилась от яркого луча, который пробивался между плотными шторами. «Воскресенье. Можно поваляться подольше. Дениску в садик не вести, да и Андрею не на работу. Сегодня у него отчётное собрание акционеров, а потом корпоратив. Костюм и рубашка приготовлены с вечера. В этом году не пойду. Достаточно того, что в прошлом, на десятилетие фирмы насмотрелась пафосных жён директората. Скучные, расфуфыренные, обвешанные бриллиантами. Сидели, манерничали друг перед другом, еле-еле ковырялись в тарелках. Андрюшка уговорил пойти, не смогла отказаться. Пришлось напяливать вечерний наряд и сидеть весь вечер, делать вид, что мне интересно их общество. Хорошо, хоть муженёк вытаскивал танцевать постоянно. Как он всё-таки шикарно двигается. Спортивное прошлое даёт о себе знать. Фигура у него потрясающая, несмотря на лишние килограммы, и вообще у меня самый красивый муж. Да и я у него классная». Ольга окончательно проснулась спрыгнула с кровати, побежала в душ. Сын закричал из детской: «Мамочка, иди ко мне, я тебя поцелую». Начался обычный выходной. Хотя у Ольги каждый день был выходной. Если так можно сказать.
В шесть вечера, проводив мужа и усадив сына за мультики, Ольга решила поболтать с подругой Светкой. Ох, уж эта Светка. Как только услышала, что Андрей отправился в ресторан, сразу заверещала: «Ты там, совсем сдурела? Разве можно мужика на такие мероприятия одного отпускать. Какая-нибудь повиснет, фиг стряхнёшь». Ольга поморщилась. Светка вечно жила в состоянии «как бы чего не вышло». Быстро закончив неприятный разговор, Оля продолжила заниматься своими обычными делами. В девять вечера, уложила Дениску и решила написать мужу. Через полчаса, заглянув в Ватсап, увидела, что сообщение так и болтается непрочитанным. Странно, Андрей обычно сразу отзывался. У них был ритуал в течение дня перекидываться всякими смешными фразочками. Ольга попыталась сосредоточиться на фильме, но глаза постоянно тянулись к телефону. Тот безмолвствовал. В конце концов, девушка схватила сотовый. Муж был вне зоны. «Это, что ещё за дела»,— пронеслось в голове. Ну, ладно, мало ли что, может, телефон сел, или в зале связи нет. Попыталась отвлечься на кино по телеку. Там актёр Банионис боролся со своими демонами в фильме Тарковского «Солярис». В течение двух часов девушка пыталась уловить смысл. В нормальном состоянии такое кино понять сложно, а уж если учесть, что в голове, помимо планеты Солярис постоянно крутились мысли о муже, то можете представить, кого Оля высмотрела по телевизору. Вместо Донатоса Ольга видела озабоченную мордочку Светки с горестно поджатыми губами. «Тьфу, зараза! И зачем она мне только сказала». В час ночи тревога достигла десяти баллов по десятибалльной шкале. Ольга металась от окна к окну, хотя проживая на восьмом этаже, вряд ли в темноте смогла бы разглядеть мужа. Заслышав лифт, девушка бежала к двери и ждала, что повернётся ключ, и Андрей, немного пьяненький и весёлый зайдёт в квартиру. Нет, опять не он. Телефон постоянно находился вне зоны. Звонить коллегам мужа Ольга не решалась, чтобы не ставить супруга в неловкое положение. Так, она пробéгала от двери к окну до трёх ночи. В голове рисовались страшные картины катастроф и других форс-мажоров.
Наконец, набравшись смелости, решила позвонить одному из сослуживцев. Трубку взяла жена, как раз из тех, пафосных. «А, Андрей Васильевич, так он ушёл с вертихвосткой из отдела маркетинга, весь вечер от неё не отлипал, какие там между ними молнии сверкали….», — ехидно прошипела супруга сослуживца. Ольга выронила телефон, горло сдавило, хлынули слёзы.
Утром дверь открылась, и гулёна нарисовался на пороге. Поднял виноватые глаза, и всё. Он ничего не говорил, не оправдывался, не извинялся. Да и не надо было ничего говорить. Всё было ясно без слов. После того как муж, вздыхая, ушёл на работу (и чего они вдруг решили праздновать в воскресенье?), Оля позвонила матери. «Ты, конечно, взрослая девочка, и сама знаешь, как поступить, я поддержу любое твоё решение». «Забери меня, мама». Совсем скоро деловитая и красивая мама Оли стояла на пороге. «Так, братцы кролики, в поход, в поход, труба зовёт» — пропела она Дениске.
«А ты, не смей плакать, не пугай ребёнка», — шепнула Ольге. Девушка почувствовала облегчение. «Мама поможет», — пронеслось в голове. Подхватив сумки с вещами, они вышли из квартиры и захлопнули за собой дверь. Решено было поехать к подруге матери тёте Ксюше. Дениска радовался приключению и без остановки тараторил: «А я в садик не пойду? А у бабы Оксаны есть кошка? А собачка? А мы надолго? А папа к нам придёт?» Когда Денис с Ксенией Анатольевной ушли на улицу, Ольга навзрыд разревелась. Мать сидела рядом и тихонько гладила дочь по плечу: «Ничего, ничего, всё проходит, и это пройдёт». «Мама, мамочка, я забыла, как сильно его люблю…как мне теперь жить?»
Прошла неделя. Оля решилась, наконец, поехать в бывший дом за вещами. Она надеялась, что Андрея не будет, но тот сразу выскочил навстречу. Похудевший, с растрёпанными волосами, он на удивление молодо выглядел. Как тогда, когда они встретились. Такой родной, такой любимый. Сердце предательски бахнуло и заныло. Ей хотелось кинуться к нему на шею, обнять, пожалеть, забыть всё. Но как забыть? Ольга оттолкнула протянутые руки мужа и прошла в комнату за вещами. Уходя, она бросила ключи на столик в прихожей. Андрей так и не вышел из кухни, как будто его там и не было. И только сигаретный дым туманом растекался по коридору.