На улице было довольно грязно, но солнечно. Еду, никого не трогаю, щурюсь от солнца. Внезапно из-за остановки выбегает тучка и быстро так машет мне предметом, похожим на полосатый банан. Да, это был страж дорог, устроивший свой штабик за остановкой. Останавливаюсь, приоткрываю окошко. «Инспектор Валиуллин», — рапортует он мне грозно и, не дав времени даже поздороваться, расстреливает меня знакомой всем фразой: «Права, техпаспорт, ОСАГО!» Затем стремительно засовывает свой нос в щель окна и шумно втягивает воздух из салона. Он дышал так жадно, что стали шевелиться незакрепленные предметы в салоне и мои волосы на голове. Чтобы не погибнуть от удушья, я открыл окно справа.
Увидев, что я отвернулся и открыл окно, он заподозрил неладное. Хитро прищурился и спросил: «Штрафы имеются?» Цель была одна — вынюхать меня изнутри. Я демонстративно громко закашлял, прямо на инспектора, и принялся извиняться, что не смог удержаться от приступа открытого туберкулеза. Нос инспектора выпорхнул из салона, как напуганный воробей. Прокашлявшись некоторое время, чтобы отогнать дорожника от машины, я громко и твердо заявил о своих правах: «Цель остановки? Объясните, только после этого покажу документы!» Ушлый инспектор понял, что рискует зря потратить на меня драгоценное время. И срочно предпринял попытку найти первопричину.
Он обежал вокруг, рассматривая автомобиль, и застыл сзади. В зеркале я увидал недобрую улыбку Валиуллина. Сглотнув слюну, вышел из машины. «Номер» — подумал я. «Номер!» — радостно крикнул он и стал его фотографировать. Я тут же вытер номер тряпкой. «Номер грязный, нечитаемый, невозможно идентифицировать автотранспортное средство, — стал умничать «остановочный партизан». — Я все сфотографировал, штраф!» «Если номера нельзя идентифицировать, как я поверю, что это фотография именно моей машины?» — сбил я ретивость инспектора. «Или все же номера читаемы?» — пригвоздил я его к стенке. Через минуту неловкого молчания инспектор пожелал счастливого пути и побрел прятаться за остановку.
Алмаз Ахатов, Казань
Эта история произошла во время моего первого общения с сотрудниками ГИБДД. Было время, когда я очень их боялась, в моем представлении сотрудники ГИБДД были просто какие-то карающие полубоги, непреклонные и беспощадные. И вот как-то раз выезжала я из города, а там стационарный пост ГИБДД. Все машины спокойно проезжают, и тут вижу заветный жезл, который недвусмысленно повелевает остановиться. Я почему-то начинаю нервничать, да так что руки затряслись. Инспектор подходит и спрашивает мои документы, я на автомате достаю из сумки и отдаю ему свое служебное удостоверение, он крутит его в руках и, улыбаясь, говорит: «Вы бы мне еще свой паспорт дали. Сейчас мне только водительское удостоверение нужно». Я говорю «ага», снова начинаю рыться в сумочке и тут с ужасом понимаю, что водительского удостоверения нет! Проверяю на всякий случай бардачок, но и там пусто. Ни прав нет, ни документов на машину. Я мямлю инспектору, что у меня все есть, только я все, кажется, дома забыла. Трясутся уже не только руки, но и колени. Инспектор предлагает пройти на пост, я, судорожно соображая, что же сейчас будет, иду за ним. Заходим на пост, и инспектор торжественно объявляет: «Еще одна дама без документов. На этот раз брюнетка». Я пытаюсь оправдаться и говорю: «У меня все есть, правда, только найти не могу, наверное, дома оставила». И тут один из инспекторов выдал спасительное: «А в козырьке смотрели?» Я выдаю эпичное: «В каком козырьке?» Инспектор, не сдаваясь: «В таком козырьке, который от солнца, штука такая, рядом с зеркалом заднего вида». Эврика! Я со «своим» инспектором иду в машину — и вуаля! Заветные документы там! И свидетельство на машину, и права, и полис. Зачем я их туда запихнула, до сих пор затрудняюсь объяснить, хоть и брюнетка. Зато с тех самых пор инспекторов ГИБДД бояться перестала, убедилась, что это вполне адекватные люди, следящие за порядком на дорогах.
Shera, e-mail