– Только не говорите, что мы здесь будем целый час, это же невозможноооо, вы злодеи, вы хотите украсть целый час моей жизни…
– Не гундось, всего лишь часик потерпеть, и может быть будет интересно. Смотри, над нами люстра какая огроменная и будешь так орать, она нам на голову упадёт!
Я не выдержала и громко рассмеялась. Это сзади меня сидело семейство: злодеи – мамапапа и мальчишка лет эдак 8. Мы сидели в Полоцке и ждали концерт органной музыки.
Я засмеялась, потому что вспомнила, как я в своём желании "окультурить" детёныша приволокла его в Лувр. Пробились локтями через толпу народа, встали перед Венерой Милосской. "А?!", – ожидая увидеть восторг, спросила у восьмилетнего сына, – "Хороша?" Сын посмотрел на меня взглядом полным трагизма всего русского народа и тихо спросил: "ЧТО это? Ты сама внимательно посмотри и скажи мне: что это?" Я посмотрела внимательно и сказала: "Голая баба без рук". Потом цапнула его за руку, и мы пошли лопать каштаны. Руками, естественно)
Концерт, впрочем, начался, папа сзади мирно храпел, сынуля поскуливал, а я, промёрзнув в этом храме к чертям собачьим, пошла к Голове. Я и в Полоцк-то приехала за двумя вещами – пообщаться с говорящей головой и посмотреть на старинную библиотеку.
Библиотека в "Музее книгопечатания" мне невероятно понравилась. Не испортило впечатление даже то, что она оказалась не старинная, а сделанная не так давно по старинным чертежам. Ну и ладно, сопричастность к средневековью ощущается мощная. Да и перед личностью Симеона Полоцкого, про которого в библиотеке рассказывается, я вообще замерла в глубоком реверансе.
Самуил Петровский, прозванный в Москве "Полоцким", был не только наставником детей царя Алексея Михайловича, но и поэтом, драматургом и политиком. Очень серьёзный человек писал поздравительные вирши в разных формах. Например, в форме сердечка. Такая первая "валентинка" XVII века.
Любопытно, что при всех достоинствах своих, целомудрии и протча, не торопится церковь объявить его святым. Видать, страдал недостаточно. Страдания у нас на первом месте. Чем больше страдаешь, тем больше святости.
Ну, а я страданину страдать не стала – на встречу с умной головой отправилась. Любопытный экземпляр. Находится это диво-дивное в иезуитском коллегиуме, которое открыл Стефан Баторий. Студентов нагнали. Пригласили туда разных прогрессивных преподавателей. Габриэль Губер был одним из них. Человек с талантами архитектора, механика, лингвиста и ещё с кучей всего, который и сотворил этот чудной механизм. Куды делась та, первая голова, про то история умалчивает.
А в 2015 году механизм восстановили, а голову изготовили новую. Сейчас она говорит губами Сократа. Огромная, ты ей вопросы задаёшь, а она, мигая глазами, отвечает. Ну, а уж как доподлинно механизм работает – то тайна за закрытыми дверями.
В общем, вместо того, чтобы в древнем городе восхищаться его древностью, я забавлялась. И это правильно!) Ведь каждый ищет то, что любопытно именно ему. А уж что это может быть: забавное граффити, дверная ручка или лохматая кошочка в окне – дело, какгрится, хозяйское!)
Было время ещё куда-нибудь заехать, но за меня венок одувановый никто не сплетёт. А время упустишь, и всё – только через год.
А как у вас с этим делом? Можете ли вы проехать пару сотен кэмэ, чтобы посмотреть попердульку интересную или букетик цветуёчков нарвать?! Или ежели уж ехать, то подайте нам полный фарш?!)