Сразу стоит сказать, что несмотря на наличие достаточно грубого жаргона и особой кастовой системы, жизнь в женских тюрьмах гораздо более комфортная, чем в мужских. Женщины не так агрессивны, менее склонны к дракам с нанесением телесных повреждений, меньше конфликтуют с начальством и тщательнее устраивают свой повседневный быт.
«Старушка» и «параша»
Так уж повелось, что отхожее место в тюрьмах как мужских, так и женских, никогда не называют туалетом. Унитаз, ведро, бадья для нечистот именуется «парашей», реже «старушкой». Так было заведено в тюрьмах до революции и после нее. Даже дамы из дворянских семей, оказавшиеся волей судьбы в советских лагерях, использовали эти тюремные термины.
«Рублевые»
В местах лишения свободы, где отбывают сроки женщины, есть категория зечек, оказывающих сексуальные услуги администрации («кумовьям») за плату или определенные поблажки. Это могут быть небольшие суммы денег, чай, сладости, сигареты или даже освобождение от работы. Таких заключенных называют «рублевыми».
Понятие это зародилось еще в сталинских ГУЛАГах. В 30-50-х годах различали «полурублевых», «15-копеечных» (или «пятиалтынные») и «рублевых». Это были ранги, в зависимости от которых женщина могла рассчитывать на те или иные привилегии. Отказаться от притязаний «кума» было очень непросто — строптивую заключенную ожидали постоянные притеснения.
«Семейницы»
В женских колониях, в отличие от мужских, практикуется совместное ведение хозяйства, когда несколько зечек объединяются в семью. Участниц таких небольших сообществ называют «семейницами». Эти женщины поддерживают друг друга везде, где только можно и, что интересно, между ними далеко не всегда устанавливаются сексуальные отношения.
В семье может быть и две, и пять женщин. Их объединяет не только совместное решение бытовых проблем, но и защита своих интересов в неблагоприятной среде. «Семья» старается всегда держаться вместе и, чтобы влиться в нее, нужно завоевать полное доверие всех членов.
«Мамки»
Женщин, попавших в места заключения беременными или зачавших уже в тюрьме, называют «мамками». Беременность — один из наиболее популярных способов облегчить свою жизнь в неволе, поэтому оказаться «в положении» мечтают многие. Условия содержания для беременных в лагерях и тюрьмах особые — они могут не работать, получать особое питание и имеют множество других приятных бонусов.
«Старшие»
Все женщины, прибывшие в места лишения свободы, в первую очередь сталкиваются со «старшей». Это опытная зэчка, нередко с несколькими отбытыми сроками, которая отвечает за порядок в камере или отряде. От этой персоны в жизни узниц зависит очень многое — она может закрывать глаза на некоторые провинности, а может, наоборот, докладывать о них администрации.
Часто «старшие» при наведении порядка обходятся своими силами или полагаются на нескольких подручных. «Старшие» действуют с молчаливого согласия начальства тюрьмы или даже выполняют ее указания. Существование особой иерархии среди заключенных помогает держать их в повиновении и оказывать давление там, где законным способом это сделать не получается.
«Коблы» и «ковырялки»
Лесбийские пары для женских колоний — это явление, не вызывающее ни у кого удивления. Активных лесбиянок, выполняющих в паре роль мужчины, называют «коблы», а пассивных — «ковырялки».
Не следует считать, что однополые отношения — обычный для женских тюрем и лагерей уклад жизни. Как правило, пару себе заводят зечки с большими сроками и те, что имели лесбийские отношения на свободе.
«Бычкососки» и «колхозницы»
Самую низшую ступень иерархии в женских местах заключения занимают «колхозницы» — глупые, неопрятные и затюканные жизнью зечки. Недалеко от них расположились и «бычкососки» — опустившиеся заключенные, потерявшие чувство собственного достоинства. Для них попрошайничество, поедание объедков или собирание окурков — обычное дело. Конечно же, другие женщины стараются держаться от таких сиделиц подальше.
Остается также добавить, что в некоторых отрядах использование уголовного жаргона запрещено по инициативе самих женщин. За соблюдением правил, которые часто нарушают «новенькие», следит «старшая», которая может даже применить физическую силу к ослушницам, если обычные воспитательные беседы не дают результатов.