В темноте ты превращаешься в слух и осязание. Не помню, чтобы я так легко погружался в глубину мызыки и поэзии. Это произошло вчера на вечере незнакомых и невидимых друг другу друзей. Для кого-то темнота была часовым экспериментом, для кого-то - продолжением каждодневной реальности. Даже пришла мысль, что без опыта освобождения от внешнего цветового разнообразия человеку трудно погрузиться в глубину своих мыслей и чувств. Без аскетики темноты и полумрака нет настоящей молитвы и духовного слуха.
В темноте ты превращаешься в слух и осязание.
Не помню, чтобы я так легко погружался в глубину мызыки и поэзии. Это произошло вчера на вечере незнакомых и невидимых друг другу друзей. Для кого-то темнота была часовым экспериментом, для кого-то - продолжением каждодневной реальности.
Даже пришла мысль, что без опыта освобождения от внешнего цветового разнообразия человеку трудно погрузиться в глубину своих мыслей и чувств.
Без аскетики темноты и полумрака нет настоящей молитвы и духовного слуха.
