В одной из своих статей я уже касался вопроса будущего русского языка, но сейчас решил написать об этом подробнее. Развивая озвученную ранее мысль, скажу, что те, кто радеет за сохранение и процветание языка, должны понимать, что его жизнеспособность зависит не от числа слов в нем, а от количества людей, владеющих им. В языке может быть хоть сто слов для обозначения одного и того же предмета, но если их знает всего полтора человека, то шансов на выживание у такого языка нет. Поэтому взрослые образованные люди должны рассказывать детям не только о том, что к слову "кринж" существует десять русских синоним, но и о том, что русский язык является частью великой европейской культуры. Тут можно вспомнить огромное преимущество русского языка, которое заключается в том, что он является международным. А значит, способен распространяться далеко за пределами России. Хотя для этого необходим и другой фактор популяризации языка, а именно — создание информации на нем. Для того чтобы русский язык стал более удобным для иностранцев, его следует упростить подобно тому, как это сделали американцы с английским, который, несмотря на грамматическую простоту, один из самых богатых в мире. В таком случае не носители русского с легкостью будут изъясняться при помощи базовой лексики, а нам останется все остальное богатство: диалекты, сленг, устаревшие слова и многое другое.
Первые шаги к упрощению были сделаны еще большевиками. К началу XX века скопилось достаточно много моментов, которые требовалось привести к единообразию, поэтому реформа 1918 года была логичной и закономерной. Например, от твердого знака на конце слов интеллигенция начала отказываться еще в XIX веке. Тогда же власти планировали вывести из алфавита буквы десятеричное, ять, фита и ижица. На фоне этих преобразований странно выглядит появление в алфавите букв "Ë" и "Й". "Ë" я бы убрал из эстетических и практических соображений, поскольку любой человек и без надстрочных знаков понимает, как читать то или иное слово. Другая крупная реформа была проведена в 1956 году. Именно тогда вместо вариантов "придти", "прийти" и "притти" как единственное допустимое было закреплено слово "прийти". Думаю, по прошествии более шестидесяти лет можно точно сказать, что признание формы "придти" по аналогии с "идти" было бы более выигрышным шагом.
В общем, несмотря на задуманные упрощения, язык стал не только более строгим, но и более сложным. Особенно это заметно в правилах, связанных с приставками. Единственная норма здесь, которую легко привести к дореформенному образцу, это "з" и "с" на конце приставок. Мне кажется, не произойдет ничего страшного, если в приставках раз-, воз-, без- и других будет писаться исключительно буква "з". Не каждый школьник, дотянувший до девятого класса, способен запомнить эти правила, поэтому, что говорить о тех, для кого русский язык неродной.
Еще одна вещь, которая часто вызывает путаницу — это частицы. На мой взгляд, стоит сделать так, чтобы с любыми частями речи "то" и "таки" писались через дефис. Также я бы вернул дефисное написание частицы "как будто", которая сейчас словно не на своем месте.
И конечно, самое трудное правило — Н и НН в причастиях и отглагольных прилагательных. Тут сложившиеся традиции осложняют проведение реформы, которая однозначно необходима. Ведь тот факт, что написание суффикса обусловлено наличием в предложении зависимого слова, кажется странным даже русскоговорящим. Логичнее было бы закрепить в полных причастиях одну букву "н", оставив как есть лишь слова исключения, — хотя постепенно они тоже могут быть унифицированы, так как большинство их не знает, а на письме полагается на интуицию.
Высокий уровень грамотности не должен быть уделом лишь узкого круга людей. Да, образованного человека всегда отличает поставленная речь и большой словарный запас. Зато тот, кто постоянно указывает другим на неочевидные ошибки в ударениях или лексике, обычно сам знает язык довольно поверхностно, да и к тому же плохо воспитан (или просто не вышел из переходного возраста). Но, если большинство, от которого зависит жизнь русского языка, испытывает потребность в реформах, почему бы не усовершенствовать некоторые правила. Ведь люди не могут любить свой язык, не разбираясь в нем. И самое главное, без любви к языку становится недоступна и культура. А утрачивая родную культуру, народ перестает быть собой и превращается в обезличенную массу, лишенную самосознания и смысла жизни.