Ивану предстояла серьёзная операция. Прогнозы врачей были весьма оптимистичны, но всё равно на душе было неспокойно. Одолевали тягостные мысли. Вдруг что-то пойдёт не так? Прежде, чем лечь в больницу, решил навестить родителей.
- Мам, пап, у меня к вам разговор.
- Что-то случилось? - забеспокоилась Марина Петровна, увидев напряжённое выражение лица сына. - Что говорят врачи?
- Подготовка к операции идёт по плану. Я о другом хотел сказать. Точнее попросить...
- Конечно, сынок, говори. Если какая помощь нужна, так мы с папой всегда готовы. Ты же знаешь. Может, деньги? У нас, конечно, накоплений особых нет, но, если надо...
- Погоди, Марин, не тараторь. - вмешался в разговор Степан Николаевич. - Дай Иван скажет.
-Я хотел попросить, - неуверенно начал Иван. - Если со мной что случится...
- Ваня! Ведь врачи говорили, что всё будет хорошо. Организм у тебя крепкий. Ты справишься! - Марина Петровна разнервничалась и была уже готова расплакаться.
- Мам, не перебивай, пожалуйста. Я тоже надеюсь, что обойдётся. Это я на всякий случай. Последняя воля, так сказать.
- Иван, да говори уже! - не выдержал отец.
- Ладно, - выдохнул Иван. - В общем, если что, не претендуйте, пожалуйста, на моё наследство. Всё, что есть у нас с Ириной, мы заработали сами: и квартиру, и дачу, и машину. Пусть это останется моей семье: жене и дочкам. Вам я помогал по мере возможности. Дом отремонтировал, воду и газ провёл, на новую машину добавил. Думаю, это немало.
- Какое наследство! - запричитала мать. - Ты живи, Ванечка, живи!
- Успокойся, Марин. - Степан Николаевич тоже переживал за сына, но старался сдерживаться. - Не волнуйся. Что же мы у родных внучек что-то отнимать будем! Но ты всё же настраивайся на оптимистический лад. Лечись спокойно. Всё будет хорошо.
Иван ушёл от родителей со спокойной душой. Кажется, они его поняли. Мама только очень переживает. Да ему и самому было не по себе.
А Марина Петровна никак не могла успокоиться. Пришлось даже лекарство принять.
- Стёпа, да что ж он такое говорит?! Наследство... - всхлипывала она.
- Переживает он сильно. Операция-то нешуточная. Надо верить в лучшее.
- Я не о том.
- А о чём? - не понял Степан Николаевич.
- Как он это сказал. Моей семье пусть всё останется! Вам я и так, мол, помог достаточно. Они его семья. А мы тогда кто? Чужие что ли стали?
- Не придирайся к словам. Мы оба прекрасно поняли его просьбу. И я согласен полностью. Сколько сил, времени и денег Ваня в ремонт этого дома вложил. Смотри, какая красота теперь! Мне иной раз даже стыдно было от него помощь принимать. Двое детей у него, а он на нас столько тратит. Хорошо ещё Ира не была против.
- А кто её спрашивает, эту Иру, с её копеечной зарплатой? Деньги Ваня зарабатывал. А теперь всё ей! Она семья, а мы непонятно кто! А Лидушка как же? Про сестру вообще не вспомнил! - не унималась Марина Петровна.
- Лида тут при чём? Она не бедствует. Сама работает, муж работает. Не шикуют, конечно...
- Вот именно! Уже за 30, а квартиры своей ещё нет. Со свёкрами живут. Наверно, поэтому и с ребёночком не торопятся. А так хочется внуков. Может, Ваня Лидушке хотя бы машину отпишет? Позвоню ему.
- Не сметь! - гаркнул Степан Николаевич так, что сам испугался. Жена замолчала и пошла в другую комнату, что-то бормоча себе под нос.
***
Операция прошла успешно. Каждый день его навещали в больнице жена с дочками, родители и сестра. Иван не сказал отцу, что в тот вечер мать всё-таки позвонила ему...
- Надо позвонить Илье, - решил Иван. - Он же юрист. На наследственных делах собаку съел. Может, что-нибудь посоветует.
Дверь палаты открылась, на пороге стоял Борис, муж Лиды.
- Можно?
- Проходи, не стесняйся.
- Извини, что раньше не навещал. Работа... - Борис виновато потупился. У Ивана с ним всегда были хорошие отношения, можно сказать, дружеские.
- Всё понимаю, мне здесь и так скучать не дают. Лида вчера тоже заходила. Привет от тебя передавала.
- Слушай, тут такое дело... Тёща, то есть мама ваша, к нам накануне твоей операции приходила. Всё Лидке про наследство, про машину талдычила. Знаю, и тебе нервы помотала по этому поводу. Ты не думай, мы ничего... И в мыслях не было. Мы за тебя переживали. Лидка с матерью даже разругалась. Тёща сначала на Лидку кричала, а потом на меня переключилась. Это, мол, я во всём виноват, нищеброд проклятый. Вот Иван - настоящий мужик. Семью может обеспечить.
- Ладно. Мама просто переволновалась. Не бери в голову. Я смотрю, ты мне что-то принёс.
- Колбаска вот. Её бы с пивом хорошо. Да тебе, наверно, пока нельзя.
- Так и колбасу-то тоже, тем более копчёную.
- Тебе же не желудок, а лёгкое оперировали. Я так думаю, оно и дышится легче, когда в животе любимая колбаска, а не манная каша. - Подмигнул Борис. - Я и хлебушек свежий принёс.
- Ладно, уговорил. - улыбнулся Иван.
- А Илье я всё-таки позвоню, - твёрдо решил он, дожёвывая бутерброд.
