Некоторые не понаслышке знакомые с судебными тонкостями люди предположили, что герцог Сассекский отсутствовал вчера в суде, потому что в это время команда его юристов проводила с ним репетицию перекрёстного допроса: давала инструкции, как вести себя в суде и как отвечать на вопросы с подвохом.
Лично мне эта версия кажется убедительной, потому как сегодня в зале суда принц Гарри держался спокойно и даже отпустил шутку во время процесса: когда адвокат ответчика Эндрю Грин попросил его отодвинуть многочисленные папки с судебными документами, Гарри ответил, что мистер Грин пытается заставить его делать зарядку.
Эндрю Грин не остался в долгу: когда герцога попросили говорить громче, адвокат выразил надежду, что Гарри повысит только свой голос, а не градус своего праведного гнева.
Более того, юрист спросил у принца, сам ли он написал 55 страниц своих свидетельских показаний или за него это сделали юристы с Меган, на что Гарри кротко ответил, что он является автором сего эпохального документа.
Гарри в свою очередь попытался задать вопрос адвокату, и Эндрю Грину пришлось напомнить принцу, что в данный момент он проходит перекрёстный допрос и может только отвечать на вопросы.
Также адвокат издательства MGN озвучил весьма неприятный для герцога факт: в 1996 году журналист Daily Mirror не мог написать статью о грустной Диане на основе информации со взломанного мобильного телефона принца просто потому, что этот самый телефон у юного Гарри появился только в 1998 году.
Герцог Сассекский заявил, что из-за бульварной прессы его мама Диана изменила своё отношение к нему (как именно изменилось мамино отношение принц не уточнил).
Гарри поведал суду, что циркулирующие в прессе слухи о том, что Джеймс Хьюитт является его настоящим отцом, вызвали у него опасение, что его таки хотят отделить от королевской семьи.
Вишенкой на этом торте стало заявление герцога Сассекского о том, что его родные пресса с правительством достигли дна, и он видит свою миссию в том, чтобы спасти журналистку как профессию.
Особые чувства у Гарри вызывает Пирс Морган: от одного вида этого журналиста герцогу становится дурно.
Что ж, со своей стороны я могу пожелать принцу Гарри успехов в этом нелёгком деле и дальнейших судебных разбирательствах, которые продолжатся завтра.