К местам катастроф первыми устремляются мародеры, торопятся опередить спасателей. Это явление распространенное, а не свойственное какой-либо группе населения, социально неблагополучной или просто нуждающейся.
Первыми прибыли на место силовики и все оцепили.
5 июня 1983 года под Ульяновском пассажирский теплоход «Александр Суворов» на полном ходу врезался в пролет железнодорожного моста через Волгу. Большая часть пассажиров в это время отдыхала на верхней палубе проходил танцевальный конкурс. Все, кто там находился, стали жертвами катастрофы. Тем, кто стоял, снесло верхнюю часть тела. Кто успел присесть, на головы обрушились бревна с щебнем – по мосту как раз проходил товарный состав, груженый строительными материалами. Чудом не пролилось топливо из цистерны, которая застряла в пролете и зависла над головами тех, кто уцелел и тех, кто находился внизу. В общей сложности пострадало больше ста пятидесяти человек, хотя официальные цифры с теми, о которых говорили свидетели, разнятся. В любом случае, речь шла о сотне и больше погибших.
На теплоходе находились отдыхающие. В туристическую поездку с собой брали все самое лучшее, нарядное и ценное. Тем вечером на танцполе женщины тоже надели свои украшения, не предполагая, что многие делали это в последний раз в своей жизни.
Очевидцы трагедии отмечали, что первыми на место прибыли не спасатели, а милиция, следили, чтобы не было мародерства. Все каюты были немедленно опечатаны, коридоры охранялись. За работой медико-санитарных служб велось наблюдение. Все, что они собирали на месте, под опись сдавалось старшему офицеру. Все фотографировалось и протоколировалось. Темнота осложняла дело и оставляла возможность для деятельности мародеров. Определить, кто с теплохода, а кто пробрался на него под видом спасателей, было крайне затруднительно. Потому добровольцев особо не приветствовали, а подъезды, подходы закрывались милицейскими и армейскими кордонами.
Тела разбросаны и ни одного украшения, ни часов
Все эти меры были оправданными. На моей памяти катастрофа самолета Як-40 из Еревана в горах Аджарии, которая произошла 15 июля 1975 года. Погибло 40 человек - 35 пассажиров и экипаж.
Еще в совсем юном возрасте побывал на том месте спустя месяц. Зрелище не произвело на меня впечатление – ожидал увидеть нечто более страшное, что ассоциировалось со словом «авиакатастрофа» - обломки покореженного металла, треснутые, но не разбившиеся куски стекла, целые иллюминаторы и пучки цветных проводов. Но рассказ солдатика, как я называл водителя отца, который принимал участие в спасательной операции запомнил навсегда.
Он показал мне место, где нашли стюардессу, целую:
- Мы все кинулись к ней, обрадовались, что хоть один живой! Лежит лицом кверху, будто спит, крови не видно. Глаза закрыты, нам показалось, что она улыбается. Никто не решался тронуть ее, чтобы понять – живая она? Хотя уже поняли, что лицо слишком бледное и грудь не поднимается, не дышит. Что с ней, поняли, когда, наконец, перевернули. Под ней была ложбинка и вся кровь стекла туда. Она ударилась затылком о небольшой торчащий из земли камень, он вошел ей прямо в голову. Солдаты чуть не плакали и все уговаривали себя, что она не мучалась, как другие, у кого травмы были жуткие и несовместимые с жизнью – собирали по деревьям и по кустам – их разбросало по склону на десятки метров. И только она вот.. могла выжить, если бы не этот камень.
Запомнил этот эпизод и другой, смысла которого сразу не понял, не оценил степень подлости тех, о ком солдат рассказал.
- Это армяне летели на свадьбу к родственникам. Везли подарки, сами разнаряженные, все в золоте. А когда нас туда привезли, да пока мы добрались до места (идти и правда, пришлось по наклонной тропе, которую уже протоптали солдаты от дороги), обратили внимание, что многие руки были без пальцев и уши рваные… Потом догадались – мародеры поработали! И как только успели! Ничего не обнаружили. Даже на той девушке, на стюардессе не было ни цепочки, ни колец, ни сережек. Единственное что, снимали их, а не срывали…
Никого из мародеров не нашли, все уже разбежались. Но кроме местных, некому, а своих они ни за что не выдадут. Один дед, которого опрашивали, философски заметил:
- Э! Зачем ищите? Мертвым ничего не нужно. Оставьте людей в покое. Они не виноваты в их смерти.
Вот такое отношение к мародерству, грабежом не считалось – добыча.