За кулисами - 19.

- Наши замечательные музыкальные девочки подготовили для вас выступление! - прогремел голос ведущего, Дани из 10 «А», и мы с Наткой выпорхнули на сцену в белых длинных платьях. Я улыбнулась публике и, взмахнув юбкой, села за рояль. Положила пальцы на клавиши и заиграла вступление. Натка сжала микрофон в ожидании куплета.

В юном месяце апреле

В старом парке таял снег

И крылатые качели

Начинают свой разбег…

- звонкий, чистый, словно хрустальный, голос Наташи отдавался во всех уголках актового зала. Сейчас она была особенно красива - невинное белое платье в пол, завязанное под грудью шелковой голубой лентой, и такая же голубая лента перевивала её длинную, переливающуюся медью, тугую косу, спускавшуюся ниже пояса. Открытое лицо, наивный взгляд ярко-зеленых глаз… И этот голосок.

Я, улыбаясь, опустила взгляд на клавиши. Наверное, смешно смотримся. Такая эффектная Натка, и я, маленькая неприметная пианистка. Да еще это платье в пол совсем меня спрятало. Единственное, что мне в нем нравилось - это синяя лента. Она удивительно ярко подчеркнула мои глаза.

Наташка закончила петь, я отыграла последние аккорды, встала из-за рояля, взяла за руку подругу, и мы вместе поклонились. Собирались уже бежать за сцену, как из зала, перекрикивая аплодисменты, зазвенел голос:

- А как же Таська?! Она ведь тоже поет!!! Таисия, спой!

Я подняла испуганные глаза: Переверзев! Ну, теперь я тебя точно убью! Потянула Натку за кулисы – улизнуть под начавшийся в зале ропоток, но нас остановил наш класс - они поднялись со своих мест и хлопали: «Спой!Спой!». Ведущий дал мне микрофон. Я сжала его в дрожащих пальцах, вымученно улыбнулась, шепнула Натке: «Что петь будем?», услышала ответное «Ну ту, финальную, из сериала, помнишь вчера напевали?», я закатила глаза – «Слова хоть помнишь?!», Натка утвердительно кивнула.

Я сказала дрогнувшим голосом в микрофон:

- Wherever I Go, Майли Сайрус.

Пошла обратно к роялю, установила микрофон на стойку, и пошла гулять по черно-белому, как по минному полю. Песня просто нравилась своим звучанием, и мы баловались с Наташкой вчера, напевая её. Ну что ж, посмотрим, что выйдет. Натка ободряюще мне кивнула. Ясно, слов не помнит, начинать мне. НУ хо-ро-шо…

- Here we are now everything’s about to change… - начала неуверенно я.

- We face tomorrow as we say goodbye to yesterday - подхватила Наташа.

Ну, ладно хоть вспомнила, зараза рыжая. Почему-то мне вдруг стало жутко весело, и я запела во весь голос припев:

So I'm moving on letting go

holding on to tomorrow

I've always got the memories

while I'm finding out who I'm gonna be

We might be apart but I hope you always know

You'll be with me wherever I go... wherever I go…

И поехалиии… Наташка, видя, как я весело долблю по клавишам и воплю в микрофон, тоже раззадорилась и начала пританцовывать. На сцену тут же вылетели парочки из нашего класса и завальсировали, замахали шариками. «Как здорово!» - подумала я, и проиграла припев еще лишних раза три, чтобы все натанцевались. Сделав красивый финал, снова вышла к Наташке, обняла её, поклонились, а зал нам стоя аплодировал, и все кричали: «Тася!Тася!». Но единственный взгляд, который я искала среди толпы в этот момент, был взгляд Эдика.

Нашла… Он смотрел на меня и улыбался, показывал большой палец и аплодировал, а в его глазах плясал неприкрытый восторг и восхищение. Мое сердце дрожало и пело победные марши. Вконец откланявшись, мы убежали со сцены.

Потом было выпускание белых голубей и шариков в небо, вручение букетов учителям, в общем, как обычный школьный Последний Звонок. Но для меня он был особенным. Я его запомнила, как день своего триумфа.

А потом начались экзамены. Я корпела над учебниками, писала билеты, проходила тренажеры ЕГЭ в Интернете. В общем и целом я была готова. Математику я сдала на «отлично», русский тоже. А вот на физике и информатике пришлось попыхтеть. Но все-таки я вытянула на золотую медаль. И это было вторым моим триумфом.

А Джульярд… Джульярд прислал мне письмо, в котором дал утвердительный ответ на мое зачисление, и приглашал заселиться в общежитие при консерватории через два месяца, 28 августа 2010 года. И это, в общем-то было третьим моим триумфом, но…

Но теперь я не была уверена, что хочу уезжать. Глядя на ликующих маму и папу, сердце сжималось от тоски в груди. Вот уже три недели я видела Эдика только на экзаменах, и уже безумно скучала по нему, по его улыбке. А у меня даже фотографии его не было.

А что же будет потом? Наташка все витала в облаках, мечтала поступить в театральный. Но это ей не светило, все экзамены она практически завалила – сдала на «тройки». Я ругала её, но она была в любовной эйфории – мечтала, что Эдик женится на ней, и не надо будет ей никаких университетов. А я смотрела на неё, грустно улыбалась и думала – как же я без моей рыжей?

В общем, оставалось четыре дня до выпускного. И в голове все настойчивей забилась безумная мысль.