Почему мы каждую неделю слышим сообщения о том, что глава СКР Бастрыкин взял под личный контроль рассмотрение той или иной ситуации в Нижегородской области?
На мой взгляд, это вопрос чисто процессуальный. Есть некоторые формальные условия, при которых гражданам не может быть отказано в их требовании, если обращение юридически правильно оформлено – хоть по поводу ликвидации троллейбусных сетей в Нижнем Новгороде, хоть по любому другому. И тут совсем неважно, тысяча человек подписала это обращение, десять или только один.
Опять же, если в ходе предварительной проверки обнаружатся формальные условия для возбуждения уголовного дела, то оно будет возбуждено. Другое дело, что через месяц мы услышим, что дело закрыто за отсутствием состава преступления или по иной причине.
Возможно, сейчас сообщений о внимательно следящем за событиями в Нижегородской области Бастрыкине стало больше, чем в предыдущие годы. Но, полагаю, дело здесь не в нашем регионе, а в изменении подходов к работе в самом Следственном комитете. Подобные сообщения я видел и по поводу Питера, Екатеринбурга, других городов.
Принята новая тактика – действовать со строгим соблюдением процедуры. Известно, что люди нередко сталкивались с отказом в возбуждении уголовных дел при обращении в милицию, несмотря на очевидную необходимость в таких действиях. Подобные нарушения со стороны правоохранителей раздражают граждан и сказываются на доверии к власти. Поэтому оптимальный вариант – четкое следование букве закона.
А вот с точки зрения медийной беспрестанные публикации о подобных чисто процедурных решениях – это полный идиотизм. Про маленьких детей раньше говорили, что они «всякую каку в рот тащут». Так и про современные медиа можно сказать.
Все, что способно вызвать общественный интерес и резонанс, выплескивается на страницы газет и сайтов. Притом, часто публикуются сообщения на такие темы даже вне зависимости от того, был факт события или не было: «то ли он украл, то ли у него украли, но что-то было».
Это характерная особенность текущего периода, к которой мы еще не приспособились. Ответственность за такие публикации не предусмотрена. С определенной оглядкой журналисты действуют только в случае таких острых тем, как СВО и пандемия – тут могут как-то наказать за дискредитацию или провоцирование паники. Во всех остальных случаях СМИ предоставлены сами себе – какой штат должен быть у правоохранительных органов, чтобы реагировать на публикации всех интернет ресурсов, которых, наверное, сотни тысяч?
Некоторые темы умышленно разгоняются в политических, экономических или хайповых целях. Кто-то подает обращения в СКР и другие органы, а потом вбрасывает в СМИ информацию, что обращения стали рассматривать, что кто-то взял на контроль, что возбудили дело и так далее. Это создает некий антураж вокруг действий таких активистов.
Ведь сколько дел возбуждает за день Следственный комитет в любом регионе? Наверное, не один десяток. Но СМИ обращают внимание на какие-то определенные – которые помогают дискредитировать определенные решения (как в случае с теми же электробусами или новой канатной дорогой). Иногда за этим стоит политическая борьба, иногда бизнес- или корпоративные интересы. Наносит ли замена троллейбусов на электробусы хоть кому-то конкретный, пусть небольшой, но ощутимый материальный ущерб? Наверное, наносит. И можно вычислить определенных интересантов.
Организация таких выплесков информации в СМИ стоит копейки, а СМИ ради хайпа начинают разгонять горячую тему – подхватывают все, вплоть до федеральных каналов. А у того же губернатора Никитина, который добился для города этих электробусов, выборы на носу. Все хотят, чтобы он избрался? Может быть, кто-то и не хочет, а кто-то хочет, чтобы избрался, но с бо́льшим количеством проблем.
А Следственный комитет просто действует в рамках принятого на данный момент алгоритма, беря на контроль общественно важные вопросы, к числу которых сейчас автоматически относят все обращения от какой-либо группы граждан. Такие заявления принимают, а не «футболят». И этой ситуацией кто-то пользуется.
И ведь обращаются заявители часто сразу в несколько инстанций («если вы не отзоветесь, мы напишем в Спортлото»), а раскручивают в общественном пространстве только наиболее громкие названия. Правоохранители отказать им не могут, но такие дела в подавляющем большинстве через какое-то время благополучно закрываются.
Андрей Самсонов, социолог