Давно собиралась познакомиться с творчеством Орхана Памука, знаменитого турецкого писателя, но все никак не могла выбрать книгу для первого знакомства. Наконец, решилась читать «Стамбул. Город воспоминаний» (есть другое название «Биография Стамбула). Читала по чуть-чуть и говорила себе: «если что, брошу», но потом одну главу прочла, другую. Никак не могла понять нравится или нет, но после половины книги уже не отвлекаясь ну другие, дочитала до конца, и прочитав последнюю строчку, вдруг поняла – мне очень нравится этот писатель. Для меня самой было удивительно, что эта последняя фраза так расположила ко мне писателя.
Книга посвящена отцу писателя - Гюндюзу Памуку (1925–2002)
Орхан Памук начинает свою книгу с воспоминаний о первых детских впечатлениях, о родителях, бабушке, дядях и тетях, старшем брате.
Наше семейство — мама, папа, брат, бабушка, сестры отца и его братья со своими женами — обитало в пятиэтажном доме, занимая все его этажи. Еще за год до того, как я родился, все они жили, подобно большой семье османских времен, в разных комнатах на разных этажах большого каменного здания, находившегося неподалеку.
К входной двери, как было принято в те времена, была прикреплена табличка, гордо извещавшая: «Дом семейства Памук».
Воспоминания эти относятся в основном к 1950-1970 годам, сначала глазами маленького мальчика, затем подростка и уже юноши. Но Стамбул Памука - это не только середина ХХ века, а машина времени в прошлое города и Османской империи. Орхан Памук вспоминает писателей и художников прошлого, которые в своем творчестве отразили Стамбул и, как он считал, тоску всех стамбульцев по исчезнувшему величию Османской империи.
Воспоминания о былом величии Османской империи, бедность и заполонившие город развалины, навевающие тоску, — вот с чем всю жизнь ассоциировался у меня Стамбул. И всю свою жизнь я пытался побороть эту тоску или же, как все стамбульцы, наконец сжиться с ней.
Он перечитывал произведения о родном городе Яхья Кемаля, Решата Экрема Кочу, Ахмеда Хамди Танпынара, Абдульхака Шинаси Хисара, любил рассматривать картины Игнаса Меллинга (совершенно незнакомые для меня имена), читал многотомную «Стамбульскую энциклопедию», которая хранилась у них дома на книжной полке.
В одной из глав, Памук приводит цитаты из стамбульских газет разных лет:
После каждого дождя все городские площади заливает водой так, что не пройти. Сколько же можно? Кто-то ведь должен этим заняться, в конце концов? Так пусть займется, и поскорее (1946).
Отныне продавцы шербета должны ставить муниципалитет в известность о том, какие красители и фрукты они используют. Правильное решение! (1927)
Золотой Рог уже больше не Золотой Рог, мы погубили его. Он превратился в грязный пруд, окруженный фабриками, мастерскими и скотобойнями, засоренный обломками судов и загаженный отходами, нечистотами и мазутом (1968).
Будучи ребенком, будущий писатель стал свидетелем страшных событий - погромов греков и армян в 1955 году.
«Говорите по-турецки!», иногда бросаемое грекам покупателями, — все это наводило меня на мысль, что греки, подобно живущим в трущобах беднякам, не были «уважаемыми» гражданами. Должно быть, думал я, это оттого, что султан Мехмет Завоеватель отобрал у них Стамбул.
Сначала погромщики направили свою ярость на лавки в Бейоглу, в которые я ходил с мамой, а потом до самого утра продолжали грабить и жечь по всему Стамбулу. Банды погромщиков разоряли и поджигали скромные бакалейные и молочные лавки, врывались в дома и насиловали греческих и армянских женщин. Можно сказать, что по своей свирепости они не уступали солдатам Мехмета Завоевателя, грабившим Стамбул после его взятия.
Еще в ранние годы, Орхан начал рисовать и его родители охотно поддерживали сына в этом, позже он поступит в университет на архитектурный факультет.
Когда мне было пятнадцать лет, я начал в огромных количествах рисовать стамбульские виды. Дело здесь было не в какой-то особенной любви к городу. Просто рисовать натюрморты или портреты я не любил, да и не умел, и единственное, что мне оставалось, — рисовать Стамбул таким, каким я видел его из своего окна или выходя на улицу.
Увлекательно описание Памуком его первой любви, тайные встречи влюбленных на фоне Стамбула.
Я вынужден скрыть имя моей тайной возлюбленной — ведь это все-таки книга воспоминаний…По-персидски ее имя значило «черная роза», но, кажется, об этом не подозревали ни те, с кем она ходила на пляж, ни ее одноклассницы во французском лицее, — потому что волосы у нее были не черные, а каштановые, а глаза — лишь чуть-чуть темнее.
Писатель очень любит свой родной город и это главный герой его книги. Но Стамбул Орхана Памука не тот шумный, яркий, красочный город туристов.
Стамбул моего детства — черно-белый, как старые фотографии, погруженный в полутьму, свинцово-серый город. Таким он был для меня и таким остался в моей памяти — отчасти потому, что я, хотя и рос в печальном музейном полумраке, был привязан к нашему дому. Улицы, проспекты, отдаленные районы казались мне полными опасностей, как в черно-белых фильмах про гангстеров. Я всегда больше любил зимний Стамбул, чем летний, — мне нравятся рано опускающиеся вечерние сумерки, нравится смотреть на дрожащие под порывами северо-восточного ветра голые ветви деревьев и на людей в черных пальто и куртках, спешащих домой по полутемным улицам, в дни, когда осень переходит в зиму.
В 2006 году Орхану Памуку была присуждена Нобелевская премия по литературе, как автору, «который в поисках меланхоличной души родного города, нашёл новые символы для столкновения и переплетения культур».
Читали О.Памука? Какая книга у него вам больше всего нравится?