Не то пролог, не то интерлюдия, а может вообще эпилог предыдущей части.
Григорий Евсеевич Зиновьев хмуро, исподлобья, посмотрел на нового помощника, докладывающего ему результаты расследования убийства своего предшественника на этом нелегком и ответственном посту.
- Таким образом, Григорий Евсеевич, органам дознания не удалось достоверно установить лицо, причастное к свершению данного преступления, но совершенно точно выявлено применение магии земли при изготовлении самих орудий преступления.
- Это как это? Магия земли же вплоть до четвертого уровня совершенно не имеет атакующих заклинаний. – Недоуменно поинтересовался Зиновьев, почти не надеясь получить ответ. Этот новый помощник, в отличие от погибшего Михаила, мысли шефа даже не старался предугадывать, камень, а не человек. Но нет, на вопросы шефа тот вполне уверенно отвечал, с полным, так сказать, знанием дела:
- Скорее всего, измененный магией камень использовался чисто для изготовления метательных снарядов, а в сам полет их запускали чем-то другим. Магией воздуха там, или пространственной магией. Да вот, даже тем же телекинезом, и тем возможно такое провернуть при некоторой Силе магии и сноровке.
- И тут эта пространственная магия! Ведь четкая же временная связь прослеживается с проникновением в учебный замок нашей организации! Анархисты это, больше некому! – Вскричал видный партиец и личный ученик вождя, услыхав название ненавистного лично ему раздела магии. – Вовремя мы этого Махно сковырнули, еще немного и убийцы бы уже не к помощникам вождей революции подобрались бы, а к нам самим. На упоминание телекинеза он не обратил ровным счетом никакого внимания. Заклинание первого уровня из общих разделов магии, без явных перспектив к улучшению. Ну, не мог матерый убийца такой вот примитивщиной пользоваться.
Помощник замер в постойке смирно, пережидая взрыв эмоций своего патрона. Зиновьев побушевав еще несколько секунд внезапно успокоился и спросил:
- Еще есть что-нибудь важное?
- Так точно. Следует отметить хладнокровие и явный боевой опыт нападавшего, который разделался с Михаилом Листвянским и его охранником, Осипом Высоцким, опытным боевым магом, сам не понеся совершенно никаких повреждений. По крайней мере, следов крови, отличной от крови хозяина дома и его телохранителя, следователи в доме не обнаружили.
- То есть ты намекаешь, что это может быть кто-то из людей Льва Давидовича, так что ли?
- Признаков применения именно боевой магии предостаточно, именно боевые маги способны с одинаковой легкостью использовать атакующую магию разных направлений, а большинство подобных магов из старых дворянских родов собрал под своим крылом именно Лев Троцкий.
- Кроме тебя самого, ротмистр, и еще целой кучи других мне известных. - Зиновьев в упор взглянул на слишком много себе позволяющего помощника. Все же в таком ключе о Троцком, стремительно набирающим силу в последние годы, следовало с осторожностью говорить даже в кругу самых проверенных кадров, не то что с выходцем из дворянской среды, наверняка имевшим среди сподвижников председателя Реввоенсовета республики немало знакомцев.
- Мое присутствие во дворце Петросовета в момент убийства может подтвердить не один десяток людей.
- Да я не обвиняю тебя, - махнул рукой Григорий Евсеевич, - просто на будущее будь добр подавать мне только самые проверенные сведения.
- Так же из дома пропали зелья, амулеты и артефакты из последних поставок. - Продолжил докладчик после краткой паузы.
- Артефакты?
- По меньшей мере, один, представляющий из себя зарядку для накопителей. По остальным придется разбираться дополнительно. Прошедшая неделя была квартальной неделей поставок от наших региональных представителей и подчиненных нам контрабандистов, так что в доме могло быть всякое.
- Кто знал о сроках этих поставок?
- Очень немногие. И все они из числа членов нашей организации, так что допросить с применением ментальных техник…, сами понимаете, не получится. Придется отслеживать их на косвенных. Личное усиление там, или внезапные дорогостоящие покупки.
- Действуйте! Мы не можем позволить иметь в своей среде предателей. Что-то еще?
- Новых сведений больше нет. Об использовании убийцей антимага, чтобы скрыться от магических ищеек я уже докладывал.
- И тут антимаг. Совсем, как в случае с проникновением в замок Мальтийского ордена….
- Вопреки распространенному мнению, антимагов среди населения не так уж мало.
- Да знаю я все это. Итак, значит, у нас имеются три основных версии: анархисты Махно, старые боевые специалисты Льва Давидовича и кто-то из своих….
- Так точно.
- Хорошо, можешь идти. – И уже дождавшись, когда за помощником закроется дверь, личный ученик вождя революции еще раз пробормотал: - кто же из них? Или… вопрос следует поставить иначе? Махно свое уже получил или вот-вот получит, предателей из своей среды мы еще поищем…, остается…. Определенно, нужно искать соратников. В одиночку свалить такого монстра.... Не стоит даже и пытаться.
Глава 1.
Даже человек с открытой у себя дополнительной Характеристикой Выносливости вполне способен устать, если окружающая его обстановка на протяжении целой недели вообще никак не будет меняться. Все тот же стук колес о стыки рельсов, мерное раскачивание вагона, мелькание деревьев за окном. Вот и я устал от этого однообразия. Настолько морально устал, что, нимало не сомневаясь, отправился в вагонный туалет творить запомненный по листочку из книжки в магической лавке ритуал. Нет, не вызова Ихтиандра, какой большинство возле своего фаянсового друга творят с перепою, всего лишь установление сродства со стихией. А куда еще мне было податься? Не в своем же купе, право слово, прямо на глазах пожилой пары попутчиков, подобным интимным делом заниматься. А в туалете еще и дверь к тому же на защелку закрывалась, и размеры помещения вполне подходящие для этого дела оказались.
Четыре амулета, которые я чисто для себя обозвал столбиками, встали в четырех углах, они довольно низкие цилиндры на ножках из себя представляли, так что устойчиво встали, без риска упасть. Самый большой амулет, чем-то похожий на раскрытый под углом в девяносто градусов тоже цилиндрический кейс, я пристроил на откидной полочке с небольшой раковиной умывальника. Ага, именно откидной, при необходимости полка с раковиной поднималась, становясь заподлицо с остальной стеной. Бог знает, зачем тут такое было сделано. Но мне прятать раковину и не требовалось вовсе. Наоборот, она послужила великолепной опорой для большой, исписанной каббалистическими знаками управляющей части. Ну, это я сам так мысленно предположил, что управляющей, чем оно на самом деле является, не имел ни малейшего представления. Два самых маленьких амулетика, я, как и требовалось по прочитанной прописи, просто зажал в ладонях. Всего семь амулетов, вроде, все готово.
Энергию свою я, как и предписывалось, начал подавать в те амулеты, что в ладонях держал. В точности, как когда-то в зерно, чтобы оно лучше прорастало. Оно и начало «прорастать». Моим глазам, усиленным системным навыком Опознания, представились этакие зеленые не то лучики, не то росточки, тянущиеся из моих рук по направлению к «кейсу». От ростков в них было очень много чего: и их зеленый цвет, и рост, и изогнутость и дугообразность линий, а от лучиков только свечение и прозрачность. Короче, магия.
Рост этих световых растений продлился совсем недолго, минуту, много – две. Едва достигнув своей цели, установленной в чаше туалетной раковины, эти росточки моментально вызвали целое светопреставление, ведь от «кейса» зеленый свет перекинулся к угловым цилиндрам, между ними пробежали собственные связующие лучики и вскоре я уже словно полярное сияние в масштабах туалетной кабинки наблюдал. Правда, в отличие от настоящего полярного сияния тут все исключительно на одном цвете зациклилось.
Очень меня интересовало: эти зеленые сполохи, они какую стихию вообще символизируют? То, что мой набор был нацелен вовсе не на усиление связи со стихией воды, я еще до проведения ритуала разобрался. Набор знаков, начерченных на амулетах, чуточку отличился. Проблема была в том, что у меня не было информации, что они означают. Но все равно выполнять ритуал кинулся. Таким образом рассудил: для меня родство с любой стихией все равно должно быть полезно. И все же, что за стихия? Не вода – она, по идее, синяя, не огонь – он бы и вышел в цвет пламени…. Может, жизнь? Зеленое, растет. Скорее всего, она. Повезло. Система пообещала мне отсутствие штрафов в пространственной магии, теперь еще и магия Жизни! Как на мой дилетантский взгляд, так два самых нужных и полезных раздела ухватил!
Ритуал подошел к концу. Языки полярного сияния в обратном порядке начали в управляющий амулет втягиваться, оттуда по утолщенным, по сравнению с началом ритуала, каналам в те, что я в руках все это время держал, перекинулись, обжигающий холод пробежался от ладоней к груди, кольнуло сердце. И все стихло окончательно. Лишь перед моими глазами виртуальный транспарант повис:
Сродство с магией смерти повышено. Сила магии +2.
Магия смерти? Что за черт! На такое я не договаривался!
А зато внезапно в коридоре людские крики раздались. Люди забегали, захлопали двери купе. Там что, мой ритуал почуяли? Да нет, вряд ли. По-быстренькому скидав все использованные амулеты в Личный карман, заметил, что те мелкие амулеты для рук после ритуала совсем не так презентабельно выглядят, как до него. Потускнели, а один, вроде как даже треснул. Нет, может, эта тоненькая трещинка там и раньше была, просто я не замечал, но скорее всего всё, данные амулеты замены требуют. Тщательно разбираться со случившимся убытком времени не оставалось, почти наверняка скоро и ко мне в дверь затарабанят. Наскоро вымыв руки в той самой откидной раковине, я вышел в коридор.
- Товарищ! Ты ничего вокруг странного не заметил? – Обратился ко мне проводник вагона. Он совсем поблизости от туалета оказался.
- Нет. А в чем дело?
- Какая-то контра в нашем поезде магию смерти творить затеяла. Вот, проверяем. Очень уж неприятная для граждан ситуация может нарисоваться. Так ты точно, ничего не видел?
- Вот те крест! Живот у меня прихватило, не до разглядывания особенностей окружающего было. – Креститься на всякий пожарный все же не стал, просто руку к верхней части живота приложил. Как знать, а вдруг бог все-таки есть в этом мире, и отслеживает клятвы, данные от его имени?
Проводнику и такой формы моей клятвы хватило, нахмурил брови и отошел к группке из нескольких товарищей, что застыли в коридоре нашего вагона. Пока я к двери собственного купе мимо них продвигался, они, молча, в следующий вагон двинулись. Пронесло, однако. И кстати, что я там про везение недавно поминал? Из целой кучи возможных вполне нужных и полезных стихий я умудрился вытянуть одну единственную, на усиление сродства с которой я сам лично ни за что бы, будь у меня нужная информация, не пошел! Слишком предвзятое отношение к ней у народа. Ну, и у меня лично.
Долгая дорога в раскачивающемся вагоне подошла к концу. Я спустился из своего до боли выученного вагона на насыпь, которая на здешнем вокзальчике по недоразумению именовалась перроном. Теперь поскорее бы до дома добраться. Понятное дело, с таким состоянием души я не стал ни красотами деревянного алтайского зодчества любоваться, ни по базару шляться, сразу на выход, в сторону тракта направился. Если по скорости сравнивать, так на дальних дистанциях я, с моей Выносливостью, еще и куда быстрее лошади буду. Одна беда, ночи уже холодные в здешних местах, придется ориентироваться на человеческое жилье, а не пытаться выложиться в беге каждый раз на максимум.
Вот, наконец, и узнаваемые окрестности моей родной деревни пошли. Вот на этом самом пригорке мы с Семеном и Степой в мае привал устраивали, когда в первый раз в школу шли договариваться по поводу экстерната. Вроде совсем недавно это было, а сколько разных событий со мной за это время приключилось.
Что могу вспомнить по пройденному пути? Так и не было ничего особенного. Пеший ход с бегом перемежал, Выносливость тренировал. Не зря, кстати. Система выкинула в конце концов мне поощрение за труды: Выносливость +1. А так… ночевал, как и наметил изначально, у тех хозяев, что спальные места проезжим предоставляют. Уже на подходе к Захарово нарвался на случай, когда хозяин сдаваемого жилья баню у себя топил. Тоже попросился помыться. Не забесплатно, разумеется, но счел такой расход для себя несерьезным. Зато к дяде Сидору заявился свежевымытый и в постиранной одежде.
В родные Большие Ебуны решил заходить со стороны леса и огородов. Сам еще не решил, как в моем случае быть. Подтвердить-то то, что груз я по назначению доставил, мне нечем. А груз там вполне серьезным был, из всего того, что на полках в шкафу у того менталиста стояло, привезенное мной минимум добрую треть заняло. Нет, так-то можно было бы взять и постараться все вернуть отправителю, мол опоздал, хозяин дома, который вы, Иван Тимофеевич, указали, приказал долго жить. Проблема только в том состояла, что я не знал, что из общей кучи привез именно я, а что и до этого там, на полках, стояло. А предложить Ивану Тимофеевичу самому выбирать, что из всего привезенного богатства его – прямой путь окончательно засыпаться. Да и употребил я уже часть привезенного. Короче, остается упереться, как партизан и твердить, что весь груз я доставил в целости и сохранности. Авось поверят и спишут убыток на неведомого грабителя-злодея.
Родители, когда я прямиком в избу ввалился даже опешили на минутку. Нормальные-то люди в калитку сначала стучатся, а сестренка вот, не растерялась:
- Сашка приехал! – И тут же с детской непосредственностью вопрос мне задала: - а что ты мне привез из Петрограда?
Ну, вот как объяснить Дашке, что со всеми этими треволнениями я банально о подарках и позабыл. Точнее, в подсознании отложилось, что не с пустыми руками я домой возвращаюсь, везу всей семье дорогущие зелья повышения Характеристик, но ведь ребенку пока еще и дела нет до всех этих зелий, ей игрушки и вкусняшки подавай!
- Ничего не привез, - говорю, - дорога очень трудная была. За подарком для тебя мы потом отдельно в город съездим. – Погрустнела, но ненадолго. Принялась рассказывать, как она тут с родителями жила, обитала.
А потом меня мать кормить кинулась, хоть пузо уже ей даже за стол садиться мешает. Рожать будет, не сегодня, завтра.
Разносолов особых на столе не было, но я и родной, семейной пище был рад словно фирменному блюду из лучшего ресторана. Уминал кашу с маслом и запивал хлебную горбушку простоквашей, только за ушами пищало. А после того, как насытился, отозвал отца в сторонку и принялся из Личного Кармана все там запасенное там для показа выкладывать. Сопровождая, разумеется, все это богатство рассказами о том, как оно было получено.
- Да, наворотил ты делов, - задумчиво протянул родитель после того, как я закончил свой рассказ. – Но, за исключением того ритуала, с магией смерти, тебе и в вину то поставить, собственно, нечего. Все получилось как бы независимо от тебя. А вот магия смерти не даст тебе землеробствовать, это точно. Зерно из твоих рук ладно, если просто взойдет когда-нибудь, а не ляжет в землю мертвым. И заклинание Лечения тебе по новой стоит опробовать. Боюсь, удивит оно тебя неприятно. Смерть же она противоположна Жизни, а Лечение во многом на Жизнь и опирается.
Пузырьки с разноцветным содержимым распределили по принципу наибольшей востребованности. Одно единственное имеющееся в наличии зелье на Силу магии выпил отец. Ему с его работой с зерном оно наибольшую пользу принесет. Еще два флакончика, повышающие значения Характеристик Тела и Разума, из общей кучки тоже он выпил. Тело – тоже понятно, ему же еще не раз пахать предстоит, а Разум – просто их я в избытке привез, каждому по два хватит. Отец вторую порцию этого зелья пить не стал, решил проверить, может, если время между приемами побольше пройдет, то не одна, а хотя бы две единички прибавятся? Сомневаюсь я, что из его задумки что-нибудь путное выйдет, но пусть пробует, зелье то теперь его.
- А как матери с ее пузиком, стоит эти зелья сейчас давать? – Засомневался я. – Или, может, то зелье, что на Тело воздействует, именно сейчас ей на пользу будет?
- Знаешь, сына, - родитель говорил размеренно, задумчиво, - на фронте прямо возле нашей части дивизион броневиков стоял. Так вот, у них присказка такая была: «Работает? Лучше не трогай». Очень уж часто у них эти броневики ломались. Давай, мы эти твои зелья на время отложим, что и кому пить решим попозже.
Все же еще один флакончик с зельем Разума Дашке споили. С этим-то тянуть точно ни к чему было. Сестренка еще про буковки восторженно защебетала, по своему малолетству, неграмотная она у нас до сих пор. А еще четыре зелья на +3 к Разуму и одно на +3 к Телу, отец пока подальше убрал. Лишь бы не забыл про них за хлопотами и заботами. Срок годности там точно не вечный.
К старосте я решил идти с оружием в Личном Кармане. Не то, чтобы слишком опасался его нападения на себя, но береженного, как говорится, и бог бережет. А чтобы оружие вместилось, принялся я в сундук, стоящий в сенях временно все мной добытое выкладывать. Хм. А поубавилось этого самого добытого. Вон сколько уже пустых флакончиков из-под зелья. Опять же амулеты те, в ритуале использованные, точно их у меня некомплект теперь. Словно электрические лампочки, выгорела та парочка, что в качестве инициирующих работала. Впрочем, и не горе совсем. Магия смерти очень уж специфическая штуковина, чтобы ее своим родным и знакомым пытаться прилаживать, а в сочетании с ее противодействием заклинаниям магии жизни, если таковое подтвердится, так и +2 к Силе магии нисколько подобное не компенсируют.
- О! А вот это вот ты мне не показывал! – Вдруг обрадовался отец после того, как я особо вычурную и объемную финтифлюшку выгрузил. Он тоже по какой-то надобности собрался из избы во двор выйти.
Скорее всего, именно так, не показывал. Мы же после того, как я начал флакончики с зельями Характеристик выкладывать, исключительно на них сбились. Не дошел я до конца показа всех своих трофеев.
- И что это? – Я уже настолько мысленно занялся продумыванием возможного разговора с нашим старостой, что интерес к своей добыче начисто утратил.
- Зарядное устройство для накопителей. Дорогая, я тебе скажу, штука. У нас в штабе дивизии возле такого же постоянно часовой был выставлен. Точнее, он не только зарядное устройство, конечно, охранял, знамя дивизии тоже, но относительно пригляда за зарядкой заступающий на пост часовой всегда дополнительные особые напутствия получал.
- Так нам и заряжать, вроде, пока нечего. – Попытался спустить я на землю родителя, который, похоже, прямо сейчас начал какие-то планы на использование этой самой зарядки строить.
- Нечего, но это пока. Знаешь, сколько всяких полезных штук людьми почти не используется только оттого, что там накопители постоянно заряжать требуется?
Ну, пообсуждали мы с отцом возможные варианты устройств со встроенными накопителями магической силы. В принципе, в самом деле, перспективы открываются головокружительные, только одна проблемка… точнее две. Первая, то, что все эти устройства вряд ли даже в Барнауле в широкой продаже распространены, а вторая – соседи. Ну, не скрыться в деревне от их всевидящего ока. Обязательно что-нибудь высмотрят, а там и до властей слухи дойдут. И пожалуют к нам снова люди со стылым взглядом. Та же винтовка, что я чекистам выдавать отказался, не особенно-то им и нужна была. С дорогим, редким артефактом все куда как серьезнее может получиться.
С Иваном Тимофеевичем повстречался неподалеку от ворот его дома, он откуда-то со стороны тракта возвращался. Не пришлось даже в калитку тарабанить, привлекая внимание соседей.
- Пойдем, Саша, расскажешь, как съездил. – Пригласил меня наш староста к себе на двор, распахивая настежь калитку. Как-то сама собой в памяти всплыла птичья ловушка с дверцей – захлопкой. Птичка залетает внутрь, садится на жердочку, с которой так удобно клевать корм – и все! Попалась птаха!
- Ну, рассказывай, Александр, как съездил. Не тяни. – Настойчиво попросил меня хозяин, едва я на его подворье вступил (а дверца, то есть калитка, за моей спиной действительно захлопнулась, отрезая меня от взглядов со стороны улицы).
- Нормально съездил. Степаниду вашу с Семеном в Москве до самой их комнаты проводил, которую они там в двухкомнатной квартире сняли, и потом, после Гатчины, еще раз туда заезжал. Степа на работу в Наркомпрос устроилась и еще к тому же на вечерние курсы в университет ходить начала, да и Семен тоже на работу устроился. – Принялся рассказывать я новости, но был перебит.
- Про Степу с ее мужем ты мне попозже расскажешь, а сначала поведай, как в Гатчине у тебя все прошло.
- В Гатчине? Вообще без проблем. Приехал на вокзал тамошний, спросил дорогу у тетки, пошел через парк. После парка еще раз дорогу у постового милиционера уточнил. – С излишними подробностями принялся повествовать я, словно не замечая, что староста желает от меня поскорее услышать информацию именно о самом последнем отрезке моего пути. - Кстати, улицу, на которой стоит тот дом, куда вы меня отправили, переименовали. Теперь это улица Карла Маркса.
- Бог с ней, с улицей. – Не выдержал Иван Тимофеевич, - ты мне про то, как товар передал, рассказывай.
- А-а! Там просто все. Пришел, постучал в ворота. Открыл мне неприветливый мужик. Выслушал он те слова, что вы велели ему для опознания сказать, про приветы от друга Ивана, провел в дом. А там уже другой человек принял все от меня, содержимое моих сумок в свой шкаф сложил и отправил восвояси.
- А в руки тот человек тебе ничего не дал после того, как у тебя весь привезенный тобой товар принял?
- Хм. Ничего вроде. А что он мне должен был дать?
- Ну, жетон такой серебряный. С орлом, летящим по небу.
- А-а! Жетон дал. Только я его дома оставил. Думал это он мне, как посыльному в книжках баре дают, монетку непонятную за труды выдал. Хотел ее в Москве в магической лавке за амулет предложить, да застеснялся чего-то.
- Где этот жетон? – В нетерпении вопросил Иван Тимофеевич, только что в драку от нетерпения не полез.
- Так дома оставил. – На самом деле, в том шкафу я, в числе прочих непоняток, под два десятка таких серебряных жетонов с летящим орлом прихватил. Думал тоже, амулеты какие-нибудь, хоть магией от серебряных кружочков и не пахло. Так ведь далеко не от всякого амулета магией несет.
- Неси скорее. Он очень важен. Это знак для меня, что передача успешно прошла, и из товаров ничего по дороге не пропало.
- Сейчас сбегаю, Иван Тимофеевич.
До дома и обратно к старосте я действительно мчался бегом. Очень хотелось побыстрее уж с этим опасным дельцем разобраться. Все же, как здорово получится, если ко мне никаких претензий у контрабандистов не останется.
- Вот он, этот жетон! – Старосте тоже настолько не терпелось с меня этот странный жетон получить, что он аж за ворота вышел и по направлению к моему дому двинулся. Так что передача на улице произошла.
- Уф! Все в порядке! – С немалым облегчением выдохнул мой наниматель, внимательно осмотрев, чуть ли не облизав, отданный ему жетон с птицей, расправившей в полете свои крылья. - Молодец, Сашка! Какой же ты молодец! – И, словно опомнившись, поинтересовался: - а больше ты в том доме или возле него ничего подозрительного не видел? Ну, там людей каких-нибудь, за домом наблюдавших или еще чего. Просто тот дом вскоре после того, как ты в нем побывал, ограбили.
- Кошмар какой…! Нет, ничего подозрительного я возле дома не видел. Там вообще пустая улица была, ни одного прохожего.
- Ладно, спасибо, Саша, за то, что рассказал. Наши люди будут дальше то ограбление расследовать и обязательно отыщут злодеев.
Вот так и закончилась эта моя курьерская эпопея. Очень хотелось рассказать про какого-нибудь мифического матроса или человека с офицерской выправкой, да побоялся. В этом мире ведь и менталисты имеются, причем в случае с зиновьевцами, так их там вообще рассадник получается. Явно, после того, как сами ничего не нароют, захотят у меня в мозгах пошарить, чтобы лицо подозрительного человека увидеть. Нафиг – нафиг! Не видел я ничего! И даже не слышал, хотя можно ведь было просто припомнить, как тот же охранник Осип своему патрону жаловался, что подозрительный офицеришка в штатском возле ворот мелькает. Но сразу про такое не сообразил, а теперь уже явно поздно будет свои показания менять.
Показатели Характеристик Александра Жукова на момент окончания первой главы второй книги:
Уровень: 13
Очки опыта: 12308\20000
Класс: Боевой маг. Редкий Класс, позволяющий в процессе тренировок и боевых действий ускоренно развивать все параметры, связанные с повышением боевой эффективности.
Тело: 30
Разум: 25
Сила магии: 39
Свободных очков Характеристик: 4
Дополнительные Характеристики:
Выносливость: 8
Удача: 2
Получено Редкое достижение: «Юный герой 2» (+2 к Характеристике Тело дополнительно за каждый вновь полученный уровень)
Получено Редкое достижение: «Разрушитель порталов 1». В награду вы получаете Личный Карман, складку пространства, доступ в которую имеете только вы.
Получено Редкое достижение «Давид и Голиаф 2». Вашу победу над столь сильным и неуязвимым противником иначе, как удачей не назовешь, поэтому в награду за достижение вам открывается Дополнительная Характеристика Удача.
Глава 2.
Охо-хо! Раньше, когда в нашей деревне у меня друзья были, как-то не замечал, насколько однообразное и скучное здесь житье-бытье. Ладно бы еще страда была, тогда, понятное дело, скучать просто некогда, но у нас же уже почти поздняя осень, все культуры убраны. Всех делов, разве что навоз с конюшни, да из хлева со свинарником на своем огороде раскидать, чтобы на будущий год всякие картошки с моркошками росли лучше. Вроде, вонючий процесс, но и его я делал чуть ли не с удовольствием, только бы не сидеть в четырех стенах.
Впрочем, про то, что меня на работу скука выгнала, я малость лукавлю. Нет, и скука тоже в какой-то мере присутствует, осень все же, как я уже сообщил. Но возиться с навозом я отправился, исключительно начитавшись «мудрой» книжки. Помните, про магию пространства, что дала мне Ганна? Вот ее. Побоялся просто, что если хоть еще чуть-чуть поразбираю аллегории и библейские аналогии, наводнившие страницы этого, с позволения сказать, учебника, то мозги мои и вовсе вкрутую вскипят.
И все же, кое-что из этой мудреной книжки я почерпнуть смог: мой Телекинез, помноженный на Чувство окружающего пространства, да с дополнительными поучениями, взятыми из книжки, обрел… объем что ли? Раньше-то я воспринимал объекты для телекинеза практически в виде отдельных физических объектов… ну, почти… все же тот же песок с мелкими камнями при золотодобыче я как-то научился ощущать в виде условно единой общности. Блин, не получается подобрать понятных слов! Ладно, укажу только, что тот же навоз теперь я на грядки перемещал, просто захватив его с тележки всей массой, в совокупности. Причем без использования лопаты. Тележка при этом абсолютно чистая делалась, даже древесина на днище посветлела. А просто чувствовать начал границу, в которой следовало изъятие производить. М-да. А вот почистить одежду, когда попытался это сделать при помощи все того же Телекинеза, у меня не получилось. Чересчур там граница смазанной оказалась. Но я же ведь только в начале пути, получится еще, какие мои годы!
Что я там сетовал про скуку и однообразие? Признаю, не подумав сии слова произнес, грешен. Но нельзя же, господи, за эти, в общем-то, не самые тяжкие грехи так жестоко наказывать!
Что у меня такого приключилось, что я вдруг имя господа поминаю? Да, если так подумать, ничего особенного, дело житейское, давно ожидаемое. Просто у меня родился младший братишка! Краснолицее, крикливое создание. Вроде, мои собственные дети в прошлой жизни все же не так пронзительно верещали…. Или это сказывается наша нынешняя общая скученность? Не знаю, как там дальше будет, но в первые дни после его рождения, сна я практически лишился. И да, крикуна этого Степой назвали. Степан! Хорошо же звучит?
Степашке уже месяц исполнился, на землю первый снежок лег, когда к нам, в деревню, передвижная лавка с всевозможными городскими товарами приехала. Невидаль великая! Раньше, еще до революции, ездили по селам этакие коробейники, но у них товара было чуть, много ли на обычной телеге, да при одной лошади увезешь. К тому же товар тот был обычно узко специализированный. К примеру, хорошо запомнился из детства момент, когда мы с пацанами, давясь слюной, разглядывали у подобного коробейника конфеты и пряники. Вроде, были и другие подобные торговцы, с тканями, с ручным сельхозинвентарем, но их я, разумеется, запомнил куда менее отчетливо. А тут, подивись! Настоящий фургон, запряженный аж тройкой лошадей, огромный, как автобус. Ну, не очень большой автобус, если честно. И товаров в этом фургоне, вроде как, тоже уже не слишком много оставалось. Он откуда-то со стороны степи прикатил, чуть ли не от казахских становищ. И все равно, в деревне натуральный внезапный аврал начался, к нам уже раза три прибегали денег взаймы просить. Лавка приехала!
Продавец и водитель кобыл в доме нашего старосты, Ивана Тимофеевича остановились, фургон тоже к нему во двор закатили, торговлю с завтрашнего утра наметили.
Вот как чувствовал, что добром это новшество не кончится! Время ближе к утру уже приближалось, за полночь, так точно далеко перевалило, когда в ворота к нам постучали. Да нет, даже не постучали, а затарабанили что есть мочи.
- Федор Поликарпович! Федор Поликарпович! Беда! Бандиты в деревне!
Вот такая вот петрушка получается. У нас, как у тех же краснокожих из племени черноногих, в нашем деревенском обществе сразу два вождя разом присутствует: мирный касик, его роль наш деревенский староста исполняет, и военный вождь, за которого все деревенские почитают моего батю. Ну, еще бы, воевал, даже два георгиевских креста за храбрость имеет.
Отец еще даже штаны не натянул, а уже откуда-то из-под половицы винтовку вытянул. Поинтересовался у одноногого Осипа, который собственно и затеял весь этот тарарам:
- Сколько их?
- Не разглядел. Темно же. Но верховые возле дома нашего старосты маячат. И я это… крики слышал оттуда, словно рот зажимают кому. Наверняка, это лавку эту передвижную явились грабить. Они ж почти весь свой товар еще до нас, у казахов, распродали, значит, денежки имеются.
- Сашка! Беги к нашим родичам, поднимай Захара и Артемия Игнатьевича! – Это уже мне распоряжение от отца поступило. Я, в отличие от него, лишнего времени на извлечение оружия не тратил, сразу собираться начал. – Я к Ширяевым и Долгих загляну. Собираемся возле подворья Ширяевых. Черт! Из всей деревни нормальных, боеспособных мужиков и десятка не набрать! – И уже коновалу нашему: - Осип! А ты куда, на одной ноге-то? Дам тебе ружье, будешь тут моих охранять.
Ну, я и помчался! Пока бежал, заметил одну странность малую: ни разу не споткнулся, хотя темень на улице была, хоть глаз выколи. Как-то в мозгу заранее весь рельеф дороги, вплоть до малейшей замерзшей кочки прорисовывался. Сам не понял, когда стал Ощущение Пространства вокруг себя на автомате исполнять.
Долго ли коротко, собрал я мужиков, кто хоть сколько-то в силах был в руках ружье держать. Помимо названных отцом еще и Ваську Ускова с его лепшим товарищем Андрюхой кликнул. Они, правда, еще несовершеннолетними числятся, всего восемнадцать годков им, но я вон, гораздо младше, и ничего, вполне в бойцы родителем поверстан.
Так вот и встретились возле Ширяевских ворот: мы впятером, да со стороны отца четверо. И винтовки…, аж три на весь отряд! Ну, свою я пока не считаю, она у меня не на виду, а в Личном Кармане притырена. Правда, остальные деревенские тоже не безоружные, ружье в нашей деревне до недавних пор великим подспорьем по части пропитания являлось.
Собравшись, мы, не спеша, в сторону дома нашего старосты двинули. Не всей толпой, родитель мой нас по разным сторонам улицы распределил и велел цепочками вдоль забора красться. Хоть темно на улице, но все же, если дуриком по центру улицы переть, на фоне свежевыпавшего снега могут заметить, не то, что на фоне заборов, серое на сером.
Вроде, не спешили, а до дома Ивана Тимофеевича вмиг дотопали, невелика у нас деревенька-то, полсотни дворов, и то не наберется.
Как заранее и уговорились, батя первый приложился и в сторону едва видимых теней возле ворот из винтовки выпалил. А не поторопился ли он? Может, там ЧОНовцы какие-нибудь у старосты остановились, а всякие придушенные писки за забором Осипу и почудиться могли. Впрочем, все эти мысли я уже на бегу обдумывал, с той стороны тоже выстрелы загрохотали… тоже не часто. Похоже, противников там ничуть не больше, чем нас самих.
А потом круговерть ночного боя, когда и противника то толком не видишь, палишь куда-то в направлении огоньков от вражеских выстрелов и тут же стараешься с этого места переместиться, потому что в ответ уже будут стрелять на отсветы твоих собственных выстрелов.
Минут пять только боя и прошло, от подворья старосты верховые выметнулись и в дальний конец деревни, прочь от нас поскакали. Почти наугад пальнул им вслед еще раз и даже удивился, когда со стороны уносящихся в темноту вскрик донесся. Ну, вот, еще чуток очков опыта себе настрелял. Только бы не оказались эти ночные гости какими-нибудь представителями власти, тогда уж точно не отмашемся! Запишут в белобандиты, да и пустят под нож всей мужской частью деревни. Суровые нынче времена.
Все мысли о возможной принадлежности таинственных конников к каким-нибудь властным военизированным структурам рассеялись, едва мы на подворье нашего старосты вошли. Тела продавца и возницы обнаружились практически сразу, возле фургона, стоящего во дворе. Вряд ли красноармейцы стали бы их убивать ни за что, ни про что. И это точно не мы их, тела уже окоченевшие на ночном холоде. А в избе отыскались и староста с его женой. Раиса тоже мертвая, а Иван Тимофеевич хоть и изранен был страшно, но в живых еще его застал.
- Сашка! – Выдохнул староста сипящим шепотом, завидев меня в дверях комнаты, где он на полу сидел, прислонившись к стене. Я первый к ним в избу сунулся, запалив магический Светоч, остальные во дворе тела подстреленных нами разбойников осматривали.– Поклянись, что отвезешь сеструхе, Степке, мои ухоронки, третья часть покладенного тогда твоя будет.
- Да что вы говорите, Иван Тимофеевич, - попытался я приободрить раненого, хотя видел, что мудрено ему будет на этом свете остаться. Вся грудь и живот черной кровью залиты, багровая лужа на полу расплывается, да в придачу и на губах кровь же пузырится.
- Не перебивай, мало у меня времени осталось. Клянись,… что отвезешь.
Ну, что оставалось делать?
- Клянусь!...
Через пару минут, стоя возле уже бездыханного тела нашего старосты, я оказался хранителем знания о четырех захоронках, спрятанных частью в хозяйственных постройках, частью закопанных в приметном месте на окраине деревни. А вот что там было припрятано, староста не сказал, в самом деле, кончался он уже, еле смог выговорить описание примет, по которым мне закопанные им клады искать следует.
- Сашка! Ты здесь что ли? – Отец с еще парой сельчан наконец-то тоже в избу вошли.
- Здесь. И тут это… семья нашего старосты вон.
Вот вроде горе у нас, наших односельчан бандиты убили, а у меня в душе какое-то подленькое облегчение вдруг возникло. Со смертью старосты окончательно оборвалась нить, которая могла меня привязать к событиям в Гатчине. Вряд ли кто-то еще знал, кого конкретно Иван Тимофеевич в качестве курьера нанимал. Правда, зато радости от нового богатства, вдруг привалившего, я не испытывал ни грамма. Черт знает, что там еще зарыто, может что-то тяжелое и объемное, а я слово дал все это к Степаниде с ее мужем в Москву доставить! Ну, и сложности, с которыми буду в чужом жилище спрятанные ценности искать, тоже представлял. Про те, что на околице закопаны, просто молчу, их до весны вообще вырыть проблематично будет. Земля же подмерзла уже, да и на снегу следы раскопок ясно видны окажутся.
И тут я для себя вдруг решил: в качестве оправдания для своей собственной совести, вот прямо с рассвета отправлюсь в погоню за этими бандитами. Характеристика Тело у меня уже очень хорошо развита, есть шанс, что я на своих двоих, если приложу максимум усилий, их догоню. Опять же Выносливость присутствует…, точно догоню.
Пока рассвет еще не наступил, пришлось заниматься еще одним неприятным делом: извлекать из тел трех подстреленных нами бандитов пули. Они винтовочные, а винтовки в руках крестьян новой властью как-то не приветствуются. Могут и сдачи всего оружия потребовать. Не то, чтобы, если пуль не найдут, никто не догадается, чем же разбойников прищучили, но все же, так, без пуль при вскрытии, гораздо лучше для нас может получиться.
Мой улучшившийся в последнее время Телекинез с задачей извлечения девятиграммовых смертельных подарков справился на отлично. Еще немного, и настоящим хирургом работать смогу…. Хотя нет, это мертвые не вопят от боли и не извиваются всем телом, на живых я вряд ли так качественно подобную манипуляцию бы провернул.
Кстати, все мертвые разбойники оказались азиатами. Казахами там, монголами или китайцами, не скажу, не слишком я в этом разбираюсь, но азиаты – это точно. Скуластые и смуглые, а фургон, между прочим, как раз со стороны казахских становищ прикатил. Похоже, именно оттуда за ним грабители и пожаловали. Странно только, что так далеко его от себя отпустили, в степи бы нападение куда проще прошло. А может и не проще.... В степи торговцы всегда настороже были, это тут, достигнув первого русского поселения, непозволительно расслабились.
- Отец, у них в степи кровная месть распространена. – Обратился я к родителю. Надо же замотивировать мое желание отлучиться на охоту за двуногим зверьем.
- И что ты предлагаешь? – Похоже, отец и без моих слов догадался о моем намерении.
- Догоню их. От меня не уйдут. Нельзя позволить им передать остальным соплеменникам информацию о том, кем именно были убиты их родичи.
- Ты понимаешь, что это смертельно опасно? – Отец не стал даже пытаться запрещать мне исполнить задуманное, как и не попытался предложить себя в соратники или вообще снарядить отряд из сельских бойцов. Понимал, что один я еще смогу догнать беглецов, а вот в команде другие только станут меня тормозить. Да и раскрывать мои реальные боевые возможности перед односельчанами – так себе идея, на самом деле.
- Не так уж и опасно. Просто забегу вперед и перебью их из засады.
Практически молчаливое разрешение от отца я получил. Он только напомнил, что и у врагов могут свои способности обнаружиться. И не обязательно магического плана. То же Восприятие, как Дополнительная Характеристика, вполне может любую засаду неэффективной сделать. Да, пока буду по степи бежать, надо и этот момент тоже обдумать.
Подмерзшая и присыпанная легким снежком степь привычно ложилась мне под ноги. Наверное, какой-нибудь скаковой жеребец, в недолгом рывке, и обставил бы меня в подобной гонке по всем статьям, но то в рывке, а на длинной дистанции я любого копытного чемпиона куда выносливее буду. А дистанция именно что, достаточно длинная предстоит. Казахи никогда вплотную к нашим местам не кочевали. Поверье что ли у них какое, считали наши земли нехорошими. Не проклятыми, а именно нехорошими. Так что пара дней неспешного бега, с недолгими перерывами на перекусы и сон, на то, чтобы догнать выживших всадников, у меня всяко имеются.
Ага! Вот и первая покинутая стоянка у врагов. Недалеко же они от нашей деревни удалились. Явно не верили в то, что селяне за ними погоню снарядят. Ну, и ноги своим лошадям по темноте переломать лишний раз рисковать не стали. А я что? Только порадовался. Разом на несколько часов к преследуемым приблизился. Этак, следующая ночь может стать решающей. Ну, или еще и до ночи смогу их догнать, тут я точно вычислить не берусь, все-таки следопытским навыкам никогда не обучался, определять насколько уже простыли следы, просто не умею.
Короткий перекус из захваченного в Личном Кармане продовольствия и новый этап преследования. Кстати, в Личном Кармане у меня на этот раз кроме оружия и округлых самодельных искусственных метательных снарядов лишь еда и вода на пару-тройку перекусов. Можно и побольше бы с собой прихватить, все же мой Личный Карман тихонько потихоньку все-таки делается больше, а тот же без малого двухпудовый пулемет, он когда еще вмещал. Но только готовой еды под рукой не оказалось, а тратить дополнительное время на новую готовку я не захотел.
День уже к вечеру клонился, когда я впереди пасущуюся лошадь увидал. Причем, не просто лошадь, а под седлом. Явно каким-то образом от моих преследуемых сумела отбиться. И практически сразу же в голове возникло готовое решение, каким образом я смогу к врагам на необходимое для удара расстояние приблизиться. А на лошади! Внаглую подъеду. Одиночка же, видимой опасности не представляю. Мы же уже достаточно далеко в степи, чужие здесь практически не отваживаются в одиночку передвигаться.
И, кстати, именно этот факт является проявлением сильного отличия от моего прошлого мира. В прошлом мире у казахов перед революцией тоже случилось восстание, но их главный лидер, Амангельды Иманов, там погиб по каким-то до конца не выясненным причинам, а без него казахи просто разбрелись по своим кочевьям, перестав представлять собой хоть сколько-нибудь значимую военную силу. Иное дело здесь: Амангельды не только не погиб, но сумел создать круг боевых шаманов, способный с успехом посоперничать с тяжелым вооружением обычных воинских частей. Ну, и пятидесятитысячная конная армия, хоть и временно распущенная по своим кочевьям, в любой момент готова была вновь собраться под бунчуками своего предводителя. В результате декларативно казахские жузы по-прежнему входят в состав Советской России, а на практике,… именно что, чужие там не ходят!
Ага! Еще одно конспирологическое обоснование, с какого перепугу в моем бывшем мире советская власть Казахстан в отдельную союзную республику выделила. Ведь ничего же не предрасполагало к подобному. В точности, как и увлечение детьми элиты пилотированием самолетов. Очень похоже, что мой прошлый мир – ведомый и параллельный по отношению к этому. Обоснования все здесь, а в том мире все как бы само собой происходило.
Преследуемых мной бандитов я сумел достичь, только когда они уже на привал располагались. Очень удачно, кстати, получилось. Расслабились они вблизи родных кочевий. Даже в первый раз окликнули меня, когда я к ним метров на полсотни уже приблизился. И даже тогда оружие в руки не взяли, настолько я им безобидным показался.
В принципе, я уже с достигнутого мной расстояния мог бы их атаковать, но все же чуточку промедлил. Принялся считать их количество. Двое у костра возятся, один, типа, на страже стоит, а по факту просто бездельничает, сколько-то, но вряд ли больше трех или четырех уже на кошмах улеглись. Впрочем, при моем дальнейшем приближении и они с места поднялись. Ну, в самом деле, интересно же, чего этот безоружный парнишка так отважно к ним приближается, не реагируя на их оклики.
Постовой все же решил с плеча винтовку в руки переместить. Ну, кажется, пора! Каменные шарики только еле слышно свистнули, набирая скорость пули. Крупнокалиберной такой пули, которая на подобной дистанции запросто, попав в голову, просто сносит ее ко всем чертям, оставляя на измочаленных остатках шеи что-то крайне малоаппетитное.
Ха! А зря я так уж этих разбойников ругал, что, мол, расслабились. Нет, то, что расслабились и прошляпили смертельную угрозу в моем лице – это несомненно, но ответка мне все же прилетела. Даже сдвоенная! Пулю из винтовки, которую перед смертью в меня их часовой послал, мой Щит – Дефлектор отразил, а молнию, белой ломанной линией протянувшуюся ко мне со стороны стоянки, я смог на Отмену Заклинания принять. И все равно, потрясло меня изрядно, чуть сердце от протекшего по телу разряда не остановилось. Похоже, Сила магии, в ее цифровом значении, у степного мага на несколько единиц мою собственную превышала, раз остаток заклинания по мне все же прошел.
Убедившись, что у разожженного костра все уже кончено, и по мне больше не прилетит ничем серьезным, я выделил себе чуток времени, чтобы на показатели Системы взглянуть. Очень меня вопрос занимал, сколько же мне до повышения уровня осталось.
Уровень: 13
Очки опыта: 18697\20000
Класс: Боевой маг. Редкий Класс, позволяющий в процессе тренировок и боевых действий ускоренно развивать все параметры, связанные с повышением боевой эффективности.
Тело: 30
Разум: 25
Сила магии: 39
Свободных очков Характеристик: 4
Дополнительные Характеристики:
Выносливость: 8
Удача: 2
Получено Редкое достижение: «Юный герой 2» (+2 к Характеристике Тело дополнительно за каждый вновь полученный уровень)
Получено Редкое достижение: «Разрушитель порталов 1». В награду вы получаете Личный Карман, складку пространства, доступ в которую имеете только вы.
Получено Редкое достижение «Давид и Голиаф 2». Вашу победу над столь сильным и неуязвимым противником иначе, как удачей не назовешь, поэтому в награду за достижение вам открывается Дополнительная Характеристика Удача.
Ну, не сказать, чтобы много, но все же опыта мне после победы над врагами добавилось. Очень похоже, что кроме того мага, отправившего в меня свою молнию, остальные, участвовавшие в нападении на торговый фургон, были юнцами. «Курс молодого бойца», - вот что означает эта странная вылазка степных удальцов. Просто, похоже, местный наставник, решил по легкому для себя деньжат срубить.
Кстати, о деньгах. Обшарил тела и переметные сумки прибитых мной. Да, охотно верю, за таким призом вполне можно было и на нехорошие земли из благословенной степи выйти! Похоже, у степного народа огромные проблемы с денежной массой советской республики. Большая часть денежного содержимого одной из сумок представляла собой вовсе не бумажные советские червонцы, хотя и они тоже имелись, а полноценные золотые монеты. Прямо даже пожалел погибшего в нашей деревне торговца: это сколь же предприимчивый человек был, что смог просчитать такой куш за обычный ширпотреб!
Глава 3.
Домой, в окрестности родной деревни, возвратился верхом, во главе целой кавалькады степных лошадей. Не стал их в свободном виде по степи распускать. И, в основном даже не на дополнительный доход позарился. Так расценил: вполне возможно где-то неподалеку степное кочевье могло оказаться. Они же постоянно по степи перемещаются. Тогда лошади, пришедшие туда самостоятельно, подняли бы тревогу, а наверняка имевшиеся среди степных удальцов следопыты, чего доброго, сумели бы проследить мой путь до нашей деревни. Или просто следы коней убитых, что вышло бы немногим лучше, они прямиком из нашей деревни вели. А так, трупы в степи заметет новыми порциями снега, лошадей я продам где-нибудь на тракте, все шито-крыто. Я и дома бы показываться не стал, сразу бы мимо деревни в сторону Змеиногорского тракта рванул, но подумал, что родители по поводу моего длительного отсутствия сильно волноваться будут.
Лошади меня из моей недолгой отлучки домой, стреноженные, за околицей вполне спокойно дождались. У меня же, кроме продуктов в Личном Кармане, еще и переметная сумка с харчами, приготовленными руками матери завелась. И не подумайте, что еда из дома была мне так уж необходима. С бандитов я ее достаточно добыл, чтобы хоть до Барнаула ехать, но мать же, старалась, чтобы сын голодным не остался, не откажешься. Да и вкуснее домашняя привычная еда по сравнению с вялеными полосками мяса, сушеными лепешками, жаренными на бараньем сале, и прочей непривычной хренью длительного хранения, названия которой я не знал.
По здравому размышлению решил лошадей, добытых у бандитов, сбывать не сам, а предоставить это дело дяде Сидору. Он же с профессиональными извозчиками дела имеет, найдет, кому пристроить. Ну, а нам в семью денежку малую с продажи. Даже полцены с восьми лошадей – это стоимость четырех полноценных лошадок. Если, в самом деле, закупить в придачу к уже имеющимся двум, так, считай, порог, отличающий середняка от кулака, и по этому показателю перевалим. Только вот, такой хоккей нам точно не нужен, пусть лучше денежки так в виде наличности и пребывают до поры.
За фантазиями, как можно потратить еще не полученный доход, да еще верхом на лошади, до Захарово быстро добрался. Дядя Сидор даже не сразу своим глазам поверил, когда я начал к нему на двор свой небольшой табун заводить.
- Племяш, сдается мне, совсем ты своего дядю не любишь! – Это уже с полчаса мы с моим дядей торговались насчет положенных нам процентов с будущей продажи. – Под казахские сабли гнутые, да пики острые подставить хочешь.
Надо сказать, дядя с этим торгом во вкус вошел, очень изобретательно придумывает все новые и новые поводы, почему его процент с продажи животин должен быть побольше. А мой, соответственно, наоборот, поменьше. Тавро на левой ляжке каждой лошади, как раз послужило одним из самых веских доводов. Хм. А что если попробовать то тавро взять, да и свести. Те же следы от порезов на руках Семена со Степанидой я же сводил без проблем? Правда, после этого я сдуру умудрился повысить свое сродство со смертью, которая, вроде как, должна противодействовать полноценному исполнению заклинания Лечения, но то в теории, а на практике я так до сих пор Лечение в моем исполнении и не испытал.
В тот момент, когда дядя Сидор немного приостановил свою речь, чтобы новую порцию воздуха в грудь набрать, я и прервал его.
- А пойдем, попробуем с этим тавро что-нибудь сделать, вдруг получится его убрать или хотя бы сделать менее заметным.
- Умный да? Там даже опытный целитель не враз поможет. Казахи своих лошадей специальными амулетами клеймят, в которых магия смерти используется.
От столь явного скепсиса, выраженного дядей на мое предложение, я утратил большую часть своего и без того невеликого задора, но все же, раз сам предложил, решил попробовать. Ну, не получится, что ж, немножко меньше денег с продажи получу, делов-то.
Лечение темных рубцов, отчетливо выступавших над короткой шерсткой степной лошадки, не заладилось с самого начала. Что-то словно не пускало магию, исходящую от меня внутрь кожного покрова животного. Да еще и лошадь вдруг беспокоиться начала, словно мое Лечение ей боль причиняет. Блин! Прямо, как засор какой-то! На одной интуиции, вместо того, чтобы пытаться протолкнуть магию Лечения дальше, я взял, да и потянул на себя эту самую массу, что препятствовала моему заклинанию. И неожиданно у меня получилось! А перед моим взором вдруг сообщение от Системы повисло:
Разум +1; вы получаете + 0,1 условной единицы магии смерти.
Оп-па-па! Что бы это значило? Вообще, как-то не очень хорошо звучит. Магия смерти, ее еще некромантией называют, - это же настоящая пугалка для обывателей. Почему-то адепты этого раздела магии очень часто сходят с ума, начиная творить всякую несусветную хрень, от которой у очевидцев буквально кровь стынет в жилах. Как бы и мне в какой-то момент не пришлось сетовать наподобие фреккен Бок из мультика: «Я сошел с ума, я сошел с ума. Какая досада». Но что сделано, то сделано. Остается только довести до конца начатый ранее процесс, раз больше ничего моему заклинанию Лечения не препятствует.
- В прошлый раз волки, сегодня Лечение и отмена эффекта от магии смерти. Чего еще я о тебе не знаю, племяш! – Мой громогласный дядюшка искренне обрадовался полученному результату. Изменения с тавром на лошадином бедре сделались видны даже невооруженным глазом. Чернота из рубцов исчезла, сами рубцы уменьшились, почти уже не выступая над кожей.
- Так ведь до конца-то не убралось. – С некоторой досадой обращаюсь к родственнику. – Чуть погодя еще раз попробую полечить.
- Даже если дальше вообще ничего не получится, уже хороший результат! Тавро без магии – не тавро. Мы поверх него свое запросто нанести сможем, и никто ничего нам не предъявит.
- Значит, свои пятьдесят процентов с цены каждой лошади я честно заслужил? – Ну, а что? Торг же у нас так и не закончен, надо пользоваться благоприятным моментом, чтобы взять максимально возможную цену.
- Ай да сеструха! – Восторгается дядя, - какого молодца вырастила! На ходу подметки режет! – Сорок пять, при условии, что и с остальных точно так же тавро свести сумеешь. Мне еще за наложение нового тавра платить придется.
- Сорок пять процентов и учебник по магии. – Нет, понятное дело, что в той же Москве учебники в магической лавке стоят поменьше, чем пять процентов от цены аж восьми лошадей, но то ж в Москве! Опять же, деньги с продажи не одному только дяде пойдут. Да и, признаться честно, просто уже хочется побыстрее с этим делом разделаться. Устал я очень. Домой хочу! А денег все равно всех не заработаешь.
- Какой такой магии? – Недоумевающе уточнил родственник. Он, похоже, тоже прикинул порядок цен и вообразил, что я какую-нибудь редкую диковину с него затребовал. Но диковины – нафиг, нафиг! Уже имею одну такую! Наверняка, по цене, как весь этот табун стоит, если не дороже. Книжка ж самого императора! Там даже печать специальная на форзаце имеется. А вот информацию из нее приходится чуть ли не буквально клещами выдирать. Так что….
- Обычный учебник. По любой магии. Какой только окажется в наличии. Я учиться хочу, а все учебники, что в наличии были, уже перечитал.
- А-а! Ну, если по любой, то может, и сыщем. У меня самого где-то книжка по бытовой магии завалялась. Только учти, что без сродства к соответствующим разделам и стихиям там девять из десяти конструктов тебе повторить не удастся. Я вот, два часа к ряду пытался стакан водой заполнить. Чуть на донышке, на один глоток только и получил.
- Бытовая? Идеально! А про ограничения я и сам знаю. Выучу то, что будет хоть как-то получаться.
После заключения устного договора пришлось все-таки с остальными лошадьми разбираться. В результате у меня магия смерти внутри организма до 0,8 условной единицы возросла. Стра-ашно! А ну, как она у меня внутри чего-нибудь не того сотворит.
Ночевать все же пришлось у дяди. Покупатели на первых трех лошадей только уже совсем поздно вечером смогли подойти. Но расплатились, честь по чести. Впрочем, в том, что лошади придутся ко двору, мы с дядей не сомневались. После двукратной обработки зоны бывшего тавра лечебным заклинанием там даже и не понятно толком стало, имелось ли вообще на этом месте тавро когда-нибудь. Так, какие-то отдельные неровности, скрытые шерстью животного.
Хм. Про то, что моя доля составит четыре лошади, выраженные в денежном эквиваленте, я сильно погорячился. Оказывается, степные приземистые лошадки, способные исключительно ходить под седлом, у крестьян не очень-то и ценились. Ну, и при срочной продаже, конечно, полной цены покупатели не дали. Так что в среднем, одна лошадь принесла примерно тридцать червонцев дохода (не золотых монет с сеятелем, которых на руках у населения практически и не было, а бумажек с точно таким же наименованием), тогда как за нормальную, приученную к пахоте молодую лошадку на рынке меньше пятидесяти червонцев цены и не бывало. Всю эту кухню мне дядя разъяснил, чтобы потом между нами обид не было.
Короче, рано поутру я уже на своих двоих поспешил в сторону дома. Недостающую до полной моей доли сумму мне дядя Сидор из своих выдал, в их селе больше покупателей не отыскалось, и ему предстоял дальний путь аж до Барнаула. Впрочем, там и цену за животных он сможет взять повыше, так что особого расстройства на его лице я как-то не заметил. И да, учебник для меня тоже отыскался. Я даже опробовал. Действительно, пока стакан водой наполняешь, не один стакан пота прольешь.
Дома все было по-прежнему. В смысле, мать расцеловала и за стол усадила, Дашка поинтересовалась, не привез ли я ей чего, а отец рассказал свежие новости. Ничего особенного. Чека, усиленная отрядом чоновцев, из Рубцово, только-только из деревни уехали. Впрочем, меня даже и не спрашивали, взрослых для допроса им вполне хватило, а я к тому же еще несовершеннолетний, какой с меня вообще спрос. Кстати, и фургон с тройкой лошадей эти ответственные лица, уезжая, с собой прихватили. Сказали, будут наследников того погибшего нэпмана искать, который всю эту разъездную торговлю затеял. Ну,… может быть. Чоновцы – люди идейные, может, и не заберут тот фургон себе.
Зато деревенские родственники погибшего старосты, спихнув с рук фургон, вздохнули с облегчением. Им же тех лошадей еще и кормить требовалось. Ну, да ничего, зато им очень даже неплохой дом в наследство остался, говорят, на следующей неделе уже переезжать туда будут. Ага! А мне, значит, до следующей недели, пока новые жильцы в том доме не появились, надо выпотрошить заначки покойного Ивана Тимофеевича. Эх, не знала бабка хлопот, купила бабка порося!
На дело я самой ближайшей же ночью отправился. Ну, а чего затягивать-то? Еще и, помимо имевшейся в моем распоряжении сумки, два мешка с собой прихватил. Староста же так и не успел рассказать, что он там, на конюшне и в сеннике запрятал. Хорошо еще, не зарыл, а то, только ночных раскопок мне для полного счастья и не хватало.
Такое большое количество мешков не пригодилось. В одном месте вообще столовое серебро отыскалось. Металл хоть и тяжелый, но занимающий не так уж много места. Правда, сервиз там не один был, с полмешка посуда все же заняла. И вроде как, некоторые предметы сервиза там очень не простые присутствовали. Магией от них несло. Ну, тут, понятное дело, амулеты, позволяющие кофе без огня кипятить или уже готовый кофе долго горячим держать…. Или все же не амулеты, а артефакты то были? Амулеты же подзаряжать нельзя? Не резон такой одноразовый расходник в предмет длительного пользования встраивать. Долго голову над загадкой ломать не стал. Дома, если получится без Дашки остаться, поэкспериментирую, может быть. У меня же, вроде как, зарядник для накопителей в ларе в сенках валяется.
Второй клад, тот, что в сене был закопан, еще менее объемным вышел. Золотые и серебряные украшения, с десяток монет, орден с колющимися лучами, усыпанный мелкими бриллиантиками. Все это я, почти не глядя, прямо как было в узел завязанное, в сумку засунул.
Осталась последняя часть, в самом доме. Ну, не считая еще одного клада, четвертого, который на околице деревни под старой ивой был зарыт. И вот эта, третья часть ухоронок, меня особенно порадовала. Там, в кухне, под полом, банальные деньги оказались. Много! Причем, в новеньких, недавно выпущенных червонцах, на которых черным по бледно розовому обещался размен их на золото по первому требованию. Мой доход с продажи степных лошадей на фоне такого богатства смотрелся вообще бледно! Черт! Да тут на дом в столице, наверное, хватило бы! Одна небольшая проблема только, мне из всего этого всего одна треть принадлежит, остальное я пообещал в Москву, Степаниде доставить.
Разумеется, вот так сразу, я ни в какую Москву не поехал. Зима на дворе, не самое хорошее время для путешествий в наших условиях. Правда, отца о намеченной на теплое время года поездке все же предупредил. Родитель только рукой раздраженно махнул. Смирился, по-видимому, что продолжателя его дела из меня не получится.
Два месяца не прошло, пролетело. Новый 1923 год наступил! Что я там про то, что зимой в деревне делать особо нечего, говорил? В этот раз все не так однозначно оказалось. У нас же скота на подворье в разы прибавилось! И за всеми этими лошадками, да Буренками уход оказался нужен. Кормить, убирать отходы жизнедеятельности, доить, полученное молоко перерабатывать.
Ну, положим, доить, все же на матери, как и раньше, обязанностью повисло. А вот все прочее пришлось и мне постараться. Зато первому полученному сыру мы с отцом радовались, как самому лучшему подарку! И маслу радовались! Это же, считай, живые деньги. Ну, если их, понятное дело, до Рубцово вовремя доставить.
В этот раз я тоже в Рубцово с нашей продукцией поехал. Один ездил, дома тоже работы невпроворот было. В городе, как водится, на обратном пути на почту заглянул. Тут это, типа, такой обычай у сельских жителей был. Приехал в город, поинтересуйся, нет ли какой корреспонденции для односельчан. Почтальона то, чтобы в такие кругаля мотался, в здешних местах отродясь не держали.
- В Большие… Ебуны? – На последнем слове у почтальонши, молоденькой девчонки, что на городской почте с селянами работу вела, проступил яркий румянец. Видать, представила себе чего-то не того. – Есть! Есть письмо! – Объявила она через пару минут, просмотрев невеликую стопку корреспонденции, дожидавшейся своих адресатов.
За полученное в руки письмо пришлось еще дополнительно в журнале расписаться. В стране бумаги не хватает, а тут…! Бюрократия, понимаешь! Впрочем, все мое немного наигранное возмущение, словно водой смыло, едва я на конверте на адрес взглянул. Письмо то мне самому и предназначалось. О кого, понятное дело. Кроме Семена со Степой мне и писать-то на всем белом свете некому. Но, черт возьми, приятно-то как!
Прямо там же, в здании почты, под подозрительными взглядами почтальонши и вскрыл конверт.
- Да я это, я, Александр Жуков, собственной персоной. Мне это письмо от друзей пришло! – Не выдержал просто таки пронзительно недоверчивого женского взгляда.
- Да мне-то что! – Фыркнула девица, отвернувшись.
Хм. А письмо-то необычайно занятным оказалось! Писала, разумеется, Степа. Нет, Семен тоже вполне грамотный и подобное письмо чисто теоретически написать тоже был в состоянии, но вот как-то с трудом в подобное верится. Разве что Степа в конце текста приписала, что ее муж мне привет передает. Вот про приветы – вполне верю, на такое Семен способен!
Так вот, возвращаясь к информации из письма. Степа извещала, что со следующего учебного года в Наркомпросе открываются новые магические курсы для выпускников средней школы. Причем, Класс соискателя решено было не учитывать, только Силу магии, минимальное проходное значение которой было объявлено в двадцать единиц. Если можно было бы закричать в этом донельзя официальном месте, я бы заорал от восторга. То, что доктор прописал!
Домой я спешил изо всех сил. Даже большую часть пути просто рядом с санями пробежал. Ну, чтобы Сивке полегче было. Очень уж хотелось с отцом это известие побыстрее обсудить. Ведь как замечательно все складывалось: мне же учиться нужно было, тут, в деревне, я даже Силу магии уже давно не повышал. А просто новых заклинаний, помимо тех нескольких, что смог из дядиной книжки перенять, взять мне было негде, а мощи известных мне заклинаний не хватало, чтобы тренировками доводить себя до истощения. Точнее хватало, но времени на это требовалось непропорционально много и за валом работ по хозяйству я регулярно манкировал именно своими магическими тренировками. Да даже, если и не манкировал… все же я не терминатор какой-нибудь, хоть и прибыл, как тот робот, тоже из будущего, а обычный человек из мяса и костей. И мне тоже тяжело себя каждый раз заставлять в этом затянувшемся марафоне участвовать, в котором, к тому же, и призы то еще выпадают крайне редко.
А для всей нашей семьи такая моя учеба в столице тоже крайне полезной окажется. За год, или сколько там подобная учеба будет продолжаться (Степанида про сроки так прямо не писала, только не могут подобные курсы совсем уж скоротечными быть), я смогу в городе все обустроить, и родителям с двумя малолетними детьми получится уже приехать не абы как, а на заранее подготовленное место. Если денег хватит, так, глядишь, и дом в Москве им куплю.
До нашей деревни еще километров десять оставалось, когда, подгоняемый чувствами, я вообще вперед Сивки вырвался и рванул со всей прыти, понуждая коня догонять меня. Благо, пустые сани почти ничего не весили. Даже единственное, что в городе в этот раз закупил, кулек шоколадных конфет для Дашки, к себе, в Личный Карман убрал. Результат закономерный: вспотевший, запыхавшийся я остановился на въезде в деревню. Но не от усталости остановился, виртуальный транспарант перед глазами вспыхнул: Выносливость +1. Все же мои чуть ли не каждодневные тренировки до изнеможения еще на один шажочек меня к долголетию приблизили.
Не удержался от соблазна, открыл полную таблицу характеристик, чтобы полюбоваться:
Уровень: 13
Очки опыта: 19007\20000
Класс: Боевой маг. Редкий Класс, позволяющий в процессе тренировок и боевых действий ускоренно развивать все параметры, связанные с повышением боевой эффективности.
Тело: 30
Разум: 26
Сила магии: 39
Свободных очков Характеристик: 4
Дополнительные Характеристики:
Выносливость: 9
Удача: 2
Запас магии смерти: 0,8 у.е.
Получено Редкое достижение: «Юный герой 2» (+2 к Характеристике Тело дополнительно за каждый вновь полученный уровень)
Получено Редкое достижение: «Разрушитель порталов 1». В награду вы получаете Личный Карман, складку пространства, доступ в которую имеете только вы.
Получено Редкое достижение «Давид и Голиаф 2». Вашу победу над столь сильным и неуязвимым противником иначе, как удачей не назовешь, поэтому в награду за достижение вам открывается Дополнительная Характеристика Удача.
Эх! Жалко никаких бандитов и чудовищ на моем жизненном пути пока больше не попадается! Никак до четырнадцатого уровня допрыгнуть не могу. Охота же на обычных зверушек и тем более всякие бытовые хлопоты приносят совсем уж крохи опыта.
По деревенской улице своего коня я в поводу вел. Остывал от бега и мысленно к предстоящему разговору с отцом готовился. Так в себя ушел, что даже не сразу услышал женский голос, что меня окликал:
- Саша! Остановись, пожалуйста, на минутку! – Оглянулся. Машка догоняет. Спешит по плохо утоптанной дорожной колее на разъезжающихся по снегу ногах. – Саша, я спросить тебя хотела, ты на завтрашние посиделки у Усковых придешь?
- Приду, отчего не прийти. Ну, если батя, конечно, какой-нибудь работой внезапно не озадачит.
- Я ждать стану. – И, развернувшись, пошла обратно с самым что ни на есть независимым и неприступным видом.
М-да, вот такие у нас с нею дела. В теплое то время еще было где встречаться время от времени, а зимой – только в таких вот, практически узаконенных для блуда местах. Дома то у обоих куча родственников, а ту же баню еще топить предварительно нужно. Ну, и опять же родственников, желающих помыться, пережидать. Хотя, да, в банях мы с ней тоже по субботам встречались. Иногда. Чтобы слишком уж в глазах окружающих не светиться. Не то, чтобы любовь это, ни с одной стороны это ни разу не так, но тело то своего требует. Вот и встречаемся время от времени… два случайно повстречавшихся одиночества.
Глава 4.
К4.
- Эк, ты, сына, как быстро все самостоятельно решил! – Отец аж крякнул, с явственной обидой в голосе, от моего такого неожиданного известия, что в конце лета я из деревни свалю. У него ж хозяйство, планы на его развитие, в конце концов. – Стоит ли так вот торопиться? Не убежит твоя Москва никуда. А мы здесь еще деньжат подкопим.
- Папа, ты не понимаешь, - начал я схода горячиться в попытке доказать обоснованность своего решения, - эти курсы только-только организуются, потому на них всех берут, без ограничений, лишь бы аттестат о среднем образовании был, да Сила магии по своему значению за двадцать единиц выходила. Но вот на что угодно готов спорить, что уже, быть может, в следующем году всякие ограничения для вновь поступающих появятся. Магия – это ж практически оружие! Не может быть, чтобы власти на распространение оружия среди народа ограничений не наложили.
- Ну, какие тут могут быть ограничения? Ладно, если намеченное по плану число хоть каких-то учеников наберут. – Отец скривился недовольно. – Всякие там аристократы, с их фамильными секретами, зельями, да артефактами, почти все из страны сбежали, а кроме них не так уж много людей в Силу магии вообще вкладываются. Да, сильный маг – это, конечно, звучит, но ведь пока он силу не набрал, его соплей перешибить можно. Да и работы для начинающих магов, почитай, толком и нет, в отличие от тех же рабочих и инженеров, которые почитай на каждое производство требуются.
- Поверь мне, ограничения точно будут! Может, только исключительно пролетариев распорядятся принимать. Мало среди них подходящих окажется, какой-нибудь комсомольский призыв придумают или разнарядку от силовых ведомств.... Вариантов много. В одном твердо уверен, это один из последних вагонов, и мне в него обязательно заскочить нужно, чтобы он меня к хорошей жизни доставил.
- Да что ты заладил, вагон, уехать! – Внезапно взорвался отец. – Не держу я тебя, вот, совсем не держу! Считаешь, что нужно ехать, езжай. Ты же человек взрослый, своей головой способен думать. Просто, у меня в хозяйстве проблема с твоим отъездом в полный рост встанет. Не справимся мы с твоей матерью с таким вот хозяйством. Слишком широко размахнулись. Сейчас вон, зима, а и то, уход за скотиной и реализация продукции практически все наше свободное время забирают. Ты вон, и охотиться почти перестал, а я ведь знаю, как ты любишь это дело.
- Этот вопрос я уже и сам прикидывал. Нам нужно здесь сразу два дела сделать: первое, это работников себе в помощь нанять. Тех же Ширяевых, к примеру. Их много, одной семьи тебе как раз на все дела хватит. Если деньги за заработанное не зажимать, нормально доходом делиться, так очень неплохо может выйти….
- Сам же говорил, что вскоре за наем работников будут ссылать в места отдаленные! – Перебил меня отец. Похоже, тоже на эту тему думал и ни до чего не додумался.
- А это, как раз, второй вопрос, который безотлагательно решать придется. Нам нужно будет на всю семью запастись новыми документами с новой, никому не известной фамилией. И сделать это нужно быстро, пока на местах, где подобные документы выписывают, бардак еще в какой-то мере сохраняется. Вон, сравни год нынешний, допустим, с двадцатым или даже двадцать первым. Ведь намного больше порядка стало. А еще через пару-тройку лет вообще гайки закрутят. Не добыть нам левой метрики будет.
- С документами ты хорошо, сына, придумал. – Отец призадумался. – Есть у меня знакомец в Барнауле, на последних сборах в одном взводе были, так он, как раз еще с дореволюционных времен в паспортном столе и работает. Сейчас, правда, его контора как-то по-другому называется, но смысл то один, хоть назови ты документ мандатом каким, а министерство внутренних дел наркоматом. С делами немного раскидаюсь, съезжу.
На том и порешили. И того же Витьку Ширяева, Семенова старшего брата, на время отъезда отца на месте нашего работника наметили опробовать. Зимой ему все равно, делать особенно нечего. Наверняка, рад будет, что работу денежную на это время предложим.
Несколько дней пролетело. На посиделки к Ускову сходил. Весело было. Молодежь же, выдумщики еще те. И Машка мной довольна осталась. Дома мы новую партию масла и сыров выработали. В этот раз с ними отец в город поехал. Он так решил, сразу из Рубцово в Барнаул ехать. И дороги, таким образом, до Барнаула все ж чуток поменьше останется, и перед односельчанами не засветится лишний раз с поездкой: увез и увез сыры. А то, что вместо пары суток отсутствовать будет пару недель,… так кто на это особое внимание обращает. Может, просто от жены загулял мужик.
Ну, а мы с Витькой Ширяевым принялись хозяйствовать. Хотя, какой, с Витькой! Он всех своих младших нагнал, чтобы побыстрее заданные ему обязанности выполнить. Впрочем, то его дело было, он же с ними из части своего заработка расплачиваться собрался.
Ха! На появление снующих по хозяйству младших Ширяевых наша Дарья внезапно очень активно отреагировала. Так-то она по хозяйству тоже работала, конечно, у матери лодыря особо в семье не погоняешь, но как бы из-под палки, любое действие только с отдельного указания начинала, а тут разважничалась, сама, вперед любой команды, начала работу для себя и Глашки, Витькиной младшей сестренки, искать. И вполне это у нее получалось! Тех же кроликов взять, столько пуха с них начесали, что на всю семью варежки и носки можно было связать, да еще бы и осталось про запас. «Хозяюшка растет!» - Это Витька Ширяев про нее сказал, а Дашка внезапно вся зарделась, хоть прикуривай об нее. Доброе слово, оно и кошке приятно, а моя маленькая сестренка такие слова похвалы просто обожает.
Прошли две недели, отец из своей поездки возвратился. Витька Ширяев временный расчет от работы получил. Судя по его довольной физиономии, оплатой он остался вполне доволен. Еще и посулил, мол, в любой момент готов на таких условиях на помощь прийти. А наша Дашка наоборот, сильно расстроилась. У нее подружку внезапно отобрали, которой она уже верховодить почти приноровилась.
Когда мы в доме одни остались, без посторонних глаз, родитель похвастался перед нами с матерью своим «уловом». Тот товарищ из Барнаула помог ему не просто левые документы на чужую фамилию оформить, а сделал, что называется, комплект документов с историей. А просто в их паспортном столе завалялись с давних времен метрики целой семьи, погибшей в гражданскую. Глава семейства, его супруга и сын, четырнадцати лет. Но это тогда, в январе девятнадцатого, неизвестному мне подростку столько было, сейчас бы уже восемнадцать исполнилось. Я, конечно, на самом деле, чуток помоложе буду, но в целом, вполне подхожу. Так что, случись что, быть мне Иваном Елисеевым, сыном Прохора Кузьмича и Дарьи Федоровны Елисеевых, мещан Тобольской губернии, неведомо какими ветрами занесенными в Барнаул, да так там и поселившихся. Про Барнаул, кстати, этот проныра из паспортного стола отдельные справки выписал, нынешним годом датированные. Все честь по чести, захочешь, не подкопаешься.
Очень я всем этим метрикам и документам порадовался. Попадались, знаете ли, в интернете в прошлой жизни документы с отчетами высоких должностных чинов ОГПУ о выявленных беглых кулаках. Властям в конце двадцатых – начале тридцатых годов мало было просто крепких хозяев разорить, чтобы те своим примером не мешали колхозы на селе внедрять, они на бывших кулаков этакое сафари открыли. По всей стране разыскивали несчастных, которые, бросив нажитое, умудрились куда-то на новое место устроиться. Так что, господа чекисты, вот вам бумаги, в которых черным по белому, с соблюдением всех правил старой орфографии, написано, что наша семья вовсе не те дроиды, которых вы ищете.
Со всеми этими документами мы, конечно, перестраховывались. Вряд ли нашу семью в кулаки запишут, если отец через год-два все свое имущество распродаст и в город уедет. Списки же на раскулачивание позже создавать начали, до этого момента все эти люди вполне обычными гражданами страны Советов считались. Но тут, уж, как говорится, лучше перебдеть, чем после локти кусать. Зато, случись что, достать заранее приготовленные новые документы и раствориться на просторах страны куда легче будет, чем впопыхах что-то предпринять стараться.
Про новую наступившую весну и последовавший вместе с потеплением сев много расписывать не буду. Тут, на селе, из года в год все одно и то же. Ну, да, пахал. И Телекинезом своим при этом активно пользовался, чтобы не уставать и ровную глубокую вспашку, без проплешин, получить. Вот магичить над зерном и сеять его отец мне в этом году не позволил. Раз получил сродство к смерти, нет мне доверия. Хотя, знаете, мне кажется, что в этом вопросе он все же не прав был. То же Лечение у меня выходило почти без осложнений. Почти, потому что вначале немного «типа калибровка» сбилась, пришлось чуточку наново подлаживать ощущения от прилагаемых с Лечением усилий.
За золотом в тот Семенов овраг тоже сходил ненадолго. После пахоты же практически месяц промежутка до начала покоса оставался. Работы в хозяйстве и в это время, конечно, с избытком хватает, но тут уж важно было правильно приоритеты расставить. Золото же! По сравнению с обычными сельскохозяйственными продуктами куда большую ценность имеет.
Правда, золотодобыча по сравнению с тем временем, когда золото из болотного и речного грунта мне своей магией Земли Семен помогал разрабатывать, заметно скромнее вышла. Но все же вышла. И Телекинез у меня с прошлого года усилился, так что гораздо большую площадь своего магического захвата создать смог, а самое главное, изменилось качество моего заклинания. Теперь я, пусть плохо, но мог отличать плотность отдельных предметов в моем захвате. Правда, там были еще ограничения по размерам объектов…. Не золотой песок у меня в результате, в качестве добычи, выходил, а этакий золотой гравий. Крупных самородков ни одного не попалось, подозреваю, их в ручье вовсе не было. Ручей же, тащил за собой только то, на что энергии течения воды хватало. А крупняк, очевидно, так и лежит где-нибудь на глубине, из которой этот ручей вытекает.
Итак, золотой гравий… самородки. К концу моего старательского периода аж две горсти их набралось. Вроде, какая малость, но золото же – металл тяжелый. Так что думаю, минимум на пару новых заклинаний от Системы мне бы хватило. Вот только я в сильных размышлениях пребываю: а вообще оно нужно ли? Точнее не так, понятное дело, что новые заклинания магу, они никогда бесполезными не будут. Опять же те, что от Системы получены еще и на дальнейшее развитие способны. Вот разовьется Отмена заклинания в Антимагию, и мне прячущиеся в засаде маги вообще не страшны станут. А если еще и мой Дефлектор в придачу к Антимагии развить в какой-нибудь полноценный передвижной купол? Хотя,… а совместима ли Антимагия с другими заклинаниями вообще? Надо отдельно этим вопросом поинтересоваться, прежде чем ее пытаться получить, а то от Отмены Заклинания, без всякого улучшения, запросто может больше толка оказаться.
Стоп! Опять я о новой магии для себя размечтался, а ведь передо мной первоочередной вопрос стоит не на заклинания средств набрать, а на собственное жилье в столице. Собственно, потому и за золотом отправился. Кстати, не так уж и много в овраге невозделанного русла ручья осталось. Почти полностью его прошел, извлекая самородки. Разве что сам золотой песок еще остался. А болото мы с Семеном еще в прошлом году качественно почистили, там золото даже в виде песка в достаточном количестве набрать проблематично будет. М-да, истощается месторождение.
На обратном пути к дому я подбил каменными шариками трех байбаков. Самая легкая добыча, если особо не торопиться и возле сурчиных нор малость покараулить. И одна из самых вкусных! Парочку домой, матери, на готовку закинул. Больше смысла нет, лето, тепло, мясо уже к завтрашнему дну без тепловой обработки попахивать начнет, да и готовка ненадолго в этом деле поможет. А сурки мне попались крупные, дай бог даже двух в отведенные природой сроки в тушеном виде одолеть всей семьей сумеем.
Так вот, тушку третьего зверька отнес Ширяевым. Все же это семья единственного моего друга, оказать помощь частью добычи, оказавшейся избыточной, нисколько не жалко. Заодно сообщил, что их тайная плантация ценных растений мной прополота, и нет никакой такой экстренной надобности в ближайшие месяц-два, им туда наведываться. Ближе к осени то, понятное дело, они все равно на эту свою делянку отправятся. Еще Семен мне в прошлом году поведал, что сбор сырья для зельеваров с их культур как раз в начале августа производится. Ну, кроме женьшеня, разумеется. Тот еще молодой совсем и на переработку в зелье не годится.
М-да! У отца – способности в магии Друидов, у нашего покойного старосты – контрабанда, Ширяевы вот, втихушку сырье для зельеваров растят…. Интересно, а чем таким, этаким, остальные жители нашей небольшой деревушки занимаются? Глухой, медвежий угол, почти без пригляда со стороны властей, а ведь известно, что в самом темном омуте черти-то как раз и водятся. Кстати, только сейчас внезапно мысль возникла, а как насчет самих зелий? Наверняка ведь, Ширяевы слишком далеко свои травки не возят. И попутный вопрос, а нельзя ли при посредничестве родни моего друга каких-нибудь зелий для собственного развития закупить? Зелий ведь и помимо выпитого мной зелья для повышения Характеристик очень много существует. Подавляющее большинство из них временного действия, конечно, но ведь есть и те, что что-то в организме улучшают на постоянку. Определенно, при ближайшем удобном случае точно задам Сенькиному отцу вопрос по этому поводу. И опять же обратно к моим вовсе не надуманным проблемам возвращаемся: на все нужны деньги!
С покосом разобрались. Лето в этом году немного засушливым выдалось, так что количество сена несколько до прошлогоднего не дотягивало. Но в прошлом году мы его даже с избытком заготовили, пришлось по весне соседям излишек раздавать, значит, в этот раз в аккурат и получится. Про возможные зелья для себя я у Ширяева Старшего поинтересовался. Он пообещал вскоре свой ответ по моему поводу дать. Я, как и намеревался, запросил для себя зелья, оказывающие постоянный эффект. Какой конкретно эффект даже не очень-то и важно. Хотя, нет, вру, тоже важно, конечно! А ну, как предложат какое-нибудь зелье, от которого жабры у человека вырастают. Окажусь навеки к воде прикованным. Так что, каждое вносимое в собственный организм улучшение буду тщательно и всесторонне обдумывать. Ну, если вообще будет что обдумывать. Ширяев пока ответа ведь так и не дал.
И снова страда. В этот раз наши деревенские родственники, оказывается, собственной молотилкой на конной тяге обзавелись. Снова с нами в складчину. Батя половину стоимости им из своей личной кубышки отдал, ни слова не сказав про это нам с матерью. И нет, в Барнаул наши родственники не ездили, чисто своими, деревенскими ресурсами обошлись. Наследники нашего старосты продали сей унаследованный ими агрегат. Что же, я даже где-то рад. Не пришлось спину надсаживать с ручным обмолотом. Хотя, денег, конечно, жалко. При отъезде же с наших прижимистых родственничков вряд ли удастся что-нибудь выбить в счет нашей доли. Ну, да ладно! Сэкономленное время – это тоже деньги! Лишний раз в город с сыром и маслом смотался, отбил часть на молотилку затраченного.
А вот выращенный урожай этого года в город предстоит уже не мне возить. Я в экстренном порядке принялся для отбытия в Москву собираться. Там же курсы по общей магии с пятнадцатого сентября начинаются, а у меня еще заявление с документами не поданы.
Сборы сборами, а до околицы деревни, к развесистой иве я все же сбегал. Я же обещал нашему старосте, что содержимое его ухоронок сестре, в Москву, отвезу. Ага! Как выкопал, так и обратно закопал. Там же целый мешок, ну ладно, большой, литра на три горшочек, фонящих на всю округу амулетов. Или артефактов. Я их как-то не разбирал в поисках накопителя, как раскопал и взглянул, так и понял, что ни черта не пойму и сразу зарыл обратно. А просто связываться не стал в этот раз с фонящими поделками. И так груженный как вол поеду, а ну, как по пути милиционеры въедливые попадутся. Заинтересуются, что же такое, магическое я везу. А у меня в придачу к амулетам с артефактами полные закрома драгоценных металлов. Причем, не только в забитом наглухо Личном Кармане. Нафиг-нафиг! Жадность, она непременно ведет к бедности!
До Рубцово прошагал вместе с отцом. Не просто так, бесцельно прошагал, лошадкой, тянущей одну из телег с зерном управлял. Причем телега была так сильно загружена, что лошадь меня, кабана здорового, уже просто не могла увезти. Обратно родитель вторую лошадь с телегой сможет в поводу вслед за своей собственной вести, так что на работнике в этот раз все же чуть-чуть сэкономили. Ширяевых отец немного попозже нанимать начнет. Опять же пока у них и забот с собственным урожаем хватает.
Ну, вот, ограды Рубцовской мельницы достигли, отцу в очередь, состоящую из прочих телег становиться, а мне пора с ним прощаться, и так с этой проводкой груза чуток задержался, груженые лошади же совсем не отличаются резвостью хода.
Итак, чем я могу похвастаться перед поездкой в столицу? Прежде всего, при здравом размышлении, все же перевел часть добытого золотого припаса в заклинания от Системы. А просто места в Личном Кармане у меня оказалось крайне ограничено. Да что там, в личном пространстве! Снова, как встарь, на тело пояс с драгоценным содержимым приладил, а в достаточно объемную сумку чуть не доверху столовое серебро, добытое из захоронки Ивана Тимофеевича, сложил. И зарядный артефакт сверху до кучи. Если какие-нибудь милиционеры с личным досмотром по пути докопаются, может совсем неладное выйти.
Нет, все же не могу удержаться, не похвастаться, что же такого, ценного, я у Системы смог за золото приобрести! Целых три новых заклинания: Эльфийская Тропа, Мерцание и Омертвление. Как вы можете заметить, первые два относятся к магии Пространства, а последнее – к магии Смерти. А просто расценил, что надо в первую очередь затариваться теми заклинаниями, использование которых для меня наиболее просто и наименее затратно в плане расхода маны.
Эльфийская тропа способна в разы ускорить мой пеший ход вблизи древесной растительности. Для нашей России-матушки, с ее бескрайними лесами и огромными расстояниями – самое оно выходит. И я уже опробовал ее. Очень экономное в плане расхода маны заклинание.
Мерцание же, в отличие от первого заклинания, маны кушает очень даже прилично. Зато и на время делает тело колдующего нематериальным. И физические удары по нему не проходят, и сквозь стены ходить можно и даже в качестве заклинания невидимости тоже можно использовать. Недолго. Потому как про конский расход маны я уже сказал.
А зачем я выбрал Омертвление я и сам не понял. Точнее понял, оно не на мане работает, а на условных единицах магии Смерти. Эффект только от воли колдующего зависит и от количества этих самых условных единиц. Хочешь – в качестве оружия ближнего боя можно использовать, хочешь – для наложения того же тавро на круп лошади. Возможно, для лечения, точнее убийства каких-нибудь бактерий тоже можно использовать, только к тому времени, как эта мысль в голову мне пришла, невеликий запас условных единиц магии Смерти у меня уже закончился. Теперь надо узнавать, откуда их некроманты вообще берут. Нет, чисто теоретически, догадываюсь, что из смерти живых существ получают. Но вот я, например, не одно животное на охоте убил, а тех единичек что-то не получил.
Ха! Весь тот путь, на который обычные путники затрачивают неделю, у меня вышел в одни сутки. Причем, ночь я переночевал вполне комфортно, у дяди Сидора. Только самого дяди Сидора дома не оказалось, меня его супруга, тетя Рая, принимала в гости. Пришлось рассказать ей, что на учебу собрался. Правда, сказал, что в университет, а вовсе не на курсы магов, и город, цель своего будущего путешетвия, назвал Петроград. Я еще хоть не на нелегальном положении, но ни к чему всем окружающим знать, где меня разыскивать следует, и кем я стать планирую.
Вот, переночевал я у родственника, а потом уже и в путь по Эльфийской Тропе двинулся. Очень странные ощущения от передвижения по ней получаются. Словно не идешь, а несешься над землей. Только свиста в ушах не хватает, а так полная иллюзия совсем невысокого полета. К окрестностям Барнаула подошел, на небе первые звезды высыпали. Устал, правда, страшно. Чертова серебряная посуда в сумке все руки оттянула. Но ничего, на скамейках, на вокзале отдохнул. Поезд то до Москвы только уже к самому утру должен был пройти.
Глава 5.
Поезд, на который мне удалось сесть в Барнауле, следовал аж от самого Владивостока, потому все места в купе были уже заняты. Ну, кроме того, на которое собственно мне и продали билет, на верхней полке. Все пассажиры в купе оказались сплошь мужчины в возрасте далеко за сорок. Благообразный в пенсне и с бородкой клинышком, ни дать, ни взять, дореволюционный профессор, как их изображали в советских фильмах. Второй – седой кряжистый мужик в несколько помятом костюме имел очень неприятно цепкий взгляд. По своему опыту из прошлой жизни, его бы я отнес к категории сидельцев со стажем, хотя наколок на теле этого субъекта заметно не было. Но может, просто не те времена, не колют еще зэки на себя купола церквей и профиль Сталина, не знаю. Третий же, в своем военном френче с нарукавными знаками различия, был настоящим полковником, пусть в данный конкретный момент это звание и было советской властью временно упразднено.
Первым делом по правилу младшего по возрасту представился сам, сообщил, что собрался в Москву, на учебу. В ответ услышал поочередные представления от попутчиков. Кстати, с первым пассажиром я угадал почти полностью, пусть не профессором тот оказался, а приват-доцентом медицинской кафедры Читинского университета. Но по знаниям и степени востребованности, это еще посмотреть нужно, кто из них ученее. Приват-доцент, в отличие от штатного профессора, – лицо, приглашенное к преподаванию откуда-то со стороны. За так просто, на такое место никчемного человека преподавать не позовут.
М-да. Это я что-то несколько отвлекся. Тот седой, который мне чем-то не приглянулся, представился просто именем: Анатолий. Про свой род занятий ничего не сказал. Ну, а военный, как и я, ехал на учебу. Высшие командирские курсы. Наверняка после них станет генералом. Точнее, комбригом или комдивом каким-нибудь.
Собственно, на этом представлении все интересное и закончилось. Слишком разношерстная компания подобралась у нас, даже общие темы для разговора подыскать было сложно. Нет, разговоры то в купе велись, но больше непомерные цены на съестное у торговок на станциях обсуждали, дорога через всю страну длинная, с собой продуктов заранее не напасешься.
Ха! Это на внешний вид, люди в нашем купе собрались разные, словно нарочно кто подбирал по принципу наибольшей непохожести, но вот в одном все трое моих попутчиков совпадали: у всех троих при себе имелось оружие. Мой нюх, усилившийся после выпитого зелья, принесенного мне старшим Ширяевым, ясно об этом свидетельствовал. Оружейная смазка пахнет очень уж специфически.Хотя,… мы же чуть ли не по дикому Западу времен его освоения путешествуем. Безопасности совершенно никакой. Не раз бывало, бандиты подобные поезда грабили, поэтому обладание оружием вовсе и не криминал, а напротив, проявление здоровой, продляющей жизнь предусмотрительности. Ну, знаете, в духе восточной мудрости: «Хорошо человеку, у которого есть кинжал, и плохо тому, у кого кинжала в нужную минуту не окажется». Пистолеты – не кинжал, конечно, но выживанию в опасной обстановке тоже немало поспособствовать смогут.
Где-то на подъезде к Екатеринбургу это случилось. Наш паровоз загудел, предвещая скорое прибытие на очередную станцию. Приват-доцент зачем-то полез к своему саквояжу, лежащему с багажом прочих пассажиров в специальном отсеке под его откидной полкой. Только, покопавшись для вида в своем саквояже, ухватился он вовсе не за него, а за солдатский сидор, стоящий там же.
- Никому не двигаться! – Непривычно, словно сталью лязгнул, его враз построжевший голос. – В знак того, что он нисколько не шутит, в правой руке медицинского наставника, остававшейся свободной от поклажи, тускло сверкнул воронением пистолет. Знакомая вещица! Люгер, или по другому Парабеллум LР08, артиллерийская версия. Когда-то у нашего ротного такой же был.
- Доцент, ты же понимаешь, что если ты заберешь мой груз, далеко тебе не уйти! – Седой, поднявший руки перед грудью ладонями вперед, напрасно сотрясал своими словами воздух, глядя, как его котомка начинает удаляться за дверь из нашего купе.
Бах! Выстрел прозвучал неожиданно громко. Очевидно, похититель, взвесив все за и против, решил избавиться от самого заинтересованного в его поимке свидетеля.
- Повторяю! Никому не двигаться! – Ствол пистолета смотрел прямо в лоб дернувшемуся было к оружию военному.
Седой, откинутый пулей, попавшей в его грудь, хрипел, лежа наискосок, на своей нижней полке. Я, между тем оставался как бы несколько в стороне от основного внимания основных участников. Хм. Вмешаться или нет? Достать шарик из своего Личного Кармана – дело буквально одного мгновения. На беззвучный полет сего метательного предмета доцент, оказавшийся разбойником, точно не успеет среагировать. Но вот что воспоследует вслед за этим?
Прежде всего, милиция после такого меня явно попытается задержать. А у меня с собой ценностей не на одну сотню, а может и тысячу червонцев. Значит, никакого героизма, сидим и не рыпаемся. Это не мой груз начал продвижение по вагону в сторону тамбура, не мне его и оборонять.
Военный, освобожденный из-под дула пистолета, наконец, рванул ремешок на своей кобуре. Еще несколько секунд и он, с наганом в руке умчался вслед за доцентом. М-да, напрасно доцент его пощадил, доставит полковник ему еще хлопот. Вагон уже полностью остановился, так что похититель с мешком уже мчался где-то по перрону. Ну, пусть побегают. О! И милицейские свистки уже по всему вокзалу раздаются! Хорошо бы, если бы поймали грабителя, тогда ко мне бы внимание точно нестали проявлять.
Блин! Решил ведь не вмешиваться! Но тут, прямо передо мной, человек, того и гляди, готов богу душу отдать. А, судя по всему, он точно такой же курьер, каким недавно выступал и я. Ладно, попытаюсь помочь соратнику по опасному делу, глядишь, на небесах когда-нибудь зачтется.
Спустившисьсо своей верхней полки, наложил на бедолагу заклинание Лечения. Нет, так-то сначала нужно было пулю достать, но это же не труп пока еще, обезболивающего заклинания я не знаю, а тащить пулю из тела на живую – верный способ угробить его от болевого шока. Так что Лечение – как временный способ, унять кровотечение. А с пулей уже пусть специально обученные люди в больнице разбираются. Самое главное, что я им фронт работ вместе с жизнью пациента сохранил.
О! В коридоре сапоги забухали! Идут соколики. И проводник впереди них мчится. Интересно, где он всю дорогу прятался, ни разу его за все время пути, после посадки, не видел.
- В Москве меня встречать должны, - вдруг проговорил раненый, взирая на меня широко распахнутыми глазами. – Мужик будет в кожанке с красным бантом на груди. Ты расскажи ему, как дело было. Он тебя, студент, отблагодарит обязательно.
Больше седой мужик ничего не сказал. В наше купе ввалились люди в милицейской форме, принялись осматривать место преступления. Недолго осматривали, один из них достал из нагрудного кармана пиджака раненого документы, раскрыл их, замерев на мгновение, после чего дернулся к своему старшему, держа раскрытую книжицу на вытянутой руке.
- Сворачиваемся! – Тут же прореагировал этот милицейский чин на предъявленное удостоверение в красной обложке. – Раненого в больничку, Никитин в сопровождение. Глаз с него не спускать до прибытия товарищей из центра. И уже мне: - где тут вещички того комполка, который с вами ехал? Этот товарищ попросил забрать их.
Показал. Надеюсь, ничего не перепутал. От поклажи остальных двух пассажиров ведь тоже могло что-то остаться. Вон, тот же саквояж, он явно профессорский, точнее доцентский.
Вот так в моем распоряжении оказалось целое купе. Полковник то так и не вернулся до отправления поезда. Правда, запашок тут воцарился нехороший, кровью попахивает, а проводник, зараза, что-то не торопится уборкой заниматься, опять запропал, едва люди в форме удалились. Впрочем, мне в этом купе недолго куковать осталось. Следующая остановка уже Екатеринбург. На всякий пожарный там лучше пересяду на другой поезд. Мало ли, московские товарищи, про которых говорил милицейский начальник, внезапно пожелают и со мной по прибытии побеседовать. Нафиг, нафиг! Тем более, что после применения Эльфийской Тропы по пути к Барнаулу, у меня появилось дополнительное время аж в пару дней, не опоздаю на учебу от этакой пересадки по любому.
В Екатеринбурге, как и наметил, из вагона вышел, береженого, как говорится, и бог бережет. Перед выходом проверил оставшуюся от попутчиков ручную кладь. Не с целью обогащения, не верил, что там что-нибудь серьезное отыщется, так, любопытство одолело. Как и предполагал, ничего этакого не обнаружилось. Обычные вещи, взятые в дорогу. Ничего оттуда забирать не стал. Может, проводнику достанутся, а может, в конце пути в купе снова милиция или чекисты нагрянут. Едва на перрон ступил, перед глазами вдруг послание от Системы засветилось: Удача +1. Ну, я и без этого сообщения знал, что слово «отблагодарит» имеет множество самых различных значений, поэтому и не думал того встречающего, с бантом на груди, искать.
Всего лишь на пару часов и опоздал только в Москву, по сравнению с моим предыдущим поездом. Из Екатеринбурга до Москвы ходил так называемый «скорый», который на этом участке практически четыре часа отставания от предыдущего моего поезда наверстал. Хотя, в целом, вовсе не принципиально получилось, все равно в столицу ночью прибыл, пришлось на вокзале рассвета дожидаться. Даже чуть хуже: в купе я хоть поспать мог, а на лавке в зале ожидания только в сидячем положении, да еще и твердая она, зараза, отсидел себе все, что можно.
С рассветом отправился на квартиру к друзьям. Первые трамваи как раз трезвонили уже вовсю, нарушая сонную городскую тишину. После уже двух поездок от вокзала до их дома и обратно, дорогу выучил на «отлично», даже ни на секунду в маршруте нужного трамвая сомнения не возникло.
- Сашка? Ты приехал! – Дверь мне открыл Семен, не успевший еще уйти на свою работу. Не ожидал от него такой искренней радости. Еще через минуту на шею мне еще и Степа кинулась.
- Кх. Задушишь. – Вновь, как когда-то просипел я, ощущая на себе ее удушающие дружелюбные объятия. Что характерно, нынче Сема никакой ревности не проявляет, словно так и надо, чтобы его супруга со всякими посторонними мужиками на глазах у мужа обнималась.
- Ты, наверное, голодный? – Ну, вот, у женщин это такой инстинкт мужчин первым делом накормить пытаться. – Мы как раз чай вскипятили. Еще у нас бублики есть….
- Отставить чай. Пока у нас есть хоть немного времени до вашего ухода на работу, пойдемте, милые друзья, продемонстрирую, что я вам привез. – Ну, а что? До ужаса надоело на себе этот пояс контрабандиста ощущать, под ним же тело потеет!
Через пару минут друзья, широко раскрыв глаза, смотрели, как на их кровати появляется и растет приличных размеров горка денежных знаков и всяких прочих ценностей.
- И еще вот! – Я присовокупил к выложенному золоту и пачкам червонцев еще и свою немалых размеров сумку. – Деньги и золото полностью ваши, свою долю из них я уже отсчитал, а это вот столовое серебро еще продать и после этого поделить нужно будет. Его же в нашей деревне точно не продашь, даже в том же Барнауле навряд ли, а разделять сервизы не очень разумно в плане будущей стоимости. Только там наверху всего серебра мой артефакт еще лежит, он отдельно, я его для себя приобретал, в наследство он не входит.
При упоминании о наследстве глаза у Степы сразу на мокром месте сделались. Хоть и получили они известие о смерти Степиного брата с его женой за месяц до моего приезда, но душевная рана еще, как говорится, совсем свежа была.
Окончательно разбираться с наследством наметили на выходной, нынче же, как раз, суббота была (если, кто не знает, в это время выходным днем только воскресенье считается). Просто накрыли все выгруженное мной одеялом и на этом до вечера успокоились. А пока, с утра, я вместе со Степой к ней, на ее работу, отправился. Курсы же от Наркомобраза были затеяны, оформление на них, соответственно, тоже через этот наркомат проходило.
До народного комиссариата образования доехали на трамвае. Как-то незаметно, это грохочущее и скрипящее чудо здешней промышленности перестало казаться мне архаичным экспонатом из музея. Ну, да, деревянный. И лавки вдоль салона тоже деревянные наставлены, но ведь везет же. И даже довольно быстро.
Едва Степа на своем рабочем месте отметилась, что не опоздала, сразу меня за руку потащила на другой этаж.
- Вот, Степан Северьянович! – С порога объявила она, очень напоминая в этот момент охотничью собаку, притащившую хозяину добычу и ожидающую за свои действия похвалу. – Еще один парень из нашей деревни. Он вместе со мной и моим мужем экстерном экзамены в школе сдавал, и Сила магии у него двадцати единиц точно достигла.
- Да что у вас там за деревня такая, аномальная! – Воскликнул чернявый мужчина в стильных округлых очочках, явно изучая каким-то из своих навыков мои Характеристики.
- Сашка, не стой, доставай аттестат! – Продолжала командовать Степанида.
М-да, уж! Как-то я бы предпочел без такой ажиотажной рекламы на эти самые курсы поступать. Кстати, а что хоть за курсы? А то Степа в своем письме их название так и не удосужилась написать, сообщила только, что для магов, а маги, они ведь очень разные бывают.
- Разумеется, молодой человек, ваши Характеристики под наши курсы более чем подходят, но только скажите мне честно, зачем вам, Боевому магу, курсы общей магии? Вам же прямая дорога к товарищу Троцкому. Он, таких, как вы, очень привечает. Там и обучение куда фундаментальнее будет и стипендию обещают, квалифицированный рабочий на заводе позавидует. А, самое главное, перспективы!
- Я мирный человек, - принялся я сочинять отговорки от прозвучавшего «вкусного» предложения, - свой Класс совсем случайно получил, защищая себя и своих родных от напавших на нашу деревню бандитов. А общая магия – это то, что мне и нужно, она же в жизни практически везде пригодиться сможет. - Ну, да! А то, что я узнал название курсов вот буквально только что, как и факт, что с «Боевым магом» мне вовсе не так уж чтобы сильно повезло, и я улучшение своего обычного Класса покупал у Системы за золото, отставим в сторонку, как несущественные.
- Хорошо. На наши курсы я вас, конечно, запишу. – С видимым облегчением сдался чиновник. - Будете посещать их вместе со Степанидой и ее мужем. В ближайший понедельник начнется первое занятие. В восемь утра, улица Пятницкая, двадцать пять. Просьба не опаздывать.
- Саша, ты пока можешь к нам идти, отдыхать, ты же с дороги. Вечером, когда мы с Семеном с работы вернемся, мы обо всем поговорим. – С этими словами Степа вручила мне свои ключи от комнаты и проводила к выходу из здания. Ну, понятно, ей же работать нужно, а я своим присутствием ее отвлекаю.
Пришлось идти, куда меня послали. Ну, не так, чтобы сразу идти, сначала свежую газетку, в которой объявления о продаже жилья публикуются, купил. Мне ее продавец газет в киоске неподалеку схода посоветовал, едва я заикнулся о том, что конкретно хочу в продаваемых у него листочках обнаружить. Хм. Объявлений множество! Целых четыре больших газетных страницы едва ли не самым мелким шрифтом заполненных. Нужно, прежде чем идти на местности эти предложения изучать, сначала их хоть в какой-то мере отсортировать, отбрасывая откровенно не подходящие.
Чуть не до самого вечера провозился с этими объявлениями. Зато пусть очень примерно смог прикинуть порядок цен и, соответственно, окончательно определиться со своими хотелками в этом плане. Реальность оказалась даже несколько лучше, чем я ожидал. Если брать дом где-нибудь на окраине, так я, с имеющейся у меня на руках суммой в советских червонцах, мог еще и поковыряться, выбирая те, что выглядят получше остальных. Ну, там участок побольше, дом из кирпича или, к примеру, речку, протекающую прямо вдоль огорода. А что делать? Заклинание, создающее воду из ничего, я так и не освоил толком. Напиться еще смогу, если жажда не сильно одолела, а вот умыться или постираться – уже точно нет. В связи с отсутствием сродства к воде, штрафы на заклинания из раздела водной магии выходили просто таки конскими.
Друзья возвратились с работы. Сразу вдвоем. Не то у них этот механизм совместного возвращения отлажен, ждут где-нибудь друг друга, не то просто случайно так удобно получилось. Удобно для меня, потому что, не успели они раздеться, как с моей стороны последовал совершенно неприличный, можно таки сказать провокационный вопрос:
- А вы очень-очень сильно голодные?
- Ну, не так чтобы очень…, а в чем дело? – Это Семен подставился, не подумав.
- Замечательно! Тогда пошли скорее, пока скупку не закрыли еще.
- Зачем? А она не может подождать до завтра? – На два голоса, каждый своими словами, заголосили супруги Ширяевы.
- Завтра нам предстоят совершенно другие дела. – Отрезал я, тоже натягивая на себя верхнюю одежду.
Пришлось бедолагам следом за мной топать, благо, в районе, где проживали мои друзья, этих скупок даже не одна была, не пришлось слишком далеко ехать.
- Кофейный набор. Швеция. Конец восемнадцатого века. Вес серебра четыре фунта шесть унций. Кварцевый накопитель. Заклинание поддержания заданной температуры, навешенное на кофейник. – Озвучил результаты своего недолгого исследования приемщик второй по счету скупки, в первой обнаглевший тип кавказской наружности был готов выкупить у нас раритетные изделия только в качестве серебряного лома. – Только имейте в виду, что за само заклинание доплаты не будет. Без зарядного артефакта это не более чем бесполезный рекламный трюк.
Степа выразительно посмотрела в мою сторону, я тут же сделал морду кирпичом. Зарядный артефакт, полученный в результате операции опасной для моей жизни, я точно продавать не стану. К тому же, у меня и второй кофейник остался. Не такой большой, всего на пару чашечек, но заклинание там, не только на поддержание температуры, но и на сотворение воды при необходимости, и на ее кипячение. Самолично испытал, запитав от своего зарядника. Короче, готовый прибор для экстремального туриста. Хоть в тундру с ним, хоть в пустыню. Его я в счет своей доли решил оставить. Нужная же вещь!
Никогда бы не подумал, что столь небольшая и не слишком нужная, в общем-то, посуда может столько стоить! И это при том, что, наверняка, скупка и про свой интерес в этом деле не забыла. Впервые смог воочию ознакомиться с самой крупной купюрой советского государства: двадцать пять червонцев, их нам целых две пачки выдали. Внешне данная денежка от того же одного червонца отличалась не слишком. Та же окраска, все тот же минималистский черно-белый дизайн с оформлением в подражание английским фунтов стерлингов купюры лишь с одной стороны. Но, черт, возьми, при добавлении моей доли с продажи этого кофейного сервиза к остальным моим деньгам, я смогу замахнуться даже на наиболее понравившиеся мне варианты домов! Ну, не в историческом центре возле Кремля, разумеется, но смогу.
- И все же, какие такие дела ты, Саша, запланировал на завтра? – Тоном записного прокурора вопросила Степанида, когда мы с полученными нами деньгами вышли из скупки.
- Да ничего особенного. Хочу себе дом в Москве купить. – Самым что ни на есть скучающим, индифферентным тоном выдал я друзьям свои поистине наполеоновские планы. – Кстати, и у вас, Ширяевы, теперь денег достаточно, можем заниматься этим делом вместе. Только представьте на минутку: свой дом.
Если у Семена и были какие-то другие, тайные планы по части использования полученных ими денег, то в это мгновение все те планы превратились в дым. А просто Степа враз тоже загорелась покупкой собственного жилища.
- Семка! А ведь точно! Давайте, ребята, в самом деле, купим дома по соседству и будем ходить друг к другу в гости. – Ну, вот, компаньоны для походов по Москве мне на завтра точно обеспечены.
Вечер посвятил обучению своих друзей заклинанию Кипячения. А то, правда, непорядок же, с точки зрения рачительного хозяина, Светоч, чтобы экономить керосин для керосиновой лампы они выучили, а столь важный заменитель использования керогаза нет. Жаль в книжке с бытовыми заклинаниями, которую я со своего дяди Сидора за лошадей стряс, не было ни одного заклинания, использующего магию Пространства или, хотя бы, магию Смерти. Заклинания чужих разделов магии уж больно неэкономными для меня выходили по части расхода маны. Поневоле задумаешься, может проще и дешевле как раньше, керосин покупать и расходовать.