Так считали поколения, выросшие при социализме. Но так ли это сегодня? Каждый второй вопрос от москвичей, который я слышу на встречах, касается развития промышленности. Еще 5-10 лет он не звучал настолько остро. Сегодня людям нужен четкий и понятный ответ – что будем делать. И мы с вами прекрасно понимаем, почему этот ответ так необходим.
Приведу несколько красноречивых цифр.
В 70-80 годах прошлого столетия в Москве было 3,5 миллиона работающих, из которых 1 млн 800 тысяч человек были заняты в обрабатывающей сфере. Каждый второй москвич работал на промышленном предприятии, а Москва по праву носила звание научно-производственного центра страны.
В 1992 году московская промышленность начала умирать. Все двери были настежь распахнуты для транснациональных корпораций, протекционистская политика не велась от слова «совсем». Страна не создавала, не развивала и не защищала своё. Мы вовсю ругали «совок» и хвалили все зарубежное, и с каждым годом ситуация только усугублялась. В 2013 году был принят Федеральный закон о госзакупках, снова направленный на защиту интересов транснациональных корпораций. Единственным критерием этого закона стала цена. И корпорации, которые долгие годы упражнялись в конкуренции, имели самые дешевые офшоры и рабочую силу, конечно же могли эту цену дать. В отличие от предприятий российских, не имевших никакой поддержки.
Сейчас в Москве 7 миллионов работающих, из которых лишь около 680 тысяч заняты в обрабатывающей сфере. Только 1 из 11 человек работает на предприятии! Из научно-производственного центра Москва превратилась в сияющую огнями торгово-развлекательную площадку. Не спорю, стало очень красиво, но давайте посмотрим глубже: почти все промышленные предприятия из столицы вывезены, выпускникам наших прекрасных технических вузов негде применять свои знания. Много лет мы считали, что нам не нужно ничего производить, потому что мы всё купим. Сегодня у меня возникает вопрос – где в 2023 году мы будем всё покупать?
Я абсолютно точно убежден, что ситуацию можно исправить. Экономистами подробно описаны преимущества позднего старта – это и получение новых и более дешевых технологий в короткие сроки, и возможность использовать уже проверенные и эффективные управленческие методы. По сути, всё уже придумано, осталось только «скопировать – вставить».
Убедительный пример - опыт Южной Кореи. Еще несколько десятилетий назад Южная Корея была беднейшей аграрной страной, без технологий, опыта, а, главное, в отличие от России без природных ресурсов. Свое стремительное развитие страна начала с того, что проанализировала рынок и собственный НИОКР, чтобы понять, в каких сферах ее предприятия могут быть конкурентоспособными. После этого перед производственниками расстелили красные дорожки в виде колоссальной господдержки и суперльготного кредитования и сказали: «Ребята, мы в вас верим!». А затем запустили протекционистскую политику, поддержали среднее и высшее образование и начали стимулировать экономических гигантов делиться своими доходами с беднейшими секторами экономики. Сегодня Южная Корея - одна из самых экономически и индустриально развитых стран в мире. Только компания «Самсунг» по итогам 2022 года задекларировала прибыль в 18 триллионов в рублевом эквиваленте. Доходная часть бюджета всей Российской Федерации в том же 2022 году – 27,8 триллионов рублей.
Уверен, что если будет политическая воля и начнем прямо сейчас – очень быстро придем к такому же результату.
Так - победим.