С двумя обезглавленными женами и двумя другими, оказавшимися не у дел, толстый Генри задумался о следующей женитьбе. Правда, дамы не спешили выстраиваться в очередь, чтобы стать последней супругой самого завидного холостяка Англии. Увы, это было опасно, более того — смертельно опасно.
Выдающиеся английские семьи посчитали благоразумным искать иные способы продвинуться вперед и не вести своих дочерей на убой как скотину, а иностранные дворы в один голос заявляли, что у них нет лишних принцесс.
Однако была одна дама, которая, казалось, была не прочь вытащить козырную карту и стать женой номер шесть: жена номер четыре, Анна Клевская. Женщина, которую Генри однажды назвал «Фландрской кобылой», по-видимому, не держала на короля обид. «Добрая сестра» хотела снова стать королевой. При дворе были те, кто действительно настаивал на повторном браке, в том числе её собственный брат, герцог Клевский. Быстро прекратив подобные разговоры, король Генрих совершенно ясно дал понять, что он не так уж и одинок.
Стареющий король больше не был похотливым повесой и теперь искал утешительницу, своего рода кормилицу, а не юную любовницу. Он обратил свой взор на придворную даму по имени Кэтрин Парр, хотя она и не была писаной красавицей, и о ее девственности речь уже не шла, ведь Кэтрин дважды овдовела, прежде чем привлекла внимание Генри.
«Господа, — объявил он своему Совету, — мне нужна компания, но я сыт по горло молодыми женами и теперь решил жениться на вдове». Зрелая, мудрая и заботливая, Кэтрин, помимо того, что разделяла страсть Генриха к музыке и искусству, была идеальной компаньонкой для короля и его троих детей, оставшихся без матери. Тем не менее, в то время как Генри в конечном итоге сделал ее вдовой в третий раз, Кэтрин Парр пережила этот брак, едва не лишившись головы.
В отличие от своей обезглавленной предшественницы, новая королева не была необразованным взбалмошным подростком, а умной и информированной женщиной, проявлявшей активный интерес к предмету богословия. Своего рода религиовед, она написала серию популярных религиозных книг во время своего пребывания в должности шестой жены Генриха, что сделало ее одной из немногих женщин, публиковавшихся в первой половине шестнадцатого века.
Однако королева Екатерина писала на темы, очень близкие сердцу короля, в опасные времена. В то время как Генрих VIII избавился от власти папы, его английская церковь по своим ритуалам и доктрине по-прежнему оставалась римско-католической. Это была религия, которую он знал всю свою жизнь. Кэтрин, с другой стороны, была частью растущего протестантского реформистского движения, организовывала богословские семинары и поощряла радикальных проповедников.
Чего ей не удалось сделать, так это последовать совету, который она сама же дала в одной из своих книг.
«Замужние женщины, — наставляла она, — должны учиться у святого Павла, — быть послушными своим мужьям, молчать в собрании и учиться у своих мужей дома». Вместо этого Екатерина выработала опасную привычку спорить о религии с больным и раздражительным королем, который уже считал себя настоящим теологом. Временами казалось, что королева не желает отступать от своих яростных убеждений — что никогда не было хорошей идеей с Генрихом VIII — и «в пылу дискурса заходила очень далеко», по словам протестантского писателя Джона Фокса, который описал в своих заметках почти фатальные последствия такой гордыни.
Хотя Генри не выказывал никаких внешних признаков своего гнева на самонадеянное поведение своей жены, Кэтрин тайно узнала, что у нее большие проблемы и что против нее выдвинуты серьезные обвинения. Столкнувшись с вполне реальной перспективой закончить жизнь на эшафоте, королева мудро решила полностью и безоговорочно смириться. Прибежав к Генри, она нашла его в настроении побеседовать о религии. На самом деле он испытывал ее, и жизнь Кэтрин буквально зависела от того, как она поведет себя в ходе беседы. Это был тест на выживание.
Она знала, что должна делать. Вместо того, чтобы вовлечь Генри в предложенную им дискуссию, она возразила, заявив, что «женщины в своем первом творении были подчинены мужчинам». Это был хороший дебютный ход. Затем она продолжила: «Будучи созданы по образу Божию, мужчины должны наставлять своих жен, которые будут всему учиться у них».
Апеллируя к чувству интеллектуального превосходства Генри, Кэтрин продолжила набирать очки, с невинной улыбкой на устах указывая, что хочет «учиться у Его Величества, который является принцем такой учености и мудрости». Пока все шло хорошо, но решающее испытание еще не закончилось. У Генри в его украшенном драгоценностями рукаве было припрятано еще кое-что. Ссылаясь на их предыдущие жаркие дискуссии, он, казалось, подорвал смирение, которое она теперь пыталась проявить. «Ты стала врачом Церкви, — напомнил он ей, — способным наставлять нас, а не получать от нас наставления».
К счастью, Кэтрин не была дурой и точно знала, что сказать дальше. Король, по ее словам, «совершил большую ошибку, позволив ей спорить с ним», что она делала только для того, чтобы отвлечь его от его страданий и, в качестве дополнительной выгоды, учиться у него самой.
Бинго!
«Даже так?! — ответил ее уже умиротворенный муж. —Тогда мы снова друзья, Кейт».
Кэтрин Парр выжила, чтобы выйти замуж после того, как король Генрих наконец испустил дух 28 января 1547 года, за мужа номер четыре, им оказался брат Джейн Сеймур.
Это 6-я и последняя история, представленная в серии публикаций о женах короля Генриха VIII.
- Все их можно прочитать в подборке "Тюдоры"
Благодарю за подписку и ваши комментарии, они помогают развитию канала. Ниже ссылки на другие статьи: