Мы будем потихоньку возвращаться к начатым ранее рубрикам, поскольку в них много осталось недосказанного, а главное – неназванных превосходных имен. Так, рассказывая о викторианских классицистах, мы обошли вниманием грандиозную фигуру Джорджа Фредерика Уоттса (George Frederic Watts; 1817 – 1904). Конечно, строго говоря, он не был классицистом – он был романтиком и предтечей символизма. Но Уоттс также являлся одной из центральных личностей викторианской эпохи, так что его влияния не избежала ни одна художественная школа – от классицистов до прерафаэлитов.
Уоттс родился в центре Лондона в день рождения Джорджа Фредерика Генделя (в честь которого его назвали), в семье бедного музыканта и настройщика музыкальных инструментов. Он получил домашнее образование – в основном от своего отца, прподававшего ему консервативную интерпретацию христианства, а также классическую литературу уровня «Илиады». Такое, довольно странное, обучение, тем не менее, дало ему возможность поступить в Королевскую академию в возрасте 18 лет. Спустя два года состоялась его первая выставка. Чуть позже, удачно начав карьеру портретиста, он приобрел влиятельных покровителей и немалые деньги.
Уоттс удачно выступил в конкурсе на создание фресок для нового здания парламента в Вестминстере, что дало ему возможность совершить длительный визит в Италию. Там он начал создавать пейзажи и был вдохновлен Сикстинской капеллой Микеланджело и капеллой Скровеньи Джотто. А также подружился с британским послом Генри Фоксом, 4-м бароном Холландом, что обеспечило молодого художника заказчиками среди итальянской и британской знати.
Вернувшись в Лондон, Уоттс присоединился к кругу богемы и пытался жениться на наследнице богатого и знатного рода (неудачно). К заказчикам присоединились ученики, тоже из высших слоев общества. Особых лавров никто из них не сыскал, но педагогическая деятельность закрепила положение Уоттса в высших слоях общества.
Эта абсолютно прерафаэлитская работа нехарактерна для Уоттса, но хорошо показывает его стремление и умение использовать различную живописную манеру. В 1860-х на работы Уоттса оказывает влияние Россетти и другие прерафаэлиты, что заметно по насыщенности цвета и яркой чувственности персонажей.
На этом полном восхищения женской красотой портрете изображена 17-летняя театральная актриса Эллен Терри, выбирающая между яркими камелиями со слабо выраженным ароматом, и фиалками, которые скромнее выглядят, но пахнут более сладко. Сцена абсолютно символическая и отражающая личную историю актрисы и художника. В 1864 г. Эллен бросила сцену, чтобы выйти замуж за Уоттса, который был на 30 лет старше. Менее чем через года она сбежала с другим мужчиной и возвратилась на сцену, чему препятствовал ее законный супруг.
Впоследствии Эллен приобрела славу крупнейшей английской театральной актрисы и лучшей исполнительницы женских ролей в пьесах Шекспира.
Второй раз Уоттс женился на архитекторе и дизайнере Мэри Фрейзер-Тайтлер, которая была на 36 лет моложе художника. Она посвятила всю жизнь заботам о своем гении и отстаивала репутацию мужа после его смерти.
Именно так называется эта мистическая картина, а вовсе не «Ангел-хранитель», как ее сплошь и рядом величают в Интернете.
Уоттс написал 4 версии этой работы. Этот вариант (второй по счету), написанный в 1886, он передал Музею Виктории и Альберта в числе своих самых важных работ, которые он решил пожертвовать нации. Рассказывают множество историй об исцелении под ее воздействием от депрессии и суицидальных мыслей. Египетское правительство выдало копии Уоттсовской «Надежды» своим солдатам, унизительно разбитым израильтянами в 1967 г. в «шестидневной войне».
А вот богословы приняли «Надежду» в штыки: один из них называл The Hope «компаньоном» Маммоны, этого олицетворения неправедного богатства и стяжательства: мол, и то, и другое есть изображения ложных богов и опасностей, ожидающих тех, кто пытался следовать им в отсутствие подлинной веры.
Эту картину, как и «Надежду» и четыре последующие работы, Уоттс включил в эпический символический цикл под названием "Дом жизни", в котором разные эмоции и чаяния жизни представлены, по его словам, «универсальным символическим языком». Цикл, к сожалению, не был завершен.
Уоттс говорил: "Я пишу идеи, а не вещи".
Техника Уоттса резко отличалась от техники большинства художников того времени, предпочитавших заглаженную живописную поверхность. Он писал корпусно, густыми мазками вязкой краски: чтобы удалить излишки масла, Уоттс предварительно выдавливал краску на бумагу.
Писатель Г.К. Честертон отмечал, что живопись Уоттса подобна «фрескам некоего доисторического храма».
В кон. 1860-х — нач. 70-х гг. Уоттс обратился к скульптуре. За его скульптурные работы, а также картины, с героями, напоминающими античные скульптуры, Уоттса называли викторианским Микеланджело.
Оригинальная скульптура находится в галерее Tate, а ее бронзовые копии установлены в Мемориале Сесила Родса (Кейптаун, ЮАР), на территории Национального архива (Хараре, Зимбабве), и в Кенсингтонских садах (Вестминстер, Лондон).
"Сеятель" - последняя и самая удивительная картина Уоттса. Многие считают ее первым изображением в стиле абстрактного экспрессионизма (напомню: впервые этот термин появился в 1929 г. по отношению к работам Кандинского).
Многие из его картин принадлежат галерее «Тейт» — он подарил ей 18 своих символических картин в 1897 г. и еще три в 1900-м. Отказавшись от титула баронета, дважды предложенного ему королевой Викторией, Уоттс был избран академиком Королевской академии в 1867 г. и стал одним из первых кавалеров нового Ордена «За заслуги» в 1902 г. – как заявил он сам, то была награда всех английских художников в его лице.
Дорогие друзья, не сдерживайте себя: ставьте лайки, дизлайки, пишите комментарии. Монетизацию мы по разным причинам не подключали, поэтому указанные знаки внимания – единственная награда для канала
ВАША ИСТОРИЯ ИСКУССТВА