В память о Елене Геннадьевне и Тамаре Валентиновне.

Когда мы переехали обратно в Кувандык, я пошла в музыкальную школу. С начала на отделение фортепиано, как и в Саракташе, но потом, в пятом классе когда я захотела все бросить учебу, после долгих споров и уговоров я согласилась пойти на хоровое отделение, учиться там было полегче. Моей учительницей по вокалу было Елена Геннадьевна Кислова. Она была прекрасным человеком, очень добрая, нежная, мягкая, иногда даже слишком. Когда у меня что-то не получалось она спокойно говорила: "Ничего страшного, давай попробуем еще раз". Именно благодаря ей я полюбила петь и не бросила это дело. К сожалению, она умерла рано, ей пришлось пережить ужасную потерю, у неё умер единственный сын, как раз в тот год когда я выпускалась из музыкалки. Я горевала вместе с ней. Хоть она и не показывала свою боль, это всё равно было видно. Она была сильной женщиной с очень добрым сердцем и чистой искренней душой.

Так же с переходом на вокальное отделение я стала больше ходить на хор. Его у нас вела Оленко Тамара Валентиновна. Это выдающийся человек. Она была человеком в благородном возрасте и могла бы уже спокойно сидеть на пенсии. Но она была очень предана своему делу, и приходила учить нас петь. Она была доброй, но в то же время умела держать нас в тонусе. К сожалению наш хор не отличался особой активностью. И были немногие, кому это и правда было интересно. В дальнейшем мы стали ансамблем, и ездили на различные конкурсы. В последние годы моего обучения ей становилось всё тяжелее, и это было видно. Она понимала, что ей осталось не так уж и много, и хотела дать нам всё что может. Под её руководством мы пели как единый механизм. Она умела заинтересовать и объяснить сложное простым языком. Одной из песен в нашем репертуаре были «Журавли», у меня до сих пор эта песня ассоциируется с Тамарой Валентиновной, и на глаза наворачиваются слезы. Когда у нас стало уже хорошо получаться, в один из дней я помню по её щекам потекли слёзы. Тогда я не понимала почему, но сейчас прекрасно понимаю. Думаю в какой-то мере она посвятила эту песню себе, это был её крик души, она не хотела уходить из этого мира. Но это лишь мои предположения. Ей было грустно. Конечно. Кому же не будет грустно. Думаю я буду испытывать то же самое, когда моя жизнь приблизится к смерти. Я до сих пор с трудом сдерживаю слезы когда слышу или пою эту песню. Она останется в мой памяти навсегда как первый учитель по хору и прекрасный человек.