"Он давно любит другую",- кричала в трубку незнакомая женщина, (продолжение,вторая часть)

"Давай съездим к маме, а там озеро, покупаемся", -предложил муж Вике. Стояла прекрасная июльская погода, жарко, солнечно, вода в озере, наверное, прогрелась очень хорошо. Вика с удовольствием согласилась. Можно всей семьёй провести эти выходные на озере. Муж отправился готовить машину, пока Вика собирала продукты, искала купальник, который, как назло, куда-то запропастился.

Когда Вика спустилась вниз, к машине, муж озабоченно бегал около дома, искал ключи от машины. "Как так, куда могли деться ключи?- спросила Вика. "Да вот, положил на скамейку вместе с кошельком, пока вытряхивал коврики, смотрю, ни кошелька, ни ключей", - оправдывался муж. Вика осмотрела двор, даже в подъезд зашла, кошелька и ключей нигде не было. "Да тут даже собак нет сегодня", - в сердцах сказала Вика. "Бегали тут две собаки, бегали. А может Васька решил подшутить, он проходил мимо", - сказал Виктор. Делать нечего, Вика вернулась домой. Досадно очень, но с ключами какая-то мистика произошла.

Начав готовить обед, Вика выглянула в окно. Муж разговаривал с кем-то по телефону. "Не поеду, не поеду, успокойся. Я, вроде как, ключи потерял", -достаточно громко воскликнул Виктор. И, видимо, забывшись, продолжал разговор: "Приеду к тебе, приеду. Я так быстро ключи найти не смогу, надо Ваську дождаться, типа, он у меня ключи взял".

Вика слышала и не верила, что всё это происходит с ней, что только что её обманули самым наглым образом потерей ключей и бумажника. А она, наивная дура, ещё и искать помогала. Но ведь Виктор реально хотел отдохнуть с семьёй, иначе зачем бы весь этот маскарад. Просто сказал бы, что поедет к друзьям и всё.

Вика представила всю ситуацию, как это могло произойти. Виктору, скорее всего позвонили. Понятно, что звонила та самая женщина, которая любила названивать на домашний номер и дышать в трубку телефона. Узнав, что её бросили в выходной день, что мужчина собирается проводить эти дни с женой, захлёбываясь от ревности, решила нарушить планы любовника.

Возможно, что всё было и не так, но мысли Вики уже было не остановить. И она сидела и вспоминала, что же её насторожило совсем недавно.

Вика как-то забежала после работы в кафе, недалеко от их дома, чтобы прикупить что-нибудь к чаю, и обратила внимание на женщину, которая, зайдя в кафе, и, увидев её, очень пристально на неё смотрела. Вика её не знала, никогда с ней не встречалась, поэтому взгляд этот она запомнила. И был ещё один случай, в трамвае, когда эта же самая женщина, почему-то очень хотела встать с ней рядом, упрямо протискивалась сквозь толпу.

"Неспроста это, ох, неспроста",- думала Вика. Но теперь она точно знала, что у Виктора есть женщина и даже, как та выглядит. А вот это очень интересно. Выглядела незнакомка не очень привлекательно. А для роли любовницы Виктора - вообще плохо. И это не укладывалось в голове.

"Таких в любовницы не берут", - думала Вика. Но, откуда -же ей знать, каких берут, каких не берут, ведь с этой стороной жизни Вика не очень знакома. Сама она вышла замуж по очень большой любви, на других мужчин никогда и не смотрела, подруги и друзья тоже семейные. С подругами, бывало, сплетничали о разных парочках, но это всё было, как-будто в параллельной реальности, и их не касалось.

По фильмам посмотришь, так красавицы модельной внешности, в основном, в любовницах ходят. А тут... Какая-то нестыковочка. Может, это не она?

Голова была как в огне, мысли, мысли, мысли!

Позвонил Виктор, сказал, что ключи Васька-сосед забрал, подшутил, так сказать. Что ехать уже поздновато, в следующий раз, как-нибудь, съездят, а сейчас он к друзьям, надо с машиной подшаманить немного. Вика выслушала, решив всё спокойно обдумать, сказала: "Ладно".

Спокойствием, тут и не пахло.

Хорошо, что Виктор уехал, не заходя домой. Вика не смогла бы справиться с эмоциями, точно бы что-нибудь натворила и , скорее всего, это непоправимое, было бы связано с какими-нибудь увечьями. Ярость же просто клокотала в ней!

Хотелось кричать, топать, вцепиться ему в волосы..., сделать что-то такое, чтобы отпустила эта невыносимая боль, эта неизвестность!