Маша Ивашинцова, фотографии которой портал Artnet признал выдающейся находкой, сменила много занятий.
Начиная с 1960-х она работала осветителем в ТЮЗе, писала статьи для журнала «Театр», была лифтером и охранницей. Она также близко общалась с представителями ленинградского андеграунда: ее возлюбленными в разные годы были фотограф Борис Смелов и поэт Виктор Кривулин. Всю жизнь Ивашинцова вела дневник и фиксировала на пленку то, что происходило вокруг. Негативы в 2017 году нашла на чердаке ее дочь, Ася Ивашинцова-Мелкумян. В архиве оказалось около 30 тысяч кадров.
Поначалу Ася хотела избавиться от находки, воспоминания о матери вызывали у нее боль: «Конечно, я знала, что мама фотографировала и что эти фотографии где-то там, в этих коробках. Но я на самом деле совсем не хотела их открывать. Я даже хотела бы отдать их кому-то, кто бы заинтересовался ими. Но желающих не нашлось».
Ася показала фотографии только близким. Ее муж Егор, занявшийся сканированием негативов, убедил Асю, что работы ее матери уникальны. При помощи знакомых супруги начали методично оцифровывать и упорядочивать наследие Маши Ивашинцовой. Сейчас ее фотоработы можно найти на персональном сайте.
Ася считает, что занятие фотографией помогало матери уходить от реальности. Когда она ознакомилась с дневниками матери, то узнала, что та фотографировала до самой смерти. После поломки любимой камеры Leica, Ивашинцова продолжала снимать, но уже на «мыльницу». Фотография была для нее очень важна: тысячи негативов и непроявленных пленок лежали на чердаке аккуратно разложенными в подписанные конверты. Однако Маша Ивашинцова никому не показывала свои работы.
«Она была очень интровертным человеком, как, в общем, и я. Мне кажется, она была бы слегка напугана, что столько людей высказывают суждения о ее фотографиях, обсуждают их. Но в то же время, я верю, она бы была благодарна за внимание и поддержку», — рассказала Ася в интервью My Modern Met.
Фото: Маша Ивашинцова