10,5 тыс подписчиков

Наше BLM

22 мая 202322 мая 2023

1 мин

Бывшая журналистка и владелица хлебной компании «Городской батон» Полина Козловская в издании «Forbes» пишет: «Когда публикуешь объявление о найме на hh.ru, как правило, получаешь до 95% откликов от претендентов из Средней Азии, и большая их часть — из Киргизии. Кажется, Москву кормят исключительно они. В 2021 году (единственные доступные данные) в Москве проживало 219 900 киргизов, это 30% от всех мигрантов в городе. <…> Предположение, что работники из Средней Азии стоят дешевле русских, оказалось мифом. У мигрантов огромные семьи, они очень следят за рынком зарплат и не боятся требовать повышения, как только ты хоть чуть-чуть увеличиваешь объемы. <…> Казалось бы, зачем тогда брать мигрантов, если так много сложностей? Побарахтавшись на рынке пекарей, могу с прискорбием доложить, что русские идти в пекари, особенно на производство, не хотят, считают эту работу слишком тяжелой, а если все-таки идут, то выбирают элитный ресторан. Где десятки детей, окончивших пищевые колледжи за три год

Бывшая журналистка и владелица хлебной компании «Городской батон» Полина Козловская в издании «Forbes» пишет:

«Когда публикуешь объявление о найме на hh.ru, как правило, получаешь до 95% откликов от претендентов из Средней Азии, и большая их часть — из Киргизии. Кажется, Москву кормят исключительно они. В 2021 году (единственные доступные данные) в Москве проживало 219 900 киргизов, это 30% от всех мигрантов в городе. <…>

Предположение, что работники из Средней Азии стоят дешевле русских, оказалось мифом. У мигрантов огромные семьи, они очень следят за рынком зарплат и не боятся требовать повышения, как только ты хоть чуть-чуть увеличиваешь объемы. <…>

Казалось бы, зачем тогда брать мигрантов, если так много сложностей? Побарахтавшись на рынке пекарей, могу с прискорбием доложить, что русские идти в пекари, особенно на производство, не хотят, считают эту работу слишком тяжелой, а если все-таки идут, то выбирают элитный ресторан. Где десятки детей, окончивших пищевые колледжи за три года, мне не удалось понять. Студенты, приходившие на практику, прямо говорили, что работа слишком тяжелая. Взрослые, которых удавалось привлечь, тоже чаще всего называют причиной увольнения тяжелый труд. Сначала пыталась разделить работников, сделать русскую и киргизскую смены, однако через какое-то время поняла, что всех их надо перемешать — чтобы был обмен информацией и чтобы всегда в смене был человек, который точно поймет, что я ему говорю.

Вообще я считаю, что мигранты — это наш будущий BLM (общественное движение в США, выступающее против расизма и насилия в отношении темнокожих, в особенности против полицейского насилия. — Forbes), совсем скоро они начнут требовать равного отношения не только на работе, но и в обществе. Их дети учатся в московских школах и уже понимают, как должна быть устроена нормальная жизнь со всеми правами гражданина. Ведь у многих из них уже российские паспорта. И если сотрудник миграционной службы все еще считает, что может сразу говорить с киргизом на ты, то очень скоро, возможно, они начнут ему делать замечание и, скорее всего, достаточно агрессивно. Вспоминается слоган “Все разные, все равные”».