Данный обелиск обнаружили еще в 1815 году в Верхнем Египте в древнем городе на острове Филы. Руководил тогда экспедицией британский исследователь и египтолог Уильям Джон Бэнкс.
На обелиске имелись надписи как греческом языке, так и египетскими иероглифами. Однако, что это были не одни и те же надписи, переведенные на два разных языка, как в случае с Розеттским камнем, Бэнкс полагал, что прочитал в этих надписях имена царицы Клеопатры и Птолемея . Нашел он их имена как на греческом языке, так и в египетских иероглифах.
Заинтересованный таким открытием Бэнкс с помощью итальянского авантюриста Джованни Бельцони перевез обелиск в Кингстон-Лейси, свое родовое поместье. Обелиск с острова Филы доставили в поместье в 1821 году, а установили перед домом только в 1829 году.
На сегодняшний день исследователям известно, что надписи на обелиске представляют собой запись диалога между египетскими жрецами и эллинистическим фараоном с просьбой об освобождении от определенных налоговых обременений, так как они были слишком финансово неподъемными для храмовой системы. Самыми важными элементами в этих надписях являются имена Птолемея и Клеопатры, написанные египетскими иероглифами.
По прошествии времени Шампольон изучил обелиск с острова Филы. Он обнаружил корреляцию между египетскими иероглифами на обелиске и иероглифами на Розеттском камне. Шампольон, пришел к выводу, что символы, используемые для обозначения имен Клеопатры и Птолемея на обелиске, были очень похожи на символы, использованные на Розеттском камне.
Одновременно к этому выводу пришел британский исследователь Томас Янг. Стало ясно, что иероглифические символы внутри картушей были фонетическими , как и демотические символы.
Для полной расшифровки иероглифов египтологам был нужен не только Розеттский камень. Им также был необходим обелиск с отстрова Филы, как еще одна частица запутанной головоломки. Обелиск помог исследователям правильно интерпретировать египетские иероглифы.