Город медленно зализывает глубокие раны и в городе относительно тихо.
Говорят, что вернулось около 60% довоенного населения. Возвращаются разными путями и из разных мест.
В сравнении с прошлым визитом, на улицах видно очень много детей и молодежи.
Есть газ, вода, отопление и электричество. Всё это пока бесплатно или оплата по желанию. Работает общественный транспорт, такси. Автобусами можно уехать хоть в Луганск, хоть в Москву, хоть в ЕС и вернуться обратно.
Мобильная связь начинается в 10 км от города, в самом городе ее нет.
В домах, где более 10% жильцов, подключают коммуникации.
Городские комиссии решают, что можно восстановить, а что - под снос. Тех, кто лишился жилья - дают компенсацию на покупку нового, либо отселяют в «мобильный жилой фонд». Московские и ингушские бригады строителей заняты ремонтами квартир, но полноценных работ пока нет - фронт рядом.
Гуманитарная помощь в город идет исправно, а вот в соседних селах с этим хуже.
Открыты магазины, но «сухой закон»и «комендантский час» с 21:00 по 06:00 Зарплата в 30 тыс. ₽ считается нормальной, а в 50 тыс - приличной. Люди трудятся в основном в коммунальном хозяйстве, там работы - море.
В открывшихся МФЦ - очереди, российские паспорта получают активно, без них - нет пособий, материнского капитала, пенсий и другой всячины.
Открылось заведение где пицца и лепят суши. Для прифронтового города, это событие, нам не понять.
Однако, люди устали от общей неопределённости, обстрелов, очень ждут, что город начнут отстраивать и наступит, наконец, мирное время.
Обычная жизнь начинается в километрах 30 от Северодонецка. Там сельские коровки, распаханные нивы, сонные села и будни, примерно такие же, как 20 или 50 лет назад...
Дмитрий Бальцер-Бондаренко