В предыдущих статьях мы с разных сторон рассмотрели понятия любви и свободы. Сейчас предлагаю соединить эти темы и посмотреть, что выйдет. Почти как опыты на уроках химии, только без взрывов и «дымовухи». Если любовь – это дарящее начало, а свобода – начало берущее, то получаются две противоположно направленные сущности, антагонистичные по природе, обречённые на постоянное противоборство. Или нет?
Для дальнейших рассуждений нам необходимо понимание, что человек – общественное существо. Вне общества мы, в подавляющем большинстве, жить не сможем, общественность заложена в нас нашей природой. Наши чувства требуют отклика извне, взаимодействия с окружающими, ответа. Какое это будет взаимодействие, зависит прежде всего от того, какую жизненную стратегию мы выбираем.
Если человек делает упор на стремление к свободе, он выбирает жизнь «здесь и сейчас», живёт для себя, старается наполнить её впечатлениями, эмоциями, расширить свои текущие возможности. Если приоритет смещается в сторону любви, то человек концентрирует внимание, ресурсы и усилия на объекте любви, выбирает долгосрочные отношения и планы на будущее.
Несмотря на кажущийся антагонизм понятий любви и свободы, в них есть нечто общее. Попробуем вместе разобраться, что же это. Итак, если мы говорим о любви, то это в первую очередь означает направление своих эмоций, ресурсов и усилий вовне, на объект любви. Если речь о свободе, то те же эмоции, ресурсы, усилия направляются на себя. Улавливаете мысль? Если совсем просто, получается, что свобода – это производная любви к себе. По сути, та же любовь, объектом которой являетесь вы сами.
Итак, снимается противоречие между свободой и любовью, ибо это проявления одного чувства, разница лишь в объекте. Для чистоты понимания: любовь, направленную на себя, можно отождествлять со свободой и, в её крайних проявлениях, с произволом (эгоизмом). Если любовь направлена вовне, то её можно отождествить с альтруизмом и, в крайнем случае, с жертвенностью.
Признавая обе сущности (и любовь и свободу), как неотъемлемые части человеческой природы, мы ищем возможность гармоничного сосуществования, нахождения равновесия между ними.
Что означает поиск равновесия между свободой и любовью? Если совсем просто – это жизнь.
Если в младенчестве и детстве мы получаем максимальную свободу и любовь старших, то, по мере взросления, учимся любить и отдавать часть своей свободы окружающим.
В общем случае человек проходит путь от несмышлёныша, который любит окружающих, особенно маму и папу, потому что они дарят ему свою любовь, заботу и ласку, «делают ему хорошо», до человека, который берёт на себя ответственность сначала за себя самого, а затем за тех, кого любит. И, если жизнь удалась, уходит из неё, окружённый заботой и любовью потомков и окружающих.
Государства растут схожим образом, сначала забирая себе всё, до чего могут (и до чего им разрешают) дотянуться, учатся заботе о своих гражданах, проходя путём проб и ошибок через смены общественных строев и революции.
Понятно, что государство – не человек и любить как человек не может. Но, если воспринимать любовь как универсальный ресурс, источник появления всех других ресурсов и благ, то аналогия работает.
В случае государства поиск равновесия может выражаться в принципах справедливого распределения общих ресурсов и благ, в которых на одном полюсе будет распределение по праву сильного (тирания сильных в любом виде), на другом – по праву слабого (тирания слабых). Тирания сильных выражается в захвате власти и присвоению ресурсов малой частью общества – «элитой». Тирания слабых заключается в манипулировании властью и захвате ресурсов другой малой частью общества – «нуждающимися». Возможно и сочетание этих «полюсов», при котором большинство лишается ресурсов и в пользу элиты и в пользу нуждающихся.
Как аналогию, можно привести пример семьи, в которой один из родителей управляет всеми домочадцами «железной рукой», держит в «чёрном теле» и другой семьи, где ребёнок манипулирует родителями, получает всё, что хочет.
Задача поиска равновесия в данном случае, на уровне государства распределять ресурсы и блага, устанавливать законы таким образом, чтобы это соответствовало представлениям большинства людей о справедливости. Вероятно, это и есть демократия.