Приятельница рассказала, как они открыли дачный сезон. Она, ее дочь и зять. До деревни, где у них домик, километров четыреста. Решили ехать в ночь, чтобы не терять драгоценного времени. Ехать далеко, а выходных дней - всего четыре. Два дня на дорогу, два дня - там побыть, навести порядок, посадить кое-что. Да и вообще - подышать, отдохнуть, шашлычка поесть. Забрали приятельницу с работы вечером и двинулись в путь. Зять за рулём. Часа четыре в дороге, и вот они на месте. Ночь, темно. Вошли в дом, включили свет. Зять очень устал и решил прилечь в дальней комнате, не дожидаясь ни чая, ни рюмочки. Приятельница, назовём ее Алина, пробовала его уговорить подождать несколько минут, чтобы сменить белье на кровати. Оно там всю зиму было, наверняка отсырело. Но зять, а он тоже был после работы, да за рулем сколько проехал, не захотел терять ни минуты и, скинув с себя верхнюю одежду, завалился в футболке на кровать. Алина с дочкой стали разбирать сумки, раскладывать вещи, продукты. Потихоньку переговаривались, смеялись, строили планы на завтра.
Вдруг из комнаты, где устроился зять, раздался истошный крик! Алина с дочкой, побросав продукты, кинулись на крик. Зять орал не переставая! Он стоял посреди комнаты и что-то с себя стряхивал, не закрывая рта и не убавляя громкости. С трудом добились от него внятного ответа. Дочь подошла к нему и рявкнула, чтобы он пришел в себя. А то вопил бы до утра.
А случилось вот что. Зять улёгся, и только стал проваливаться в сон, как неожиданно почувствовал, что в локоть упирается что-то мягкое. У него сон пропал моментально! Он подскочил на кровати и побежал к выключателю. То, что он увидел при свете, не успокоило его и не наполнило тихой радостью… скорее, наоборот, вызвало рвотный рефлекс. Это была мышь. Толстенькая, сытенькая мышка. С глазками-бусинками, которые от страха стали размером с грецкий орех. Она себе сделала уютное гнёздышко в одеяле, и, по всей видимости, зимовала в этом гнезде. Поскольку отходы ее жизнедеятельности находились тут же. Оглохшая мышь тоже была не рада встрече и не лучилась счастьем.
Честно говоря, я бы на месте зятя тоже так заорала. И от неожиданности и от брезгливости…
А зять ещё долго не мог успокоиться. Спать ему как-то уже расхотелось. В конце концов, походив и выпив от нервов пару кряжистых рюмочек, он расположился в другой комнате, предварительно попросив тещу как следует перетряхнуть и кровать и постельное белье. Жена его, дочка моей приятельницы, девушка язвительная и смешливая, ещё пару дней, подходя к нему, попискивала, изображая мышь.
