Великий ученый Галилео Галилей, к сожалению, в современном мире все чаще предстает в виде мученика науки, однако, к счастью, это не так. Прежде, чем рассмотрим, почему это не так, разберем некоторые факты из биографии Галилео.
В 1610 году Козимо 2 официально назначил Галилео придворным философом и математиком, это было важным событием для ученого, ведь теперь его жизнь была полностью обеспечена. Что же повлияло на такое решение властителя? Галилей, как известно, открыл спутники Юпитера, представив это в качестве возвеличивания дома Медичи. Он объявил, что яркие звезды (спутники Юпитера) объявились в небесах перед его телескопом в момент коронации Козимо 2. Он заявил, что количество лун – четыре – совпадает с числом членов дома Медичи (у Козимо было 3 брата) , что Луны вращаются вокруг Козимо, как четыре сына вращаются вокруг Козимо 1. Символом дома Медичи был Юпитер, Галилей очень хитроумно польстил властительной семье, получив их благосклонность. Склад ума Галилея, его умение тонко чувствовать настроения, думаю, ясны. Галилей не был одиноким монахом, посвятившим свою жизнь науке, не знавшим никакого языка, кроме латыни, никакого дела, кроме корпения над ‘’философским камнем’’. Нет, это был умный и расчетливый человек.
Что же касается осуждения Галилея, его отношений с Католической Церковью, то важно заметить:
Кардинал Барбини, осудивший книгу Коперника, ставший позднее Римским Папой, был другом Галилея.
Протодиакон Андрей Кураев замечает:
В 1624 г. Галилей делится с Папой Урбаном VIII (бывшим кардиналом Барбини) своим планом издать книгу диалогов. Реакция Папы вполне благожелательная, он просит только одного: чтобы обе стороны были представлены достойно, чтобы были изложены аргументы обеих сторон — и сторонников традиционной птолемеевской системы, и коперниканской. В 1630 г. — новая встреча Галилея и Папы, вновь разговор заходит о том же самом.
Он не просто не согласился с этим аргументом. Галилей включил этот аргумент в свою книгу, но не в предисловие. Дело в том, что книга Галилея — это диалог, в этом диалоге участвуют 3 человека. Два имени я сейчас не вспомню, но это были реальные астрономы во Флоренции, современники Галилея. Они сегодня никому не известны, но в те времена их имена были на слуху, и вот в их уста Галилей вкладывает аргументы в пользу Коперника. А вот третий персонаж носил имя Симплициус.
Опять же, это реальный персонаж — в VI веке был такой астроном, который комментировал Евклида и Аристотеля. Но вот в чем дело… Вы понимаете, что означает имя «Симплициус»? На русский язык можете перевести? «Простак». «Дурачок» даже. И вот в уста Симплициуса Галилей влагает аргумент, подсказанный Папой. Нашелся услужливый царедворец, который Папе пояснил: «Ваше Высочество, Вы видите, как Вас обозвал этот Галилей? Да? А Вы его покрываете! А Вы его защищаете!».
И вот эта история налагается на еще одну. Дело в том, что на Галилея в инквизицию поступает донос, в котором Галилей обвиняется в проповеди атомизма. Вот это страшная вещь. Дело в том, что по решению Тридентского Собора (контрреформационного Собора Католической церкви) концепция атомизма (т. е. мысль о том, что мир состоит из атомов) объявлялась противоречащей фундаментальному католическому догмату о причастии (пресуществлении). Это можно объяснить, но это требует времени. Не буду долго говорить о том, в чем именно тут противоречие, но факт есть факт: с католической концепцией пресуществления Святых Даров принцип атомизма в емпидокловском и демокритовском смысле действительно несовместим.