Неделя прошла на редкость спокойно.
До обеда я занимался психотерапией, потом анализировал потенциальных
соперников. В четверг, закончив изучать картотеку, я добавил к списку ещё троих игроков. Таким образом, количество претендентов на один миллион баксов увеличился до тринадцати - чёртова дюжина. Отложив в сторону папки, за неделю до турнира, ещё раз прочитаю более подробно о будущих соперниках.
В городе появились огромные баннеры и яркие растяжки, кричащие о том, что в конце сентября в Томске пройдёт Чемпионат Мира по Свободной пирамиде. Конечно, это не Чемпионат Мира по футболу, однако ажиотаж был запредельный.
В Томске, да и в Сибири в целом, любили Бильярд, играли в него и с большим интересом ожидали предстоящий турнир. В местной прессе опубликовали размер призового фонда, составивший, страшно произнести эту цифру,...35 тысяч долларов. Прочитав в одной из газет заметку о призовом фонде, я долго смеялся. Сравнивая призовой фонд подпольного Чемпионата с официальным, можно констатировать, почти в 29 раз больше. Ежели говорить о распределении выигрыша между спортсменами, то раскидывался примерно так: у мужчин за первое место 4 тысячи, у женщин - 2300, а остальное по крохам делились между призёрами. Причём, каждому, получившему призовые деньги, необходимо отдать 25% в виде налогов. Вот такой интересный расклад в Русском Бильярде. В стране, где только официальных долларовых миллиардеров больше ста, а миллионеров - несколько тысяч, где Бильярд является национальным видом спорта, организаторы не смогли собрать призовой фонд, ну хотя бы 200-300 тысяч долларов, просто нонсенс. А может быть, они их собрали, но рассовали по карманам? Коррупция в Русском бильярде процветала не меньше, чем по всей стране.
Абсолютно уверен, огромное количество талантливых спортсменов, преданных бильярду, в конце концов, уйдут в каталы, в тренеры, в покер, в алкаши, в...никуда. Впрочем, совершенно не обидно за Русский Бильярд - все живут так, как хотят, и если бильярдное болото существует, значит это всем нужно. Что самое главное, - болото просуществует ещё долго, может быть, лет сто. Болото расширится, ещё больше заплесневеет и только пузыри вони пробьются на поверхность, при этом станут смердить, до неприличия долго, на всю округу. Пузыри вони - это, конечно, метафора, под ней я понимаю, очередное спортивное звание какому - нибудь Макаке или другому лизуну. Получил Юрок - Макака звание ЗМС, пёрнул от удовольствия, вонь и пошла кругами. Амбрэ!
На календаре четверг, на улице тёплое бабье лето, а на душе - тоска тоскучая. Впереди светили выходные, а я не знал толком чем заняться.
Затрещал телефон и вернул меня на землю, отвлекая от грустных мыслей.
Звонил одноклассник Шура, один из близнецов, о которых вспоминали с Кимом.
- Привет Сигизмунд (меня так прозвали, в честь Зигмунда Фрейда), чё
делаешь? Завтра собираемся у Полины на даче, ты как? Приехал брательник,
еврей еврейский из Израиля, поэтому сбор, как обычно, в нашем "Куршавеле"? - выпалил Шура на одном дыхании.
Я всегда участвовал в посиделках одноклассников. Несмотря на то, что мы знали друг друга много лет, с интересом общались, посему, охотно согласился. Любопытно поглядеть на одноклассника Серёгу - еврея.
Под это мероприятие, Шура предложил скинуться(кто сколько может), купить небольшой бильярдный стол и прописать его у Полины на даче.
В бильярд в нашем классе играли все пацаны; сам факт покупки стола мне понравилась, как ещё одно развлечение и возможность чаще встречаться. Мы договорились с Шурой с утра приобрести стол и на крыше моей "Тройки" доставить на дачу. Сказано - сделано!
Я вёл машину довольно осторожно, дабы не навредить желанной покупке. К бильярду прилагались два кия, сомнительного качества, комплект шаров, костяного цвета, пластмассовый чёрный треугольник и два кусочка синего мела. Всё это богатство, уставшие и счастливые, мы везли на дачу к любимой классной руководительнице.
Очутившись за городом, я глотнул воздуха сладкой Свободы, вспомнил вкус ароматного шашлыка, пива и, хандра растворилась в осенней листве. Здесь дышалось, думалось, виделось, слышалось, говорилось совсем по иному, абсолютно не так, как в загазованном выхлопами и смогом городе, молот повседневных дел не стучал по голове, а наковальня утонула в куче жёлтых листьев. На природе можно стать поэтом, воздух всегда волшебный и вдохновенный до абсурда. Недаром, у каждого сочинителя имелось своё Болдино, и мы буквально рвались за город.
Саша Баев, как всегда, оказался главным организатором и бессменным менеджером тусовки одноклассников. Обзвонив всех, наказал кому, что привезти и составил праздничное меню. По предварительным прикидкам, и с учётом отказников должно прибыть не меньше пятнадцати человек.
По черепашьи и весьма осторожно, наконец, добрались до Трубачево. Полина Яковлевна, задорно улыбаясь, вышла навстречу. Она давно стала нам, как родная мама, тем более, что у половины одноклассников своих пап и мам уже не было. Открыв ворота, покосилась на машину и с удивлением спросила: - Что мальчишки привезли на этот раз? У нас вроде столов хватает.
Шура изобразил на лице неразрешимую загадку: - В бильярд решили поиграть, мама Поля!
Полина заглянула в кабину: - А где Серёжа?
Мы нежно сняли стол с верхнего багажника и прислонили к крыльцу. Шура, наконец, отреагировал: - По магазинам гуляет, продукты закупает. Сейчас за ним поедем.
Я не мог надышаться дурманящим воздухом, наблюдая эту идиллию отношений. Со стороны казалось, общаются мать и сын. Он понимал Полину с полуслова. Она тут же умчалась в дом и вернулась с бумажкой: - Я тут прикинула: чай, кофе, печенье, конфеты, тушёнка, картошка, арбуз,...
Одев очки, Саша мельком глянул на список: - Мам Поль, у тебя паёк, как в блокадном Ленинграде. А где чего - нибудь вкусненькое, где маслины, где морепродукты? Серый на оливки подсел, поглощает их тоннами и пивасиком запивает. Жирный стал, как боров, ты его, точно, не узнаешь. Ладно, список я возьму, но существенно его дополню.
Нырнув в мою Жигу, мы покатили назад в город, - выполнять продовольственную программу. Закурив я спросил: - Это значит, Серёга первый раз приезжает?
- Да, первый раз за девять лет. Одет, как беспризорник, утверждает, ему так нравится и довольно удобно. Вся одежда мятая, не глаженная, джинсы на коленках рваные, футболка старая и вся застиранная. Ну охламон конченный, как бомж!
Наверное, за границей все так ходят? Отправились вчера в магазин, а он к продавщице пристал: - Колбасу, вот эту, можно попробовать?
Та презрительно взглянула на прикид: - Бродяги совсем обнаглели, уже в магазинах попрошайничают. Володя! Выкинь этого в обносках за дверь.
Скандал был жуткий! А Серый паспорт израильский достаёт и молвит уверенно: - Спокойно, господа, я иностранец, подданный государства Израиль. У магазинного вертухая и грубой продавщицы челюсти так и отвисли. Да, здорово он изменился, даже мысли излагает по другому, страха в глазах нет, держится свободно и естественно.
Мы подкатили к Шуриному дому. На лавочке Серёга с Тахиром о чём - то
беззаботно беседовали. Возле громоздились пакеты с продуктами, сумки, мангал.
Серёжа поднялся, искренне улыбнулся и протянул мне руку: - О-о-о, привет, ботаник! Сто лет тебя не видел. Наше вам с кисточкой.
Сделав вид, что обиделся, я весело, ответил: - Сам ты ботаник. В зеркало посмотри: окуляры(очки), авторитет(животик), серебро(седая борода), ну вылитый профессор.
В это время, Шура запихивал пакеты в багажник, суетился и не переставая ворчал:
- Так тёзки, потом наговоритесь. Ехать пора. Времени в обрез. Ещё в гипер надо заскочить. Тахир Маликович, садись впереди. Эти двое пусть по ходу общаются. На стоянке ждите. Сейчас Амир подрулит, я с ним. Всё! Выдвигаемся.
Загрузившись, мы направились в супермаркет, прозванный Шурой Гипером за огромные размеры. Магазин располагался на территории бывшего Шарико - подшипникого завода.
Во время войны, это предприятие эвакуировали из Москвы. Сейчас подшипники, наверное, никому не нужны, всё распродали за долги различным коммерческим структурам. Теперь здесь, только шикарные магазины и небольшие торговые точки.
Зарулив на заводскую территорию, мы двинулись в направлении Гипера, рядом организована огромная стоянка. Здесь и решили ждать Шуру с Амиром.
Я с интересом взглянул на Серёгу и начал допрос с пристрастием: - Ну и как тебе Томск? Наверное, когда смотришь свежим взглядом, перемены видны более отчётливо?
- Город, вообще, не узнать, столько больших зданий, новых магазинов, а главное, повсюду краны, значит, город строится, город живёт. Я ещё мало что видел, тем не менее, впечатлений море. Молодёжи много, милиции на улицах, ещё больше, а также полно кавказцев, китайцев.
- А люди, как тебе люди?
- Да всё те же, страх в глазах, тоска, только ещё злее стали. За целый день ни одной улыбки не разглядел. На улицах, просто, огромное количество дорогих машин, за полчаса сорок два Лексуса насчитал, как будто в городе одни миллионеры живут.
- Это у нас, Серёжа, понты корявые такие, чем дороже у тебя авто, тем ты, как бы более успешный и значимый человек, хотя, девяносто процентов этих Лексусов куплено в кредит под бешеные проценты. Люди, в большинстве своём, страдают комплексом неполноценности и заниженной самооценкой, вот и повышают её дорогими машинами, домами, мебелью, тряпками и другим барахлом.
- Да уж, парадокс! А у нас в Израиле, всё совершенно иначе. Люди одеваются просто, как им удобно, передвигаются на обычных машинах, в общем, живут по средствам, без всяких понтов, и это считается в порядке вещей, хотя миллионеров, наверное, не меньше, чем в России. Можно целый день гулять по Тель-Авиву и не встретить ни одного Лексуса.
Оглянувшись, замечаю девятку Амира, колесившую по стоянке в поисках свободного места. Тахир выбрался из машины и закурил сигарету: - Ну вот, все татары в сборе, значит и в этот раз Казань устоит. Мясо на шашлык выбираю я, а то опять вонючую свинину возьмёте.
После дружеских рукопожатий мы толпой ринулись за покупками. Впереди - Шура со списком "что бог пошлёт", потом все остальные - советчики, я замыкал это грандиозное шествие. Продуктов, как всегда, набрали - на неделю, хотя междусобойчик планировался всего дня на три. Чисто русская традиция - стол должен ломился от блюд и бутылок. Багажник моей "Тройки" забили до отказа, тоже самое случилось с багажником девятки, поэтому половину пакетов пришлось поставить на сиденья. Рассевшись по машинам, мы двинулись в Трубачево. Поскольку Тахир перебрался к Амиру и Шуре, мы же ехали вдвоём и болтали о прелестях и трудностях зарубежной жизни, о блеске и нищете Тель - Авива.
Я задавал вопросы, а он подробно отвечал, причём, совершенно не восхваляя забугорную демократию, а честно рассказывал всё, как есть.
Так незаметно, за разговорами наш кортеж добрался до дачи. Полина Яковлевна, как всегда, встретила нас за воротами.
Остановив машину, я улыбнулся: - Ну вылезай, еврей, тебя ожидает горячий приём! Сегодня ты - герой дня! Дождалась родина блудного сына.
Наша классная, радостно улыбаясь, идя навстречу с раскинутыми руками, ей не терпелось обнять иностранца: - Здравствуй Серёжа! Ну, наконец, нас навестил. Тебя и не узнать, какой большой стал и солидный.
Началась обычная суета: Шура выгружал пакеты, Амир занялся мангалом, Тахир побрёл рубить дрова для бани, Полина Яковлевна сыпала вопросами на израильтянина, а моя задача: установить на веранде бильярдный стол. Мне всегда нравилась эта подготовительная праздничная суматоха, мы все, как муравьи занялись каждый своим делом. Постепенно подтягивались новые участники марлезонского балета и к пяти часам вечера нас набралось четырнадцать человек.
Работа продвигалась ударными темпами, и уже через час - стол выглядел сервированным и накрытым. Мангал пыхтел жаром, дрова для бани заготовлены, бильярдный стол установлен.
Амир ловко управлялся с шашлыками и всё приговаривал: - Опять целый стол всяких салатов и закусок, а шашлык надо есть отдельно, только с вином, иначе вкус теряется. Серёга, ошалевший от чистого воздуха и праздничной суеты, смолил одну сигарету за другой, запивая сладкий дым горьким пивом. Он первый раз видел Амира на костылях, но вида не подавал, не пытался помочь, ни о чём не расспрашивал, не смотрел с жалостью. И это правильно!
Шура, - ну настоящий шеф - повар, командовал на кухне, заканчивая последние приготовления. На встречу однокашников откликнулись, кроме мальчишек, как нас называла Полина Яковлевна, ещё восемь девчонок, так что Шуре было кем руководить на кухне. Почти все прихватили с собой фотоаппараты или телефоны с видеокамерой, поэтому то там, то тут сверкали вспышки и слышался радостный смех. Сплошной поток положительных эмоций кружился над дачей и наполнял дом Полины Яковлевны, в одночасье помолодевшей лет на двадцать. Пока заканчивались последние приготовления, мы с Серёгой - израильтянином уединились в комнате и завели разговор о психологии. Несмотря на то, что он не имел медицинского образования, как у меня, беседа шла на равных, чувствовалось, что он постоянно читает литературу по теме и активно применяет знания на практике. С ним было легко и интересно беседовать, - никакой бравады и показухи с понтами.
- Скажи, в Израиле, наверное, каждый посещает личного психолога?
- Ты знаешь, русскоговорящие граждане Израиля, так же как и в России, не
очень - то любят наведываться к психологу. Русский менталитет ещё до конца не выветрился, хотя, если приспичит, аж бегом бегут.
- Понимаешь, Серёга у нас в России проблем гораздо больше: низкий уровень жизни, коррупция сверху до низу, бандитский беспредел, бардак в экономике и много чего ещё, поэтому людям не до личного психолога, обычные граждане просто выживают, кто как может. И главное, конца и края этому не видно.
Немного подумав, я взял свою куртку, висевшую на стуле, и достал из
внутреннего кармана Стечкина. Серёга взял ствол, вытащил обойму, привычно передёрнул затвор и грустно спросил: - У вас что тут война, или как?
- А она, Серёжа, и не прекращалась с тех пор, как ты отвалил. Гляжу, умеешь с оружием обращаться? Что приходилось стрелять?
Вернув ствол и прошептал: - Таскал я когда - то такой же, только
газовый.
Спрятав Стечкина, я достал сигареты: - Пошли подымим на крылечко.
Но покурить не удалось, поскольку Полина Яковлевна звала всех к столу.
Поляна смотрелась по настоящему праздничной и красиво сервированной, отсутствовала только чёрная икра и ананасы. Все уселись, кому с кем хотелось, одновременно не прекращая разговаривать и делиться впечатлениями.
Полина Яковлевна встала, властно подняла руку и все сразу замолчали. Улыбнувшись, торжественно произнесла: - Очень рада вас видеть. Перекличку делать не будем, я и так всех вижу. Спасибо, что не забываете меня! Наша классная медленно опустилась на стул, достала платочек и смахнула накатившую слезу. Все загалдели и с разных концов послышалось: - Давайте выпьем за Полину Яковлевну!
Застолье началось и первая часть марлезонского балета покатилась своим
чередом. Тостов звучало много, шашлык оказался вкусным, фотоаппараты щёлкали не переставая, гул голосов не смолкал ни на минуту. Через час всеобщего веселья, народ гуськом потянулся на воздух подымить, а поскольку курили почти все, то в большом доме стало пусто.
Проходя через веранду, девчонки с восхищением рассматривали новенький, только что установленный, бильярдный стол, на котором лежали шары светло - бежевого цвета и два кия.
Можно, конечно, продолжить застолье, попеть старые песни у костра, а можно провести турнир по бильярду. Выбрали последнее. Желающих сразиться оказалось - десять: девять мужчин и любительница любых мото - движущихся средств, байкерша Ольга, по слухам, неплохо игравшая в бильярд. Скинулись по штуке, образовав, таким образом, призовой фонд. Сумма, конечно, смехотворная по нынешним временам: меньше, чем пенсия у подполковника, однако всяко больше, пенсии обычного инвалида.
Все знали уровень каждого, потому, как неоднократно резались между собой в саунах, на турбазах, в клубах, тёмными лошадками были Ольга и Серёга - еврей. Разделились на две равные по силам группы, по пять в каждой, договорились играть до трёх побед. Сначала все должны сразиться со всеми в группе, потом, победители от групп играют финал, выигравший получает весь куш.
В моей группе оказались Амир, Миша - подполковник в отставке, Шура и Володя Петров - мастер на все руки, дока во всех вопросах, от плотницкого дела до электричества.
Во второй пятёрке, кроме Серёги - израильтянина, выступали: Ольга - байкерша со стажем, - классный массажист и мать троих взрослых детей, Тахир - спец по компьютерам, сын Ирины Владимировны, Павлик - кандидат наук, - страстный любитель Русского бильярда и Миша Федотенко - главный электрик какой - то крутой компании.
Я взглянул на Серёгу - израильтянина, подмигнул и перевёл взгляд на Амира.
Он всё понял и незаметно кивнул. По жребию в первой группе встречались Амир и Шура. Амир за двадцать минут расправился. Счёт получился, более чем убедительный - 3:0, хотя, все заметили, что каждый удар тому давался с трудом.
Теперь играли соперники из второй группы - Ольга и Тахир, не смотря на то, что Тахир старался, можно сказать, пыжился изо всех сил, но проиграл 3:1.
Болельщики, разогретые зрелищем и вином, бурно переживали за того или иного одноклассника, испытывали азарт не меньший, чем сами игроки.
Через два часа турнирных баталий, в первой группе выявилась двойка лидеров, - я и Амир, а во второй группе, - Серёга - еврей и Ольга - байкерша.
В личной встрече в последнем шаре со счётом 3:2, Серёга уступил Ольге, игравшей выше всяких похвал, а израильтянину постоянно не везло. Как ни странно, но вся публика болела против Серёги, вернее, за Ольгу. Он продул и выбыл из борьбы за призовой фонд. В порыве страсти никто не заметил, как израильтянин грамотно слил игру.
Я же в свою очередь, больше двух часов бодался с Амиром и проиграл, тоже в последнем шаре со счётом 3:2. У него не возникло никаких сомнений в победе.
Финал предполагался очень захватывающим, ведь оба участника оказались в ударе и достойны друг друга. Мы с Серёгой уже знали, кто станет победителем, но как истинные джентльмены принялись болеть за Ольгу.
Часы - ходики в доме, уже отстукивали двенадцать ночи, однако спать никто и не собирался.
Перед финалом все уселись за стол, изрядно подкрепились, выпили и обсудили наш импровизированный турнир.
Все девчонки и мы с Серёгой болели за Ольгу, а пацаны - за Амира. Первую партию Амир вырвал со счётом 8:5, чем поверг соперницу в психологический шок. По всем законам жанра, вторая партия тоже осталась за ним, 8:0. Но упрямая байкерша не собиралась сдаваться без боя и,собрав все силы в кулачок, отыграла две партии с критическим счётом - 8:7 и 8:6. Итак, 2:2.
Последняя решающая партия. Все болельщики абсолютно забыли, что Амир - играет, всё таки, на костылях, выкрикивали а его адрес различные колкости, типа "Амир, иди ещё потренируйся", "Ольга тебя порвёт", и другие пожелания, и это уже была сама по себе победа Амира над собой и сеанс психотерапии для всех остальных.
Я поднял бокал и громко произнёс: - За прекрасных дам, умеющих отлично
играть в бильярд.
Фактически, этим старался разозлить Амира и заставить играть только на победу. Серёга всё понял и поддержал тост.
Стало заметно, что он, чисто физически, играл из последних сил, ведь
находился на костылях уже несколько часов. Однако как говорил мой Учитель, Лев Давидович: - За победу корячиться надо!
Всё, решающая партия! Амир уверенно заколотил два шара и отыгрался.
Ольга - более азартная по натуре, ныряла за каждым шаром, тем самым, делая невероятные подставки.
Тот подставки забивал, но в атаку не рвался, не нырял безрассудно, выжидал. Счёт уже 5:0 в его пользу! Очевидно, он решил, что игра сделана и отошёл от своей тактики, ринулся в атаку и сделал подставку. Ольга, этим воспользовалась и скатила в угол три шара, сократив разрыв, 5:3! Страсти накалялись! Амиру необходимо снова вернуться к прежней тактике выжидания.
Я взглянул на измотанного одноклассника и прошептал еврею, но так, чтобы тот услышал: - А что? Тише едешь - дальше будешь. Он намёк понял правильно и засел в глухую оборону, а Ольга, находясь в полном кураже, начала снова нырять, в надежде на удачу. Эти нырки закончились полным фиаско. Амир тихой сапой забил три шара и довольный опустился на стул.
Согласитесь, что десять тысяч неплохая надбавка к пенсии по инвалидности, пусть и разовая. А главное, он победил себя и лишний раз доказал всем, инвалид, - чисто условно. Ура, да здравствует психотерапия!
Еврей шагнул к нему, крепко пожал руку и громко произнёс: - Ну, ты Нагилыч и монстр!
И хотя часы отстучали два часа ночи, всеобщее веселье не прекращалось. Одноклассники облачились в спортивные костюмы, куртки, направились к костру вспоминать пионерское детство и наблюдать за падающими звёздами. Довольный Амир аккуратно сложил выигранные деньги в портмоне и нетвёрдой походкой поковылял за ними.
К четырём часам утра все, наконец угомонились.
Всех ожидала вторая часть марлезонского балета. Мы стояли с Серёгой на крыльце, курили по последней на сегодня сигарете, молча глазели на звёзды и думали каждый о своём. Посмотрев серьёзно на израильтянина, я тихо промолвил: - Слышь, еврей, а я бы взял тебя на работу в свою клинику. Он улыбнулся в ответ: - Взаимно ботаник! Если появится хороший проект, жди приглашения.
Утро выдалось солнечное, с прохладцей. Это вам не Ташкент, а сентябрь в Томске. Народ понемногу пробуждался, приходил в себя и выползал на свет божий.
Кто - то хотел срочно попить водички, сегодня она казалась особенно вкусной, кому - то понадобился крепкий кофе, а Серёга поправлялся пивком, все возвращались в норму как могли.
Полина Яковлевна собрала на стол: бутерброды с сыром, с колбасой, печенье, конфеты, кофе, чай и другие вкусности.
Я выбрал бутерброд, налил крепкого чая и вынырнул на крыльцо. Из бочки с водой, Мишаня умывался и чистил пальцем зубы, в очереди расположились Шура и Тахир.
Тахир, как всегда по утрам, ворчал: - Шура, вы опять шашлык из свинины делали, мне так муторно.
Кстати, мясо на шашлык выбирал вчера сам, это была настоящая говядина. Вместо того, чтобы признаться в том, что элементарно перепил, он искал виновного на стороне. Все об этом давно знали, поэтому никто не обращал внимание на его утренние причитания.
К десяти все окончательно проснулись, позавтракали, кто хотел поправил здоровье рюмочкой, затем, решили прогуляться до леса. Недалеко от дачи теснился великолепный кедрач, туда все и отправились подышать свежим воздухом, как - будто, на даче он не свежий.
Полина Яковлевна занялась любимым делом - подготовкой огорода к зиме, мы с израильтянином на прогулку не пошли, отдав предпочтение катанию шаров, Амир и Ольга, вчерашние соперники, тоже отказались от чистого воздуха и мирно сидели на крылечке, о чём - то беседуя. Когда все ушли, наступила тишина, нарушаемая только стуком шаров и шуршанием листвы.
В этот момент к соседней даче подкатили два джипа, из которых вывалились три кавказца и пять проституток. Тишина сразу куда - то умчалась: то Лепсверидзе истошно орал, как резаный, пардон, - раскрученная звезда российской эстрады, - Гриша Лепс, то путаны визжали, носясь полуголыми вокруг дома, то стонал Михуйло Круг, наматывая на нервы говённый блатняк, то ещё что - то. Установив на крыльце магнитофон, я врубил на полную катушку Юрайя Хип.
Тут же через минуту к нашим воротам подгребли три дебила, быковатой наружности. У одного в руках была бейсбольная бита, у другого, - железная цепь, намотанная на руку, третий поспешно натягивал на пальцы кастет. Все трое изрядно обкурены дурью, в общем, никакие. Первый, резко открыл калитку, за ним последовала остальная борзота.
Полина Яковлевна бросила копаться в огороде и двинулась им навстречу:
- Ребята, вам чего?
Чурка с битой оглядел мутным взором двор и процедил сквозь зубной металл: - Сичаз ми вас, рабы рузкие, пиресавать бидим, - и замахнулся на Полину. От удара она чудом сумела увернуться, но бита по касательной задела плечо. Несчастная пенсионерка громко застонала и повалилась в траву.
Бросив кий, я пулей выскочил на улицу, а Серёга - еврей молча рванул в дальнюю комнату. Когда он выскочил во двор, то трое ублюдков стояли стеной против
Амира, Ольги и меня. В воздухе повисла гробовая тишина, ещё мгновение и обкуренные дебилы начнут убивать. Серёга с силой отдёрнул нас в сторону, выхватил из - за спины Стечкина, молча передёрнул затвор и пальнул в ногу уроду, ударившему Полину. Бита вывалилась из трясущихся рук, тот повалился на землю и завыл, как раненый шакал. Двое остальных ринулись на Серёгу, он спокойно направил на них вороненый ствол и зло прошипел: - Рылом в землю, мразь вонючая, грабли за голову, и чтоб я видел. Кто дёрнется, начинаю шмалять.
Перепуганные бандосы обоссались, мигом подчинились и покорно притихли. Серёга перевёл дуло на стонущего абрека. Всё произошло так быстро, что мы не успели моргнуть. Раненый бык разглядел перед своей рожей волыну и завопил ещё жалобней: - Ни убывай, бират.
- Не брат ты мне, гнида черножопая, - гневно процедил еврей,
потом повернулся ко мне и скороговоркой промолвил: - Ботаник, быстро глянь, что с Полиной, помоги ей. Амир, обшманай козлоту и выверни все "закутки". Ольга, перетяни говнюку копыто, а то сдохнет тут, придётся всех закапывать.
Амир шустро обыскал бандитов, вытянул из карманов мобильники, бумажники, ляпки, а у подстреленного оказался ещё и ПМ(пистолет Макарова).
Я осторожно поднял Полину Яковлевну с холодной земли, отвёл в дом и приложил к плечу мороженный кусок мяса, затем, вынырнул на улицу и быстро набрал номер Саши Кима. Тот внимательно выслушал сбивчивый рассказ, спросил только, как проехать к даче и посоветовал до приезда Скорой помощи держать обоссанных джигитов на мушке и больше никуда не звонить.
- Серёжа, успокойся и отдай ствол. Дальше моя забота, - обратился я к еврею.
Он протянул Стечкина, поднялся в дом, молча налил полстакана водки и залпом опрокинул.
Всем стало понятно, что Серёга стрелял в человека первый раз в жизни, поэтому я старался, как мог, его успокоить и подбодрить: - Если бы не ты, нас уже и в живых не было. Ты всё сделал правильно.
Немного успокоившись, он уселся на крыльцо и молча закурил. Я продолжал держать бандитов на мушке, когда к воротам дачи подкатил чёрный внедорожник.
Из тачки вылезли четверо здоровенных качков во главе c Котом в сапогах.
Он быстро оглядел поле битвы и вежливо обратился ко мне: - Здравствуйте, Сергей Александрович. Что у вас тут? Александр Иванович настоятельно просил разобраться.
- Чурки беспредельничают. В войнушку решили поиграть. Нас рабами русскими обозвали, нашу учительницу покалечили и вообще угрожали.
Кот по пацанячьи присел на корточки к стонущему абреку, крепко схватил за лохмы и рявкнул: - Ты старшой что ли, урюк подстреленный? Как погоняло твоё, урод?
Тот скрипел зубами, то ли от боли, то ли от досады, что не на тех наехал, то ли от злобы, что он гордый кавказец обоссался от страха, ничего не смог сделать против русских, и тупо молчал.
Кот поднялся, надавил сапогом на перетянутую рану и тупо повторил вопрос: - Как тебя кличут в стаде, боров? Или по - русски не кумекаешь?
Играя трясущимися желваками и хрустя клыкастыми бивнями, раненый, наконец, простонал: - Я, Шамиль, пиравая рука у Ахмеда, пизваню ему, он вас, как баранов резат будет.
Кот обернулся и вежливо попросил всех зайти в дом на десять минут. Я остался.
- Значит вы, падлы черножёпые, - чечены? Мало я вас гнид давил под Гудермесом. Как тараканы расползлись по всей России. Ты, Шамилька педрилович, хорошим людям жить мешаешь, тем более, в отличие от тебя, они на своей земле, поэтому, предъява тебе и твоему сраному Ахмеду будет конкретная. Кореец пойдёт против понятий и даже стрелку вам забивать не станет. А предъява такая: бабушке за физический и моральный ущерб, десять тонн зелени, завтра притаранишь и прощения на коленях попросишь. Дом ваш, со всей землёй и эти две тачки конфискуем в качестве налога за хамство.
Шамиль стонал от ярости и бессилия и только сверкал выпученными зенками при каждом произнесённом слове.
Ежу понятно понимал, Кореец пойдёт на войну с кем угодно, только из - за
того, что я краем попал в эту заварушку. Спокойствие и хорошее настроение нынче дорого стоило, поэтому Саша Ким порвёт на куски любого, лишь бы я выиграл для него десять миллионов баксов.
Кот повернулся к бойцам: - Ты и ты проверьте дом этих чурок, заприте, шлюх, которые по двору шарахаются, пинками отправьте своим ходом в город. Там две тачки стоят - в багажники пакуйте этих нариков, хлебалы заклейте, руки - ноги свяжите покрепче. Бумеры вместе с пленными к нам на базу. Всё! Через десять минут выдвигаемся.
Наконец, повернувшись ко - мне, спокойно произнёс: - Сергей Александрович, извините, что так случилось. Забудьте обо всём и спокойно отдыхайте. Да, если менты нагрянут, то вы не при делах, и друзьям скажите, что они, вообще, ничего не видели.
Отморозков, как кули с дерьмом закинули в багажники, путан отправили пешком в город, дом заперли и расселись по машинам. Отдав Коту пакет с вещами чурок и ПМ, робко спросил: - Значит, ты, в Чечне воевал?
Он резко посмотрел мне в глаза: - Старший сержант дивизионной разведки Владимир Петров. Война для меня, похоже, никогда не кончится. Будьте здоровы. До свидания! И они умчались. Амир выглянул на крыльцо, закурил сигарету и весело спросил: - Значит, ты, Сергей Александрович, утверждаешь, что обычный психолог?
Вслед за ним появился израильтянин и предложил: - Серёга, айда доигрывать, тут комбинация любопытная.
Мы приняли по сотке для релаксации нервной системы и отправились дальше катать шары. Ольга молча переваривала только что пережитое.
Полина Яковлевна вышла на веранду, покосилась на нас и восхищённо произнесла:
- Да, мальчишки, я вас такими ещё не видела. Если честно, то очень испугалась.
- Успокойтесь Полина Яковлевна, всё кончилось, а точнее ничего и не было.
В этот момент к воротам подрулил милицейский УАЗик, ровно через час, как всё случилось. Менты, как всегда прибыли оперативно и вовремя.
В калитку зашёл мент, очевидно старший группы, в сопровождении двух
автоматчиков, лихо приложил ладонь к козырьку и грозно спросил: - Кто хозяин строения? Сигнал на поступил. Шум у вас и, вроде бы, слышали автоматную стрельбу? Да, забыл представиться, старший лейтенант Нургалиев.
Полина подошла к нему, покосилась на погоны и весело ответила: - Я хозяйка строения, товарищ подполковник, Нехорошева Полина Яковлевна! На вверенном мне объекте всё спокойно, празднуем двадцатипятилетие окончания школы, а это мои бывшие ученики. Никаких выстрелов не наблюдалось, мы просто запускали петарды...китайские.
В то время, пока Полина рапортовала старлею, я сбегал на кухню, прихватил бутылку водки и вышел во двор. Подойдя к менту, протянул бутылку со словами: - Командир, выпейте потом за наш десятый "А".
Мент, для виду, смутился, но водку взял: - Ну, коли у вас всё спокойно, то оформим, как ложный вызов и аккуратнее с шумом, с петардами, со стрельбой..., извиняюсь, с огнём. Он опять приложил мозолистую, натруженную руку к козырьку, развернулся
и вышел за калитку. Когда УАЗик скрылся из виду, Амир проворчал: - Серый, зачем Смирнова отдал? Для мусаров что ли брали?
- Спокойно, менты, когда деньги или водяру видят, напрочь теряют бдительность,- ответил я и показал пальцем на свежие пятна крови на траве. Группа быстрого реагирования, просто чудом не обратила на это внимания.
- Полина Яковлевна, нужна лопата и ведро земли, - добавил я.
Израильтянин стоял на крыльце и о чём - то напряжённо думал, потом, громко обратился ко всем: - Слушайте, кажется, я эту фамилию, уже где - то слышал.
Все дружно расхохотались. Напряжение полностью спало и день покатился, как раньше - спокойно и размеренно.
К обеду подтянулись любители свежего лесного воздуха и пеших прогулок, застолье началось и продолжилось с новой силой. Опять звучали бесконечные тосты, трогательные воспоминания и яркие вспышки фотоаппаратов. Вторая часть марлезонского балета набирала обороты. Ближе к вечеру затопили баню и тонкая струйка дыма поднялась строго вертикально вверх. Стоял тёплый осенний вечер.
Застолье плавно перетекло в стадию всеобщей любви и братства, тем более, что прибыли ещё двое. Штрафным рюмкам не было конца. Все тараторили одновременно, но успевали вникать в смысл диалогов.
Тахир уже не ворчал, как нудный старикашка, Ира прекратила предпринимать дурацкие попытки затмить всех интеллектом, а Вовка Петров, наконец - то, искренне улыбнулся. Тот, кто хоть раз участвовал в посиделках одноклассников, наверняка, ощутил на себе чудодейственную силу и позитивный психотерапевтический эффект от этих встреч. Мы все оказались настолько разными, что нас тянуло друг к другу, как разноимённые заряды.
Баня поспела к приёму посетителей, и солидные, располневшие мальчишки, не спеша потянулись на очистку души и тела.
Баня, как прокрустово ложе, уравнивает всех. Измочаленный работяга с завода и располневший военный пенсионер, лучший в мире хакер и не признанный пока психолог, мастер на все руки и обычный садовник, здесь все становятся просто людьми, обычными мужиками в голом виде. Поэтому, баня - это что - то светлое, волшебное и таинственное, она же, как метла времени, смывающая не только грязь и пыль, но очищающая дух и мысли. На свет божий человек выходит помолодевшим, чистым снаружи и просветлённым внутри.
Раскрасневшиеся, одурманенные липким паром, исхлёстанные берёзовыми вениками, розовые мальчишки вернулись за стол пить, есть и ностальгировать по школьным годам, а баня уже приготовилась подсматривать за лучшей половиной человечества, хотя и немного побитой годами. Пока мои одноклассники обсуждали фальшивый российский футбол, сегодняшнюю бездарную политику и новые дорогие машины, одноклассницы с восторгом визжали в парилке, плеская на раскалённые камни всевозможные ароматические добавки.
Через некоторое время солидные дяди и тёти опять встретились за праздничным столом и веселье понеслось с новой силой: в двадцать первый раз чокнулись за Полину Яковлевну, в сто пятый, за десятый "А", в сороковой, - за женщин(причём, стоя) и во - второй, - за мальчишек. Печень еле выдерживала такой натиск и перекуры стали чаще.
Амир отправился делать шашлык, половина присутствующих потянулась посидеть у огня, а Шура, как неугомонный мажордом, вместе с хозяйкой принялся наводить порядок на столе.
Мы с Серёгой переглянулись, поняв, что по - нам плачет бильярд и отправились катать любимые шары. Без всякого сомнения, он, как и я, мог играть в бильярд сутками, что же - каждому своё.
Осенняя ночь опускалась колючим холодком, белым туманом и сверкающей росой на траве. Звёзды стали ярче, гораздо больше и ближе к земле, хотелось затормозить время и наслаждаться состоянием блаженства, общением с одноклассниками и бабьим летом. Часы пробили двенадцать, шашлыки дымились ароматом, а Серёга положил красивого свояка в угол, наверное, последнего на сегодня.
Все, уже в который раз, уселись за стол и накатили за чудесный вечер. Прожаренные кусочки шашлыка таяли во рту и встречались в желудке с красным сухим вином, пожимая друг другу руку. Шашлык, лучше всего, запивать красным сухим вином, получается идеальное сочетание, удивительно, почему ещё никому не дали Нобелевскую премию за это изобретение. Когда шашлык съели, выпили вино и спели все песни, часы показывали около двух часов ночи и народ потянулся к койкам. Полина Яковлевна скомандовала отбой и выключила свет.
Так благополучно закончилась вторая часть марлезонского балета, активным участником которого стал воспитатель хороших манер, - господин Стечкин.
Утро выдалось хмурым, накрапывал мелкий гнилой дождик, напоминая о наступающей осени и, после завтрака, все резко засобирались домой, вспомнив о неотложных и срочных делах. Остались только братья близнецы и я, ну и Полина, поскольку постоянно обитала на даче, почти до зимы.
У Шуры нарисовался выходной, мне же не хотелось, вообще, возвращаться в шумный город, а Серёга был в отпуске. Стоя на крыльце под навесом, мы любовались осенним дождём на фоне ярко - жёлтой опадающей листвы. На самом деле дождей оказалось два: один из жёлтых падающих листьев, а другой, - из мелких капель, похожих на слёзы. Шура взглянул на хмурое небо и философски изрёк: - В такую погоду, или пить, или работать. Поскольку он не употреблял спиртного, то отправился в дом мыть посуду, оставшуюся после вчерашнего застолья.
Серёга - израильтянин вытащил из холодильника бутылку пива, сделал большой глоток и не - менее философски произнёс: - Завтракать рекомендуется жидким хлебом!
В этот момент к воротам дачи подкатило такси и с заднего сиденья, с большим трудом, сполз вчерашний горный орёл чеченец Шамиль. На лбу зияла большая ссадина, под глазом красовался фингал, а на ноге белела гипсовая повязка. Разукрашенное лицо говорило о том, что того здорово прессанули, научив хорошим манерам. От вчерашнего гонора не осталось и следа и он, как побитая собака, опираясь на костыль, проковылял к калитке. Здесь остановился и жалобно простонал: - Учитэльницу позавыти. Нужна срочни.
Полина Яковлевна спустилась с крыльца и подошла к отрытой калитке. - Чего тебе надо?, - спросила она испуганным голосом. Шура, увидев в окно чеченца, тут же выскочил из дома с топориком на перевес.
Придержав его за локоть, я спокойно произнёс: - Подожди, Александр Юрич, без тебя разберёмся. Сей час весело будет.
Он переводил удивлённый взгляд с Полины на нас, не понимая, что происходит. Чеченец сделал попытку опуститься на здоровое колено, но этого не получилось, потупив глаза, он жалобно простонал: - Прастити минэ, если сможетэ.
Выдавив из себя эти слова, бандит протянул Полине конверт. - Это камписация за ущерп, - добавил он.
Полина Яковлевна с жалостью глянула на испуганного чеченца: - Ехал бы ты, отсюда, домой. А деньги я не возьму.
Затем, повернувшись, быстро зашагала к дому. Повисла непонятная пауза. Израильтянин поставил бутылку на крыльцо и направился к чеченцу. Тот весь сжался, как губка, думая что опять станут стрелять и точно убьют.
Серёга приблизился, зло поглядел тому прямо в глаза: - Если бы твою мать кто - нибудь ударил, ты, наверное, убил бы этого человека? Тогда ответь чмо басурманское, почему ты поднимаешь руку на чужую мать?
Чеченец тупо опустил голову и молчал. Тогда Серёга взял у него конверт, показал пальцем на простреленную ногу и произнёс: - Это и это - только малая часть того, что ты должен. Если бы ты, мразь, попал бы ей по голове, то я бы тебя, точно грохнул. Ладно, живи, пока, но ты, всё равно, скоро сдохнешь, или от наркоты, или от пули, причем, пристрелят свои же.
Сказав всё, что хотел, он с грохотом захлопнул калитку перед самым носом ублюдка с такой силой, что тот затрясся от страха. Молча повернувшись, униженный абрек поковылял к машине, кое - как залез на заднее сидение и уехал.
Шура с удивлением уставился на брата: - Серый, чё тут происходит? Я что - то пропустил?
Серёга поднялся на крыльцо, глотнул пивка, закурил сигарету: - Саша, вы ничего не пропустили. Просто, Республика Ичкерия решила выплатить бонус к пенсии российским учителям.
Открыли конверт, пересчитали деньги - ровно десять тысяч долларов. Здорово!
- Полина Яковлевна, вы мечтали построить вон в том углу большую, крытую беседку? Вот деньги на стройматериалы. И потом, за свой нелёгкий, многолетний труд вам не только нищая Чечня, но и богатая Россия должны всю жизнь. Так что - это только маленькая компенсация и, к тому же, вы здорово рисковали.
Шура опять ничего не понял, достал банкноту, зачем - то посмотрел её на свет и твёрдо произнёс: - Да они настоящие!
Взяв конверт, Полина взглянула на меня: - Спасибо мальчишки.
Третья часть марлезонского балета начиналась на мажорной ноте. Впереди маячила распилка и рубка дров на зиму, стрижка травы, обед остатками праздничного стола, воспоминания о школьной жизни и вечером - традиционная, не надоедающая баня. Все дружно принялись за дело.
Дождик хоть и моросил, тем не менее, совершенно не мешал нашему энтузиазму. Мы с Полиной пилили старые доски и брёвна, Шура, с помощью колуна, расщеплял на "атомы" берёзовые пни, а израильтянин, вооружившись электрической косилкой, весьма профессионально сражался с травой вокруг дома. Мы считали своим долгом помочь ей по хозяйству, тем более, что дрова пойдут на баню, где мы круглый год нежимся и на печку в доме, где мы регулярно тусуемся. Я с азартом распиливал доски, которые она придерживала, изредка подливая масла в электропилу. Полина Яковлевна с благодарностью поглядела на меня: - Что я бы без вас, мальчишки, делала? Ну, настоящие тимуровцы.
За всех ответил Шура: - А то же самое, только в десять раз дольше. Тем более, у нас с вами взаимовыгодный контракт. Мы постоянно зависаем на вашей даче, а вы позволяете помогать по хозяйству. Мне, например, такая работа только в радость, да и всем остальным, думаю, тоже. Ну где ещё можно так размяться, совместить приятное с полезным!?
- Серёжа, как тебе наш еврей? Такой солидный стал, наверное из - за того, что пива много употребляет. Я слышала, что он тоже психологией занимается.
- Хоть и иностранец, но косточка наша, ни понтов, ни позы, не умничает, как Ирка. Мне он понравился, тем более, в бильярд классно играет, а что пиво тоннами глушит, так это, даже полезно - для промывания кишечника. Беседовал с ним на психологические темы, разбирается не хуже меня.
- Вот скажи мне, как психолог, вчера он в человека выстрелил, это ведь агрессия? - Человек, в которого он выстрелил, - это мразь и подонок. То, что Серёга сделал, в психологии называется адекватный ответ. Он поступил правильно, согласно сложившейся ситуации. Хорошо, что я, совершенно без задней мысли, рассказал, что у меня имеется пистолет, а то бы неизвестно, чем бы всё закончилось.
- Серёжа, а зачем тебе оружие? Ты что, как - то с бандитами связан?
- Полина Яковлевна, времена нынче лихие, могут за сто рублей в подъезде отвёрткой заколоть, не моргнув, поэтому пистолет для самообороны. А среди бандитов, у меня, просто есть хорошие знакомые и пациенты.
День повернул в сторону обеда и Полина отправилась накрывать на стол.
Шура переколол пол машины дров, ловко орудуя то топором, то колуном, успевая при этом складывать их в сарай. Его брат заканчивал стрижку газона, укладывая ровным слоем травинку к травинке. Одно слово, - профессионал. Мне всегда доставляло удовольствие наблюдать за работой настоящих спецов своего дела, неважно, в какой области.
Воткнув топор в полено, Саша направился в мою сторону: - Слышь, Серый, израильтянин за работу пива требует. Давай на твоей Тройке сгоняем в Трубачево? Потом, приблизился к дому и крикнул в открытую дверь: - Мам Поль, в магазине чего - нибудь надо? Мы мигом, туда - сюда.
Полина Яковлевна вышла на крыльцо и почесала лоб: - Так, надо хлеба и воды питьевой, или там, сока.
Довольны израильтянин взглянул на брата: - Саша, у вас правильная мысль на счёт магазина. Мне три поросёнка пива, две коробки сухого вина и оливок не забудьте.
- А вы, Сергей Юрьевич, не описаетесь, случайно?
Полина Яковлевна поднесла палец к губам и одёрнула его: - Саша, ну как ты с братом разговариваешь? Израильтянин подумает, что в России одни хамы остались.
Серёга подмигнул брату: - Полина Яковлевна, да ничего не подумаю, я такой же как все вы, только живу в другой стране. Я русский, только паспорт имею израильский.
Надо сказать, что братья - близнецы постоянно подкалывали друг друга, совершенно не обижаясь при этом. Серёга открыл ворота и мы с Шурой покатили в деревенский магазин.
Анекдот с бородой: "Два мужика стоят в винном отделе и рассуждают. Один спрашивает - "Сколько бутылок берём?" Второй отвечает, - "Одну - мало, две - много, значит берём - три".
Резонно смекнув, Шура взял четыре трёхлитровки пива и три коробки сухоча. Когда мы вернулись, газонокосильщик, он же Сергей Юрьевич, он же еврей, закончил работу и чистил триммер.
Полина Яковлевна отварила молодую картошку, подогрела тушёнку и всё это смешала, достала из погреба квашеную капусту, солёные огурчики и помидоры.
Кое что осталось от вчерашнего банкета, поэтому стол опять ломился.
Спустив пиво и вино в погреб, Саша шагнул на крыльцо и торжественно произнёс:
- Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста.
После физической работы все проголодались, как волки и наперегонки
ринулись к столу, однако в дверях маячил непреклонный Шура с проверкой рук на предмет чистоты. Серёга - израильтянин показал брату грязные руки и заявил, что на природе даже грязь - целебная, тот не согласился и указал пальцем на бочку с водой.
- Ну, Саша, вы и зануда. А если говорить прямо, просто сволочь и чистоплюй, - высказался иностранец и послушно поплёлся мыть руки.
После вчерашнего и позавчерашнего разнообразия блюд и салатов, молодая картошка показалась привлекательной едой, лёгкой для перевозбуждённого желудка. Картошечка с капусткой - самая вкусная еда для русского человека, даже если у него иностранный паспорт.
После обеда жизнь опять показалась праздником, дождик кончился и выглянуло тёплое солнце. На самом деле, как мало человеку надо: попить, поесть и чтоб солнышко светило. Это я, конечно, упрощаю. Современному человеку, если он не овощ, много чего надо, но главное, чтобы желания совпадали с возможностями.
Ещё не закончили трапезу, когда во дворе послышался голос Вовки Петрова:
- Эй археологи из Томска, есть кто дома?
Саша выглянул во двор: - Что Вовчик, скучно дома сидеть? Молодец, что приехал! Тут для тебя тема одна вырисовывается, на десять тысяч баксов. Мама Поля давно хотела беседку построить для наших банкетов. Вот сейчас такая возможность неожиданно появилась. Давай проект обсудим, как лучше сделать. Всяко, тебе строить придётся.
Петров обрадовался, что нашлось серьёзное, ответственное дело. Одним словом, Полина, Шура и Вова Петров засели за проект и смету будущей беседки, а мы опять принялись катать шары. Бильярд на природе - это лучший отдых, который можно только придумать. Но это только моё личное мнение. Однако, израильтянин полностью разделял его и с удовольствием взял в руки кий. Поскольку в Израиле Русского бильярда нет в принципе, то его тоску по игре можно понять. Между прочим, эта игра располагает к неторопливой, дружеской беседе на любые темы.
Серёга расколотил пирамиду и задал вопрос: - Я понять никак не могу вашего ВВП. На каждой пресс конференции талдычит, что необходимо дотировать Кавказ, создавать рабочие места, иначе местная молодёжь (ингуши, абхазы, чеченцы и другие горцы) подастся к террористам и примется взрывать российские города. Он не осознаёт, что с Кавказом заигрывать нельзя, ведь они уважают только грубую силу. Любые послабления, переговоры и денежные вливания принимают, как слабость и начинают наглеть ещё больше, прессовать русских, выдавливать их из регионов, расползаться по всей России и устанавливать там свои порядки, танцевать на русских площадях дикие пляски и терроризировать население. При этом, заметь, количество терактов не уменьшается. Какие бы миллиарды не вбухивались в этот регион, там всё равно количество бандитов не уменьшается. Поэтому понять не могу, зачем их кормить, если всё хуже и хуже. Есть же нефть, пусть сами поднимают экономику. А если денег нет, то пусть кредиты берут. Объясни, в чём тут дело?
Я сделал пару ударов, забил два шара, обдумывая вопрос: - Знаешь, Серёга, я, быть может, не очень разбираюсь в политике, однако сдаётся, ВВП это делает для того, чтобы не иметь проблем с кавказской мафией, откупается народными деньгами, чтобы те не отделились от России и, чтобы самому, как можно дольше оставаться у кормушки под названием "Власть", вот и всё. Понимаешь, он хочет, чтобы в болоте царила тишь, да благодать, в то время, как его друзья ловят рыбку в этой мутной водичке и отстёгивают. ВВП - парень не простой, себе на уме и очень злопамятный. В Чечне своего пацана смотрящим поставил, а тот ему за это 110 процентов на выборах рисует, всем хорошо, и царь у власти, и наместник - при деньгах.
"Ладно, я понял, но кавказцы что ни говори, рано или поздно воткнут нож в спину России. Так, может быть, их наоборот надо держать в чёрном теле, не давая им свободы?", - задал Серёга очередной вопрос и закурил сигарету.
Забив очередной шар, я отхлебнул пивка и ответил вопросом на вопрос: "А как ты себе это представляешь практически?"
Серёга тоже глотнул пива и ответил: "Да очень просто, как у нас в Израиле.
У нас подавляющее большинство арабов живут на Западном берегу реки Иордан, или в секторе Газа. Экономики там нет никакой, сплошная безработица, примерно как в Чечне или в Ингушетии. Поэтому, арабы работают на израильской территории, на заводах, на стройках и других местах. Так вот, если случается теракт, а случается он в одном случае из 60 - ти готовящихся, то арабские территории закрываются и их семьи сидят там без денег, ведь кормильцы все дома без работы.
Если, например, произошёл теракт где - нибудь в Москве, или в другом российском городе, то весь Кавказ блокируется на месяц и больше.
Правда, для этого надо сделать хоть какое - то подобие границы с блокпостами и минными полями. Но для этого надо, конечно, чтобы не существовало коррупции ни в армии, ни в полиции, иначе чеченцы за взятки пройдут любые блокпосты. Это, во - первых. Во - вторых, необходимо искоренить по всей России кавказские, грузинские и другие этнические ОПГ. Полностью уничтожить, как в Грузии. В третьих, прекратить бесконечные денежные вливания в Кавказский регион. В - четвёртых, создать мощную агентурную сеть среди кавказцев. Они за деньги, так же как и арабы, кого хочешь выдадут. И ещё много чего можно придумать, чтобы в российских городах не наблюдалось духа кавказского".
- При таком раскладе они, точно, отделятся от России.
- Ну и пусть отделяются, плакать и горевать никто не станет. Но вместе с отделением наступит полная нищета и беспредел, как существовало при Дудаеве.
- Да, но тогда и Татарстан, и Башкирия, и Алтай, и Сибирь захотят отделиться от Москвы.
- Серёжа, Сибирь и Чечня - это две большие разницы, как говорят в Одессе. В Сибири все великолепно понимают, что в одиночку без остальной России и года
не протянут. Поэтому, не надо, Сергей Александрович, сгущать краски.
- Как ни крути, а всё зависит от политической воли нашего - всего и его команды на галерах. Режиму выгоден сегодняшний бардак в стране.
Мы долго ещё беседовали бы, забивая попутно то "чужих", то "своих",
вскоре на веранду заглянул Шура и язвительно спросил: - Ну что интеллигенция гнилая, не надоело играть. Наверное, все косточки нашему ВВП перемыли. Не любите вы Родину, сволочи. Водрузив на стол очередную бутылку пива, произнёс: - Отличи живого от неживого. Затем, весело добавил: - Это у меня, Серёжа, и ещё один Серёжа, юмор такой, садистко - иронический. Не слышал о чём вы беседовали, однако говорили правильно, только большинству граждан этой пофигистской страны на всё насрать. Короче, баню пошёл топить. Готовьтесь грехи смывать.
Мы ещё часок погоняли шары, в своё удовольствие, потягивая пивко, обсуждая российский политический бомонд и делая прогнозы на будущее. На веранду вышел Вовчик, покурить. Понаблюдав, как мы катаем шары, выдавил из себя мучивший вопрос: - Господа психологи, есть проблемка - у меня сложились плохие отношения с сыном, хотя, я оставил ему квартиру и живу теперь у сестры. Что мне делать?
Почти в один голос и одними и теми же словами, мы высказались: - Вова, тебе надо срочно жениться и жить отдельно, своей семьёй.
- А как же сын?
- Твой сын уже взрослый. У него своя жизнь. А тебе надо думать, в первую очередь, о себе, а уже потом о нём. Чем лучше и счастливее ты заживёшь, тем лучше будет всем. Ему просто противно смотреть на одинокого, бездомного и не успешного отца. Изменишься ты, изменятся ваши отношения. Очень серьёзно подумай над моими словами. Если хочешь продолжить беседу, то прошу ко мне на сеансы, но это уже не бесплатно.
Серёга - израильтянин внимательно выслушал и добавил: - Для начала, сними квартиру и стань хозяином сваей жизни.
Вова докурил сигарету и задумчиво произнёс: - Спасибо за консультацию. Я кажется понял.
Когда за Петровым закрылась дверь, Серёга ударил по шару и вымолвил: - Сто раз убеждался, что, ни в коем случае, нельзя консультировать
бесплатно. Консультация на халяву не воспринимается серьёзно. Оплата за
психотерапию, - это уже психотерапия. Ты уверен, что он завтра побежит искать квартиру? А может, думаешь, что он начнёт посещать сеансы? Пройдёт ещё десять лет и всё останется, как всегда. Ничего не изменится, вот увидишь и вспомнишь мои слова. Он, как и раньше продолжит плакаться на свою несчастную жизнь, иногда станет заливать тоску водкой, но ничего менять не захочет, поскольку не возможно вырваться из жизненного сценария. Он так и останется наедине со своими тараканами в башке.
Выслушав израильтянина, я резонно заметил: - А ты знаешь, что много лет назад случилась трагедия, он, в состоянии аффекта убил жену, алкоголичку?
Израильтянин нахмурился: - Значит, у него, в добавок ко всему, ещё
и чувство вины перед сыном, и злость на всех женщин. Ему давно надо к психологу. Единственное, что пока спасает, работа и общение с одноклассниками, мне так кажется.
Появился Шура: - Господа отдыхающие, банька почти готова. В парилке, как в аду на сковородке - вся грязь и дурные помыслы отстанут тут же и, вы станете чистыми, как младенцы. Десять минут на сборы, и, вперёд с песней.
По своей натуре, он был философом и умным человеком, несмотря на то, что не получилось, в своё время, поступить в Университет. С другой стороны, уверен, наличие высшего образования не обеспечивает автоматически наличие ума и интеллигентности. Сколько я знавал дураков с дипломами и даже кандидатов наук, являющимися, в сущности недалёкими, серыми людьми.
Мой знакомый, младший научный сотрудник одного из Томских НИИ с бравадой утверждал: - Учёным можешь ты не быть, а кандидатом быть обязан. - Ерунда полная!
Почему - то модно быть не учёным, а кандидатом наук, неважно каких, -
экономических, педагогических, юридических? Кандидатской болезнью заразились даже чиновники, депутаты, банкиры, министры и бизнесмены всех уровней. Знавал я одного бухгалтера ЖКХ, с удовольствием раздающего свои визитки, где написано, что он кандидат экономических наук. Думаю, что кандидатские и докторские степени надо присваивать за конкретные научные исследования, за разработки в реальном секторе экономики. В настоящее же время наблюдается парадокс: кандидатов и докторов экономических наук в России сотни тысяч, а экономика, извините, в ж...Значит - они не учёные экономисты, а просто счетоводы, витающие в облаках. А, что ещё печальнее, так это объявления на столбах - "Пишу курсовые, дипломные, кандидатские, за умеренную плату. Номер телефона..."
Поэтому, утверждаю, российская наука, за редким исключением, представляет из себя такое же болото, как армия, спорт, школа, промышленность и так везде и всюду.
Мы сложили шары в коробку, укутали бильярдный стол тёплым покрывалом, поставили кии в уголок и отправились нежиться в баню. Ежели кто - то посещает баню, чтобы просто помыться, то я, например, хожу туда, именно, нежиться и получать удовольствие. Мне кажется, что в баню надо наведываться компанией, общаться, хлестать друг друга вениками, пить квас, чай, пиво. Один в бане - это, как один на пикнике, это, как один на стадионе смотришь футбол, это, как один за праздничным столом.
Здорово, когда к нашей банной компании присоединяется Амир. Парится он не спеша, основательно, в несколько заходов и обязательно с берёзовым веником.
Жаль, что утром умчался, сославшись на домашние дела.
После бани опять сидели за столом и обсуждали проект беседки. Поскольку в разработке проекта первоначально участвовали трое: Полина Яковлевна, Шура и Вова Петров, то и альтернативных вариантов оказалось тоже три, ведь каждый из авторов видел это культовое сооружение по - своему. Теперь к обсуждению подключились мы с Серёгой, а значит количество вариантов грозило вырасти до пяти.
Все сходились во мнении, что беседка должна стать некой зоной отдыха,
совмещающей в себе несколько функций: банкетный стол, угол для мангала, может быть, необходимо предусмотреть место для американского варианта открытой кухни и небольшой танцпол. Беседка обязательно должна располагаться под крышей, быть защищена от комаров в летнее время, и от дождя и ветра - в осенне - весенний период, к тому же, её необходимо поднять над землёй, хотя бы на метр, чтобы её не затапливали весенние потоки. К беседке надо подвести воду, электроэнергию, на крышу громоотвод и телевизионную антенну. В общем, это сооружение должно быть чем - то средним между летней кухней, банкетным залом, зоной отдыха и рассчитано на 20-30 человек. Одним словом, планов, как всегда, громадьё, а реальных денег не так уж и много. Когда десять тысяч долларов сжимаешь в руках, то кажется, что это огромная сумма, но когда начинаешь что - нибудь строить на эти деньги, то она оказывается смешной.
Решили так: во - первых, до снега заложить фундамент, во - вторых, закупить по максимуму стройматериалы, ведь к весне они подорожают, и в - третьих, если не хватит денег, то скинуться. Несмотря на то, что в собрании - застолье принимало участие всего пять человек, никто не сомневался, что остальные одноклассники поддержат нас. На сегодняшний день, дача Полины Яковлевны оказывалась единственным местом, где мы встречались, где нам всем всегда хорошо, где мы забывали на какое - то время о повседневных проблемах и домашней суете. Наведываться к друг другу в гости - это, конечно, здорово, а собираться на нейтральной территории, за городом, - это совсем другое.
- Да, мальчишки, не забудьте, к беседке надо проложить бетонированную дорожку, чтобы не топать по грязи через весь огород осенью и весной, - заметила Полина Яковлевна.
Ничто так не сплачивает, как общее дело. Строительство беседки должно стать, именно таким делом, причём, делом сугубо добровольным, а от этого, и более желанным.
Послебанные посиделки затянулись далеко за полночь, а главное, что никто не хотел их прекращать, но третья часть марлезонского балета, она же заключительная, подходила к концу и мы должны возвращаться в повседневную, городскую реальность.
Ну точно как Алиса из страны Чудес. Она вернулась совсем другой, я бы сказал, более настоящей, чем была. И мы возвращаемся в город немного другими, более настоящими.
В два часа ночи Полина Яковлевна объявила отбой, поскольку рано утром намечался общий отъезд в город. Только Серёга - израильтянин высказал желание остаться на даче ещё на несколько дней. Счастливый человек, он в отпуске, и его повседневные заботы далеко отсюда, через моря, горы и разные страны.
