Прошло несколько дней ожидания. Кесем не знала что ей делать дальше, не знала что будет с ней и детьми. Может он прикажет убить ее? Зашить в мешке как рабынь из гарема? А может смилуется и в ссылку отправит? От сменяющих друг друга мыслей ей становилось ужасно страшно. Больше ее волновал вопрос: Скажет ли Касым детям что их мать так подло поступила? Она уже мысленно представляла полный презрения взгляд Гюльнихаль, боль в глазах Хатидже и... Наверное, равнодушие Орхана. Сын никогда не показывал своих чувств, кроме злости, разумеется.
Тем временем, с приездом Касым хана во дворец, расследование по делу смерти киры Хасеки султан значительно ускорилось и вскоре Мехмед ага принес повелителю весть о том, что дело раскрыто, а преступница в темнице.
— Кто она, Мехмед ага?
— Господин, девушка хотела выкрасть из моего кабинета заколку, я велел позавчера взять ее под стражу. Лилия хатун, так она представилась, но после допроса всех нынешних и бывших калф и евнухов, стало ясно — никакая она не Лилия, а Леман хатун. Правда, не знаю чего она добилась этим? Может боялась что ее имя узнают? О, Аллах...
— Что такое, Мехмед?
— При обыске, в ее коморке обнаружили басму...
— Она красила волосы, значит, скрывалась. Пытайте ее, но узнайте кто ее покровитель, не могла эта девчонка сама все провернуть, да и мотива у нее не было. Свободен, Мехмед, иди. — мрачно закончил Касым и велел накрыть на стол.
Покои падишаха освещали лишь свечи.
Касым неохотно ел плов, искоса посматривая на собеседника.
— Что такое, повелитель?
— Ты, Тахир, хорошо послужил на благо государства.
— Повелитель?- мужчина перестал есть.
— Я назначаю тебя бейлербеем Варны. Ты снят с поста второго везиря. Завтра я объявлю это на совете.
— Почему? Разве я плохо справлялся со своими обязанностями? Но ведь вы сказали...— спросил настороженно, ведь судьбу Джафера Паши он повторить не желал.
— Тшш... — немного агрессивно, но пытаясь контролировать эмоции. — Ты позарился на чужую женщину и думал никто не узнает об этом?
Тахир ошеломлённо глядел на Султана не понимая что сказать.
— С Кесем я сам разберусь, а ты уедешь, женишься и больше никогда не вернёшься в столицу.
Слова были уже лишними. Оба знали правду и изменить уже ничего было нельзя.
— Иди.— холодно произнес Касым.
Уже у выхода Тахир тихо произнес.
— Если хотите знать, Кесем султан очень жалела о нашей связи. Она постоянно твердила что мы совершаем большой грех...
— И тем не менее, ложилась с тобой в одну постель. Убирайся, Тахир.
Едва за мужчиной закрылась дверь, как Касым снес все со стола и вскочил.
"Я бы убил его.... Но позора не оберешься потом. И Кесем опозорена будет, и детей воспринимать будут как и их мать — детей предательницы. Замкнутый круг..."
— Повелитель, — с разрешения Касыма в покои вошел ага. — К вам Гюльнихаль Султан пожаловала.
— Гюльнихаль? — затуманенным взглядом обвел силуэт низкорослого мужчины. — Быстро! Помоги мне! — приказал Касым и суетливо забегал по покоям пряча весь алкоголь, что успел уже употребить с горя. Если бы его видел кто-то из слуг или семьи — непременно рассмеялся бы — Султан Османов прячет алкоголь от дочери, но ему хотелось казаться хорошим отцом своим детям. Он не хотел чтобы они считали его плохим или пьяницей. Единственное чего он боялся больше всего — потерять своих детей, их веру в него, веру что их папа — самый лучший.
Прошло несколько минут, а казалось целая вечность.
— Впускай же, быстрее. — поторапливал он
— Отец? — настороженно спросила девушка. — Все хорошо? Мне долго не открывали.
— Да, дорогая, все хорошо. Я был занят бумагами. Присаживайся, ужин недавно принесли.
Султанша внимательно осмотрела стол.
— Здесь было накрыто на две персоны и судя по...— девушка взяла кубок с недопитым вином предполагаемого второго собеседника отца и придирчиво понюхала— ...наличию вина, этой второй персоной была никак не я.
— Немедленно уберите тут все! — приказал появившимся из ниоткуда двум служанкам. — И принесите блюда для госпожи.
Гюльнихаль присела рядом с отцом.
— Папа,что происходит? Ты и мама... Ведете себя странно.
— Что с мамой?
— Она конечно, с беременностью изменилась, но ее можно понять, ей этот малыш не легко дался. Но сейчас ей очень плохо. Последние дни она...Мне кажется она винит себя в чем-то и сильно переживает.
— Хорошо, я скоро поговорю с ней об этом. Не беспокойся. Так, как у тебя дела?
— Ах, да... Я пришла спросить не только про маму, но и про свое будущее. Ибо будущее всех нас зависит только от одного человека — тебя. Я знаю, через два—три года меня вероятно выдадут замуж....
— Ты против? Тебе нужно больше времени?
— Нет! Наоборот! Я уже нашла себе жениха, правда, если конечно вы поможете ему быть достойным кандидатом среди пашей и визирей которых присмотрела мама....
По покоям разнесся бархатистый смех.
— Я думаю, твой юный возраст не дает тебе мыслить трезво. Я, как любящий отец, отдам свою дочь в жены только тому, кто этого заслуживает, но я все же рассмотрю его кандидатуру.
— Благодарю, отец! Но... Почему вы смеялись? Решили что я не готова к браку? Почему?
— Гюльнихаль, все что тебе нужно иметь для готовности к браку — ум, гордость и достоинство. Твоя мать тоже не была готова к браку, она пришла в гарем примерно в твоем возрасте. Не повторяй ее ошибок.
— Почему она была не готова? — настороженно спросила девушка.
— Она была дочерью хана, а стала рабыней, пусть и не приняла этого факта.
— Но я не рабыня и мама больше не рабыня. — в ярости выпалила султанша. — Она мать будущего падишаха, мать многочисленных детей Султана Османской империи и сестра правящего Крымского хана! Никому не позволю принижать мою семью,— воинственно закончила тираду Гюльнихаль и вскинув голову спокойнее добавила. — Даже тебе.
— Прежде чем говорить такое думай головой. Я могу быть твоим отцом, а могу и правителем. Помни это, когда решишь перейти черту в следующий раз.
— Сейчас, ты был моим отцом и я доверила тебе свои мысли и чувства, но... Как оказалось, зря. Прошу прощения, повелитель, впредь такого не повторится! — разозлившись выпалила она и поклонившись вылетела из покоев, будто за ней все черти ада гнались.
Касым усмехнулся, его дочь, как оказалось, очень похожа на него самого в пубертарном возрасте. Такая же бунтарка. От обоих родителей взяла....Дай Аллах, плохие качества ограничиваются вспыльчивостью.