В пионерлагере перед сном, в умывальной комнате, Вовка бегал в одних трусах. Не просто в трусах, а в белых как у девчонки плавках. Ну смешно-же? Да даже если бы эти трусы были не белыми, всё равно смешно. Мы никогда не бегали по корпусу в одних трусах - это было табу. Я хотела поделится, с девочками этой смешинкой, что мол, там Вовк... Пионервожатая, поймала меня за шиворот в дверях девичьей спальни и зло потребовала объяснить - что такого смешного я увидела. А как я могла ей объяснить, что Вовка бегает в белых трусах?
Это не просто смешно, это было специально. Повод замутить веселье на ночь. Иногда, ночью мы крались в спальню к мальчикам, чтоб их измазать зубной пастой пока они спят, но чаще, это мальчики пробирались к девочкам. Иногда мы не спали, ждали пока они начнут на цыпочках к нам вползать в спальню. А потом мы как завизжим. Это было всегда смешно. С тех времён я запомнила, что зубная паста «pomоrin» оставляет на коже ожог. Нельзя её мазать ночью на лицо. От этой пасты мы ходили с красными пятнами на лице по несколько дней. Чего не скажешь о зубной пасте "Чебурашка» и «Семейная»
Пионервожатая, от меня никак не отставала. Дергала меня за руку вцепившись своими костлявыми пальцами и забрызгивая меня слюнями, объясняла мне, что смеяться нельзя! Я молчала. Все девочки испуганно притихли, под одеялами. Пионервожатая выключила в спальне свет и закрыла дверь, а мене сказала стоять в коридоре лицом к стене и кормить комаров. Чтоб я больше не смеялась на ночь. Она ушла, стало тихо. Даже было слышно как в ночи шуршат за окном листья на деревьях. Я стояла как велено, разглядывала плакаты с изображением счастливых пионеров и шлёпала на себе комаров. Прилетевших полакомится моей кровью.
Вовка, несколько раз выглядывал в коридор, и там, в коридорной дали, вопросительно и молча мне кивал, мол «что случилось?», а я ему вопросительно разводила руками в стороны, мол «не знаю»
Через полчаса пришла пионервожатая. По-быстренькому провела классический ритуал жертвоприношения. Делается это так: взрослый чуть наклоняясь поближе к лицу жертвы, задаёт строгим и сложным голосом вопрос «Ты всё поняла?» а жертва должна опустив голову, ответить простым голосом «Да.» Затем следует второй вопрос, более смягчённым голосом жреца «Больше так делать не будешь?» и жертва должна опустить голову ещё ниже, промямлить «Нет». На этом экзекуция заканчивалась, все грехи моментально отпускались полностью.Теперь можно с чистой совестью идти, спать. Или грешить по новой.
Я вернулась. В темноте спальни, девочки оживая выбирались из под одеял. В лунном свете просочившемуся в окна, глаза девочек горели огнём предвкушения. Держа в руках тюбики с зубной пастой, мы сегодня шли вместе с мальчиками в спальню к пионервожатым.
Но не удалось.
Разглядывали плакаты с изображением счастливых пионеров. Кормили комаров всем отрядом.