Мы не знаем, как зовут того чиновника, который позвонил в издательство «Питер» перед началом Книжного Салона и дал понять, что присутствие Александра Пелевина на мероприятиях там нежелательно. Зато мы можем себе представить, какой логикой этот безвестный чиновник руководствовался: той самой старой, чеховской еще, беликовской – как бы чего не вышло.
Видимо, значит, сидит где-то в недрах Смольного специальный человек, который ведет учет, кто что про губернатора написал, и кто как пошутил. Пелевин, стало быть, в январе – три мема про снег и губернатора; в феврале – пять мемов про снег и губернатора, плюс одна шутка про метро… Мало того, еще и в «Вагнер-центре» выступал! Так поэт становится злейшим врагом губернатора пятимиллионного города. По крайней мере в воображении того самого мелкого чиновника.
Все это не удивительно. Еще раз: эта логика – логика мелкого чиновника, который дорожит своим креслом и только им, потому что делать ничего не умеет, а если вылетит из «системы» – то это навсегда, логика, по которой что-то непонятное и не вполне контролируемое лучше запретить просто на всякий случай, а то мало ли что – эта логика для России и ее чиновничества – что орднунг для немецкой армии: видовое свойство.
Удивительно другое: что на этот раз нам удалось эту логику переломить. История широко разошлась по блогам, пабликам и СМИ. Анна Долгарева объявила, что будет читать со сцены стихи Пелевина, что-то похожее пообещал и ваш покорный слуга, а Рич вообще отменил свою презентацию – в знак протеста.
И произошло чудо. Чиновничья-беликовская машина прочихалась, прокашлялась и объявила, что произошла страшная ошибка, что никто Пелевина на Салоне не запрещал, да и вообще никакой презентации и запланировано-то не было – то есть, как в известном анекдоте, кувшин, во-первых, не брала, во-вторых, вернула, а в-третьих, он и так уже был битый.
Где-то, уже не помню, где, у Александра Секацкого я читал – или он это на своих публичных выступлениях рассказывал – про сборку социального тела страны. Мне всегда казалось это некоторой абстракцией – не вполне ясно, о чем именно идет речь. А тут я понял – это вот оно.
Когда люди собираются вместе, чтобы после работы шить маскировочные сети. Когда люди организуют сбор средств на закупку броников и гуманитарки. Когда люди организуются, чтобы отвезти маврики на фронт и лекарства для пожилых людей в зоне боевых действий. Любая другая волонтерская деятельность.
Вот это оно и есть – сборка социального тела. Или: рождение гражданского общества. Которого ведь до того не было. У нас делали вид, что они гражданское общество, – Дмитрий Быков* и прочий гражданин песет. А настоящее гражданское общество было строго запрещено. А то как бы чего не вышло.
А тут время такое – пришлось хоть немного, да все-таки разрешить. Одно государство войну не вытягивает. Олигархи помогать не спешат. Пришлось ослабить запрет. Не то чтобы совсем снять, но немного все-таки ослабить. Многие волонтеры знают, сталкиваются, рассказывают – с государством лучше дела не иметь. Будут ставить палки в колеса, махать бумажками с десятью тысячами правил, регламентов и инструкций. Которым, если следовать полностью, пачку аспирина на фронт передашь только через год. В лучшем случае.
Поэтому между гражданским обществом и государством, его чиновничьим, беликовским аппаратом – есть, скажем так, чтобы не разжигать, некоторое напряжение.
Давление со стороны нарождающегося гражданского общества растет. Есть уже много примеров, что удалось сделать. Отменить несколько концертов откровенных заукраинских людоедов. Пробить, наоборот, выступления музыкантов-патриотов на тех площадках, которые до того наотрез отказывались их пускать.
Самое главное: волонтерская помощь на фронт, несмотря на сопротивление чиновничьих механизмов, все же поступает.
Что ж, выступление Александра Пелевина на питерском Книжном Салоне все же состоялось – и это тоже можно считать еще одной маленькой победой гражданского общества.
И только от нас зависит, будут ли еще победы. Ничего не предрешено и не обещано. Надо работать. Работать над тем, чтобы преодолевать логику «как бы чего не вышло» на всех уровнях, во всех ведомствах и кабинетах.
А что же государство? А государству следовало бы задуматься, почему оно так враждебно патриотическому гражданскому обществу страны.
Почему, вместо того чтобы содействовать и помогать – вставляет палки в колеса и саботирует? Не пора ли что-то поменять в датском королевстве? Потому что если так дальше пойдет, то у гражданского общества возникнет вопрос: а чье это вообще государство?
*иноагент в РФ
Вадим Левенталь