Часть 1: Митькинское золото
У Николая были сомнения насчет Коленьки. Он слишком часто приезжал в эти дни. Когда они были друзьями, он никогда так не интересовался ее жизнью. — Ты знаешь, как это бывает, — сказал Коленька с улыбкой, — тебе тяжело жить без мужчины. А мне нравится жить одной. Всегда любила. Она попрощалась с Николаем, закрыла ворота и вошла внутрь.
Поколебавшись немного, Николай задержался у ворот, внимательнее осматривая Коленькин двор. Он заметил заброшенный бревенчатый дом рядом с основным и подождал, пока она дойдет до крыльца, прежде чем отправиться домой.
Весна в том году пришла рано, весь день с крыш капал тающий снег. Птичьи трели были слышны далеко за полночь, и пар поднимался от крыш, как желе, прежде чем оседать в ночном воздухе. Коленька еще немного постояла на крыльце, вдыхая запах весны без мужа.
Она вспомнила, как он пел песни во все горло, когда чистил крышу от снега. Она подумала о том, как звучал его мощный голос, несущий гимны, когда он, не глядя, кормил цыплят зерном. Слеза скатилась по ее щеке, когда она сделала глубокий вдох и вошла внутрь.
— Это не мое дело, — сказала мать Коленьки, собирая тарелки со стола, — а ты опять к Любке ходил?
— Я пошел, — ответил Николай.
Отец Коленьки, который был за печкой, выглянул и сказал: «Зачем ты ходишь? Что у нее такого особенного? Она что, позолоченная? даже иметь паспорт».
— Папа, не говори так об этом, — нахмурился Коленька, — помни, он видел ее паспорт на почте. Она с Урала.
— Да ведь она не от Митьки забеременела, — вмешалась мать Коленьки, — а если у нас никогда не будет внуков из-за нее?
Николай усмехнулся. — Когда она забеременела? Митька месяцами был в тайге. Не волнуйся, матушка, как только я женюсь, займусь семейным делом.
«Другая мать была бы счастлива, что ее сын решил жениться», — сказал Коленька.
Мать сердито посмотрела на Николая и вернулась к печке. Ее отец прочистил горло и вытер усы, заканчивая дискуссию.
Коленька убирала со стола, слушая, как снаружи тает снег, и думала о Митьке. Она смотрела, как снег медленно тает с крыши, и начала вязать шарф, чтобы скоротать время.
— Я шаль на продажу сошью, — сказал Коленька, — а тебе телевизор включу.
Коленька сидела у окна и смотрела на холм, где она в последний раз видела, как исчезла машина Митьки. Дети снаружи играли в Царь-гору, и их смех вызвал у нее улыбку.
— Они идут сюда, смотри? Свекровь Коленьки указала из окна.
По узкой дорожке к дому шла высокая стройная женщина в короткой норковой шубе. Ее высокие каблуки легко впивались в тающий снег, когда она шла.
"Кто это?" — спросила Коленькина свекровь, заметив модное платье женщины.
— Похоже, еще один из Митькиных городских друзей, — сказала Коленька, накидывая пальто и шаль.
— Митька с тобой? — спросила женщина, высоко вздернув подбородок.
Коленька опешил и попросил ее повторить вопрос.
— Я спрашиваю, с вами ли Митька, — надменно сказала женщина.
— Я не буду с тобой разговаривать, пока ты не переменишь тон, — твердо сказал Коленька.
Женщина рассмеялась, вздернув подбородок. Ее короткие черные волосы были похожи на тонкие ножи, гладкие и блестящие. Из-за ее огромного рта, окаймленного красной помадой, казалось, что она кричит, хотя на самом деле это не так.
"Ворота вон там!" Коленька указал в сторону забора.
Женщина схватила Коленьку за руку. «Он должен мне денег. Он исчез с двумя машинами, полными золота, и не заплатил мне за помощь, которую я ему оказал».
Коленька поморщился и убрал руку. «Это как в кино».
— Его нет, — быстро прибавил Коленька, — хорошо, что он жив. Мама очень переживала.
"Жена?" женщина была удивлена.
— Жена, — подтвердил Коленька и показал кольцо на пальце.