❗️но при этом не разрушали традиционные ценности 😐
Почему в мужских журналах нет советов, как сделать себе аксессуар своими руками, а в женских не встречается ответ на вопрос: «Что делать, если полка грохнулась, а звать некого?». Почему мальчикам на праздник дарят гель для душа и пену для бритья, женщинам — конфеты, а не наоборот? Почему мужские соски можно постить, а женские — нет? Кто во всём виноват? Дисней?
Эти 7 художников в своё время сами решили, что можно и что нельзя
1. Тамара де Лемпицка (1898-1980)
Эта художница известна своими картинами "ревущих двадцатых". Была и остаётся популярной и модной. Американская певица Мадонна и актёр Джек Николсон являются поклонниками и коллекционерами работ Лемпицкой.
Муж развёлся с ней, потому что его утомили безудержные похождения жены, её бесчисленные романы, кокаин и ночная жизнь. Одна из ее любимых фраз: “Неважно, как это начинается, если это хорошо заканчивается”. У неё всё закончилось довольно неплохо: дожила до восьмидесяти одного года, а её прах был развеян над вулканом Попокатепетль.
В "Портрете герцогини де Ля Салль" (1925) Тамара де Лемпицка ломает гендерные стереотипы: она изображает женщину по правилам "мужского портрета".
Женщина в "мужском" костюме и в "мужской" позе: левая рука указывает на пах, который занимает весь центр картины. Половые органы, хоть и прикрытые, громко кричат о самопровозглашённой сексуальности герцогини. Женщина не пытается стать мужчиной: её губы ярко накрашены и привлекают внимание к сексуальной родинке, волосы уложены по тогдашней моде. Но, по канонам, женщины на портретах не должны были выглядеть сильными и независимыми, как герцогиня де ля Салль на портрете Лемпицки.
Спустя несколько лет этот образ стал "маской" секс-иконы ХХ века Марлен Дитрих.
2. Диего Ривера (1886-1957): мужчина-муза
При слове "муза" в голове сразу появляется образ голенькой богини Венеры или голенькой жены/любовницы. Иногда — голенькой матери. Но вряд ли кто-то первым делом подумает о толстом, четырежды женатом, взрослом мексиканце, без устали изменяющем своим женщинам.
Именно таким был крупный (в прямом и переносном смысле) художник Диего Ривера (1886 – 1957), который в 42 года женился на двадцатидвухлетней Фриде Кало и стал постоянным героем её сюрреалистических, откровенно-личных картин.
Запись из дневника Фриды:
«Диего = мой муж. Диего = мой друг. Диего = моя мать. Диего = мой отец. Диего = мой сын. Диего = я. Диего = Вселенная».
Фрида не дышала без Диего. Фрида ловила его на вечных изменах. Последней каплей стало, когда она застукала его с её младшей сестрой. Развод. Адюльтер с Троцким, сбежавшим от большевиков и жившим у них в доме. Ревность. Снова воссоединение.
И много творчества.
3. Марсель Дюшан (1887 - 1968)
В 1920 году сюрреалист Ман Рэй фотографирует Дюшана в женском образе для реди-мейд-коллажа с флаконом духов Un Air Embaume. Флакон духов подписывается с помощью игры слов. Belle Haleine («прекрасное дыхание») вместо Belle Helene («Прекрасная Елена»). «Вуалетная вода» написано с ошибкой специально, как бы с намёком на преувеличенно женственную моду с вуалями.
Дюшан даёт имя своему самому экстравагантному произведению и делает его брендом и товарным знаком. В этом же году работа «Свежая [новоиспеченная] вдова» (Fresh widow, 1920) подписывается «Fresh widow copyright Rose Sélavy,1920».
Рроз Селяви рождена в 1920 году в Н.Й., фамилия еврейская <...> лично мне имя "Роза" кажется самым отвратительным" - и Селяви - легко считываемая игра слов. Vest la vie - такова жизнь.
Дюшановская Рроз Селяви выглядит как "прекрасная дама" консервативных вкусов: тяжеленная шляпа, бусы из жемчуга а-ля "дорого-богато", локоны-букли, густо подведённые глаза, строгий взгляд.
Это пародия. Это мужчина, который играет женщину. Он не пытается быть женщиной. Рроз Селяви - это произведение искусства. С точки зрения Дюшана, искусство не должно быть средством самовыражения, а сам художник стремился изобретать новое вместо того, чтобы выражать себя.
Это была не первая выходка проказника. Дюшан и Мону Лизу "переизобрёл", пририсовав ей усики и бородку.
Но волосы на теле разрешалось иметь только мужчинам или нарисованным женщинам. Одна из жён Дюшана, Лидия Саразен-Левассор, чтобы угодить художнику, сбривала волосы на лобке из-за его отвращения к волосам на женском теле. В 1965 году Дюшан добавил к своему варианту Джоконды (подписи L. H. 0. 0. Q.) еще одно слово: shaved (в итоге получилось: у нее горячо и выбрито между ног»).
4. Рут Бернхард (1905-2006): обнажённые натюрморты
Одну из своих первых фотографий женщина-фотограф Рут Бернхард продала в гинекологический кабинет. Всю жизнь она работала исключительно в чэбэшном стиле и прославилась женскими изящными нюшками.
Бернхард не нравилось клише о предполагаемом сходстве цветов и женских гениталий. Она настаивала на том, что люди изначально зациклились совсем не на той части растений.
Светящаяся, покрытая «венками»поверхность, отчётливая складка посередине и заветные очертания — «если вы не готовы видеть больше того, что видно, вы ничего не увидите».
5. Эгон Шиле (1890-1918): мальчикам тоже можно
Австрийский экспрессионист Эгон Шиле не только побил рекорд своего предшественника Рембрандта по автопортретам (тот изобразил себя около 70 раз), но и разрешил себе то, чего ни один художник до этого себе не позволял, - автонюдсы.
Это были странные ню, они написаны с помощью зеркала, как все автопортреты, но в них Шиле в большей степени исследует себя, чем показывает нам. Вместо концентрации на осознанных эмоциях и чувствах (боль, жалость, сострадание, гнев) он "выпускает" бессознательное — экстаз, агрессию, сексуальные инстинкты, Эрос и Танатос.
Тело на рисунках Шиле не соблюдает классические каноны искусства (ню - это анонимное, прекрасное, идеализированное обнажённое тело как объект любования) и не выявляет социальный тип (как в портрете): оно становится проявлением психосексуальных расстройств через напряжённые, сведённые судорогами движения.
Шиле исследует свою возможность быть бесконечно разным. Это попытка увидеть себя с точки зрения Другого (приветики Фрейду). Гримасы перед зеркалом - это поиски себя: «я могу быть таким, или другим", "я не знаю, кто я на самом деле", "я пытаюсь быть разным, пытаюсь понять", "я абсолютно раскалываюсь".
На некоторых автопортретах Шиле рисует себя с отсутствующими гениталиями. Не забываем: начало ХХ века, Вена, Фрейд… Возможно, Шиле таким образом хотел изобразить комплекс кастрации. Суть в том, что этот комплекс — универсальное детское переживание, необходимое и обязательное. Важное событие в жизни каждого нормально развивающегося ребёнка. По Фрейду, главный детский страх: родитель того же пола накажет меня, навредив моим гениталиям за мои чувства к родителю противоположного пола. Возможно, Шиле пытается воспроизвести и проработать эти страхи и чувства.
По мнению Верены Гампер, руководителя центра документации Эгона Шиле в Музее Леопольда, никто из венских художников на рубеже XIX—XX веков не занимался столь интенсивно изображением собственного лица, тела и личности, как Эгон Шиле.
6. Луиза Невельсон (1899-1988): скульптор без яиц
Мы узнали о том, что автор — женщина, как раз вовремя, чтобы успеть умерить свой энтузиазм.
Луиза Берлявски-Невельсон, бабуля инсталляций и энвайронмента, нарушила табу на то, что нахерачивать огромные, 100500-килограммовые, аристократично-бело-чёрные, грубые, эпичные произведения искусства могут только мачо-мужчины.
Рецензент ее выставки 1941 года в галерее Нирендорф заявил: "Мы узнали о том, что автор — женщина, как раз вовремя, чтобы успеть умерить свой энтузиазм. А ведь в противном случае мы могли бы начать восхвалять эти скульптуры как созданные одним из великих творцов современности".
В 1933 г. Невельсон была ассистенткой Диего Риверы (см п.2) при работе над серией муралов «Портрет Америки». У неё, естественно, был роман с Диего - к немалому очередному огорчению Фриды Кало.
Но признание у неё случилось сильно после тридцати. После шестидесяти, если быть точными. Невельсон считается "первой женщиной, получившей известность в США благодаря своему публичному искусству". А в начале 1950-х она решила: публика должна смотреть не только на её работы, но и на неё саму.
В 2007 г. газета New York Times писала: “Луиза Невельсон объявила старость лучшим временем для модных революций».
До самой смерти она оставалась верной своим самодельным аксессуарам из кабаньих клыков, дерева и золота, бархатным пончо и мехам (в её огромной мастерской на Спринг-стрит всегда было холодно) и норковым накладным ресницам, без которых она не чувствовала себя одетой (по её убеждению, лучше всего смотрелись две-три пары разом, хотя по особым случаям можно и пять). Писательница-феминистка Бетти Фридан, автор бестселлера "Загадка женственности", увидела бы в этом образе "синдром блузки с рюшечками" - форму протеста, при котором успешные женщины начинают носить сверхфеминные вещи.
С женственными ресницами и с маниакально нежественной преданностью делу Луиза Невельсон не стеснялась быть экстравагантной, напористой, трудной, элегантно стареющей хиппи.
7. Грейсон Перри: любовь к платьям, мягким игрушкам и розовому цвету
Лауреат премии Тернера Грейсон Перри создает гобелены, керамику и эпатажные дизайны платьев, которые традиционно считаются более низкими (=женскими) в иерархии искусств, чем скульптура и живопись.
Отсутствие мужества в его работах может удручать. А его зацикленность на своей детской игрушке — плюшевом мишке Алане — даже раздражать. Его жена Филиппа, сама психотерапевт, на которой он женился в 1992 году, вскоре после их знакомства, убедила его пройти курс терапии.
Перри был удостоен премии Тернера в 2003 году за свои керамические вазы — впервые эта премия была присуждена керамисту. Судьи восхитились его использованием «традиций керамики и рисунка в его бескомпромиссном решении личных и социальных проблем».
В 2005 году Перри представил отмеченный наградами документальный фильм «Почему мужчины носят платья» , в котором он исследовал мужественность в начале 21 века. Перри рассказал о своей жизни и связанных с ней трудностях.