"Из жизни Леон".
Вы когда-нибудь видели, как плачет свеча, обнажая фитиль? Теплые ладони держат внутри пламя. Оно растет все выше и выше покачиваясь от незримого потока воздуха. Но стоит убрать руки, и пламя становится меньше. А если ветер усилится-огонь погаснет. Да, свеча словно моя душа, которая была разбита на тысячу капель. Эту историю я записала в дневнике.
12 июля 1899 год.
Мы с сестрой прибыли на корабле в порт. Заря сменила вуаль на звезды. Яркий свет луны отражался в соленой воде. Легкий бриз доносил запах моря. Цикады громко стрекотали и прятались в зелени. Я ступила на трап, а прекрасный юноша подал мне руку при выходе с пирса. Посмотрев ему в глаза, я утонула в сине-зеленой глубине чудесного водоема. Будто моя частица души проникла в озеро, которое образовалось от водопада стекающего с горы. Раздевшись до нога, я окунулась в струящийся поток. Его пухлые губы напомнили мне песочные барханы Египта из раннего детства. Да-да. Наш папа ученый, археолог и поэтому мы с сестрой посещали много интересных мест. А милые маленькие веснушки славно подчеркивали его тонкий нос, будто капельки альпийского меда на белом шоколаде. Молодого человека звали Освальд. Он собрал всех нас в ряд и поименно перечислил присутствующих, позже представился преподавателем танцев.
Дорожкой вдоль набережной юноша привел нас на открытую зеленую поляну, окружённую высокими дорическими колоннами и разбил по парам. Я оказалась в его объятьях. Невозможно было передать словами те трепетные чувства, которые возникли в моей голове. В свою очередь он просто улыбался и показывал очередные движения. Моя сестра отказалась танцевать. Джес всегда была очень скромной девушкой, предпочитала белые тона и рукоделие. Ей скорее приглянулся бы урок живописи, нежели танцев, но ради меня она решила приехать сюда. Да и папа меня одну в такую даль точно бы не отпустил. Нам было всего шестнадцать. Но отец считал Джес достаточно взрослой и самостоятельной, а меня в силу взбалмошности ребенком. И вот казалось, что я лечу на крыльях своего черного платья взлетая все выше и выше с каждым движением. Я ныряла и выныривала в озеро по кругу зеленой поляны, наслаждаясь неземной красотой. Вдруг музыка остановилась. Плавными шагами к нам приблизилась девушка в красном платье. Освальд отпустил мои ладони. Он подошел к ней, обнял словно нежную красную розу и закружил в танце. Джес смотрела с умилением, не догадываясь о моих чувствах. Гора, по которой спускался водопад, что у сине-зеленого озера треснула. Ломаясь с каждым движением девушки в красном, она падала на меня булыжниками вниз, образуя груду камней. Красная роза разрушила частицу моей души. Слезинки незаметно текли по щекам. Это был мой последний танец в жизни. Я предпочла живопись в дальнейшем. А сине-зеленое озеро высохло насовсем, когда пламя свечи, которая горела у меня в каюте погасло.
