18 мая в Петербурге начали сносить дом Басевича, расположенного на Большой Пушкарской, 7. За него много лет бились активисты и градозащитники. Он пережил несколько пожаров, неоднократно был предметом судебных разбирательств и даже вещественным доказательством. Но сохранить историческое здание так и не удалось.
Построен дом Басевича ещё в 1912 году. Архитектором стал Алексей зазерский. а заказчиком — преуспевающий инженер-технолог Иссахар Исаакович Басевич. Дом стал одним из самых внушительных и современных на тот момент в районе. Впоследствии в здании появились коммунальные квартиры. В 80-х годах планировался капитальный ремонт, но он так и не начался. А в 2008 дом расселили — он был признан аварийным. Но пригодным для реконструкции.
В 2014 году дом отдали под госпрограмму “Молодёжи — доступное жильё”. Реконструкция должна была закончится в 2017 году, но квартиры для молодых семей так и не появились. По какой причине здание исключили из программы жилья для молодёжи и программы капремонта до сих пор не известно. В конечном счёте, в 2016 году, дом Басевича передали Театру балета Бориса Эйфмана. А администрация театра решила, что здание необходимо снести и построить на его месте общежитие для артистов балета, гостей и учеников хореографической школы. Проведённые экспертизы также показали, что дом сохранению не подлежит. Хотя ранее оно считалось ремонтопригодным.
Градозащитникам эта идея не понравилась, они хотели спасти историческое здание полностью. Они начали проводить акции в защиту дома Басевича, обращались к вице-губернатору Петербурга, собирали подписи под петициями. Даже вставали живой цепочкой вокруг здания.
Начиная с 2013 года в доме Басевича начали происходить пожары, причём довольно крупные и с настораживающей регулярностью. Многие считали их поджогами. Только за май 2021 их было три. Самый крупный — 18 мая. Огонь охватил 200 кв.м. На ликвидацию ушло около 5 часов. Пожарные работали по повышенному рангу сложности: семь единиц техники и 32 спасателя боролись с огнем. В июне 2020 их тоже было несколько. 10 июля 2021 года огонь распространился на 120 кв.м. здания. На месте работали 30 человек и восемь пожарных расчетов. Но уже на следующий день, утром 11 июля, пожарным вновь пришлось тушить дом Басевича. Во второй раз причиной пожара был поджог мусора внутри здания.
Градозащитники подали в суд на Театр балета Эйфмана и требовали возбудить уголовное дело по статье “Халатность”.
В конце 2022 года домом Басевича заинтересовался Следственный комитет. Здание стало одним из вещественным доказательством в уголовном деле против КГИП о сносе исторических зданий. Следствие по этому делу продолжается до сих пор.
19 января 2023 года суд признал дом Басевича подлежащим сносу. Правда расследование комитета это не остановило. Наоборот, проведённая СК экспертиза показала, что дом вполне пригоден для реконструкции.
Но в результате градозащитникам так и не удалось добиться присвоения дому Басевича статус выявленного объекта культурного наследия. Комиссия КГИОП отказалась это делать, отметив, что здание "занимает скромное место", значительно уступая другим работам Алексея Зазерского в оформлении.
По результатам рассмотрения комиссия не выявила особенностей, которые могли бы служить основаниями для включения дома Басевича в перечень выявленных объектов культурного наследия.
— так объяснил своё решение КГИОП.
Сразу после этого, 18 мая, начались работы по сносу дома Басевича. При том, что сейчас в суде рассматриваются три иска: об оспаривании аварийности здания, нарушениях в проектной документации и отказе признать здание памятником.
Активисты эе до последнего пытаются отстоять дом. 19 мая некоторые из них смогли проникнуть на территорию демонтажных работ и сейчас находятся прямо в здании. Правда работы по сносу это не остановило. Тяжёлая техника продолжает разбирать стены дома Басевича, несмотря на засевших в здании людей.
В итоге, на месте исторического здания появятся апартаменты для Театра балета Эйфмана. Несмотря на все старания градозащитников, суды и экспертизы. И, хотя это и называется реконструкцией, от шести исторических корпусов, которые не раз горели за последние годы, возможно останется лишь половина фасадной стены и две половинки торцевых.